Рыцарь - Певель Пьер - Страница 23

Воспоминание было мучительным.

Пытаясь исправить оплошность, принц спросил:

— Что тебе потребуется?

Лорн пожал плечами:

— Хорошая лошадь. Деньги. Запас еды. Шпага… Только самое необходимое.

— Ты все получишь. Но путь до Сарма неблизкий.

— Я знаю.

— Возьми эскорт.

— Нет.

— Всего несколько человек. Ты сам выберешь.

— Нет, Алан.

— На тебя напали в первую же ночь после твоего возвращения. Неужели ты считаешь, что те, кто преследует тебя, просто возьмут и отступятся?

— Я буду осторожен.

— Ты не хуже меня знаешь, что этого мало. Возьми эскорт, Лорн. Ты отошлешь его, как только прибудешь в Сарм.

Принц был действительно обеспокоен, и Лорн понял это. Но он проявил упрямство и все равно отказался: он хотел путешествовать один, какие бы опасности ни подстерегали его.

Алан неохотно уступил:

— Ладно, будь по-твоему.

— Пойду собираться, — сказал Лорн.

Вставая, он заметил, что принц отвернулся, огорченный и раздраженный: Лорн в очередной раз отклонил его помощь.

Лорн подошел к двери и остановился на пороге.

Поколебавшись, он произнес:

— Спасибо. За все.

Алан повернулся к нему спиной.

— Не стоит благодарности, — ответил он холодно.

Спустя час Лорн пришел на конюшню, чтобы лично удостовериться, что лошадь готова к поездке. Вскоре к нему присоединился отец Домни.

— Я узнал, что вы уезжаете, сын мой.

— Уезжаю, — ответил Лорн, не поднимая взгляда.

— Принц беспокоится о вас.

— Это он вас прислал?

— Нет. Между тем я разделяю его тревоги.

Не отвечая, Лорн принялся поднимать копыта своей лошади одно за другим, чтобы проверить подковы.

Белый священник добавил:

— Приступ, подобный тому… тому, который вы пережили, может повториться.

— Я знаю.

— Вот почему вам лучше не уезжать одному.

— Согласен с вами.

Собеседники вновь помолчали. На этот раз паузу прервал Лорн:

— Послушайте, отец. Я знаю, от какой хвори страдаю. Но выбор у меня невелик. Либо я не нахожу себе места, опасаясь нового Зова, который все равно настигнет меня, что бы я ни делал. Либо я беру на себя риск жить своей жизнью.

— Но, возможно, этот риск создаст угрозу для других, сын мой, — сказал отец Домни ровным голосом.

Лорн посмотрел на него и произнес:

— Из-за Тьмы у меня и так почти ничего не осталось.

— Я понимаю, сын мой. Тем не менее вы не…

— До свидания, отец.

Лорн вывел свою лошадь из конюшни и поставил ногу в стремя.

— Подождите! — воскликнул священник. — Возьмите вот это! Кто знает, вдруг он пригодится вам?

Он протягивал Лорну медальон с изображением Эйрала, Белого дракона, выполненным белой эмалью.

Лорн помедлил, прежде чем взять кулон.

Затем он вскочил в седло и поскакал прочь.

Лорн уехал из дворца губернатора, не оборачиваясь. Он не видел Алана, который с мрачным лицом стоял у окна и смотрел ему вслед. Лорн остановился только около городских ворот, где подозвал нищего и бросил ему медальон отца Домни.

Видя, что кулон и цепочка сделаны из серебра, человек расплылся в беззубой улыбке и восхищенно воскликнул:

— Спасибо, господин! Пусть Эйрал пребудет с вами!

Но Лорн уже ехал своей дорогой.

ГЛАВА 16

Дверь была такой высокой, что казалась узкой, хотя в нее могла войти шеренга из двадцати человек. Огромные створки задрожали, и между ними показалась светящаяся щель. Она постепенно расширялась по мере того, как створки отдалялись друг от друга. Слегка приоткрывшись, они замерли. Старый больной король, опираясь на трость, вошел внутрь.

Щель между створками двери начертила на полу длинную и узкую дорожку света. Сгорбившийся король медленно зашагал по ней, безмерно вытянутая тень скользила впереди него. Вокруг стояла непроглядная тьма, но по отзвукам, которые раздавались тут и там, можно было без труда догадаться, что это полая гора, обширная и пронизанная пещерами.

Прихрамывая, король Эрклан приблизился к каменному возвышению, на котором стояли четыре пламенеющие чаши с маслом. Они парами окружали два трона, повернутые друг к другу. Первый, обращенный спинкой к двери, был пустым. На втором находилась мужская фигура, высеченная из той же красной породы, что и троны.

Это был король.

Король-воин, с короной на голове, в сапогах и кольчуге, восседал, положив одну руку на подлокотник трона, а другой сжимая рукоять шпаги, острие которой было воткнуто в пол.

Первый из Верховных королей.

Старый король сел перед своим предком, имя которого носил. Сходство между ними было поразительным. Они казались ровесниками и выглядели почти как братья. Одинаковая одежда. Одинаковые морщины и впалые щеки. Одинаковые заостренные скулы. Одинаковые выступающие подбородки. Одинаковые длинные прямые волосы. И одинаковые запавшие глаза.

— Добрый вечер, — произнес Верховный король.

Он подождал, пока утихнет боль в суставах. Кроме того, ему было необходимо отдышаться.

— Давно я к тебе не приходил, — наконец сказал он. — Прости.

Он вздохнул.

— Плохие новости. Город Ангборн собираются отдать Иргаэрду.

Старый король был здесь один, но он чувствовал присутствие незримого собеседника. Собеседника столь могущественного и огромного, что его аура, пусть и невидимая, делалась почти осязаемой.

— Да, — кивнул он, словно отвечая на вопрос. — Отдать. Или, скорее, продать.

Король Эрклан задумался. Его взгляд сделался отрешенным, но вскоре он встрепенулся.

— Продать! Ты можешь в это поверить? И кому — Черному дракону! Гидре Иргаэрда! И они осмеливаются представлять это как дипломатический успех!

Он успокоился, и в его голосе зазвучал сарказм.

— Потому что между Иргаэрдом и Верховным королевством наконец установятся дипломатические отношения, представляешь? Как будто Иргаэрд может однажды стать нашим союзником.

Помрачнев, Верховный король помолчал, а потом прошептал себе под нос:

— Я уже совершил ошибку, поверив в это. Может быть, одного раза достаточно?

Он помотал головой и, вновь обращаясь к своему собеседнику, добавил:

— Но надо признать, что королева хорошо подготовилась. Долгие месяцы Эстеверис вел тайные переговоры с Иргаэрдом, и теперь все решено. Или почти. До мнения прочих королевств им дела нет. Ни до чьего мнения им дела нет…

Эрклан II удрученно умолк.

Старый король знал, что Иргаэрд никогда не станет верным союзником. Несколькими годами раньше он сам поддался на уговоры и согласился на попытку сближения. Напрасно. Ненависть Черной гидры к Верховному королевству была слишком глубокой и слишком давней. Она правила Иргаэрдом со времен эпохи Теней и до дрожи презирала Эйрала, Белого дракона знания и света. А Эйрал был покровителем Верховного королевства. Ему поклонялись по сей день, и его оракулы по-прежнему продолжали руководить действиями Верховных королей.

— Я не знаю, что замышляет Иргаэрд, — сознался Эрклан II. — Знаю только, что Ангборн ему отдают задешево, забыв про кровь, которой мы заплатили за то, чтобы освободить Вольные города. Но самое главное… Самое главное в том, что мы должны опасаться подлинного союза с Иргаэрдом не меньше, чем предательства Черного дракона. Другие страны, видя, как два самых могущественных королевства Имелора вступают в союз, не могут не испытывать тревоги. Сейчас им приходится улыбаться, зная, что дело решенное. Но как долго продлится их бездействие, вот вопрос.