Рыцарь - Певель Пьер - Страница 43

— Удивительно, не правда ли?

— Я не понимаю.

Теожен улыбнулся:

— Не понимаете? А я вижу два объяснения этой загадке. Первое: король и впрямь потерял разум, как утверждают некоторые. Только безумец стал бы отправлять одного из своих последних сторонников с заданием вручить письмо, в котором не сказано ни слова. Только безумец назначил бы вас Первым рыцарем королевства, — добавил он.

Колкость попала точно в цель.

Взгляд Лорна вспыхнул; он сжал зубы и ничего не ответил. В самом деле, он носил перстень с печаткой в виде волчьей головы на той самой руке, что была отмечена Тьмой.

— Прибыли, — произнес Теожен, вставая.

Отвлекшись от своих мыслей, Лорн проследил за взглядом графа и понял, о ком он говорил: разведчики наконец-то вернулись. Вооруженные луками и длинными кинжалами, они были одеты в легкие доспехи и возвращались шагом на измученных лошадях.

Во главе процессии ехал Орвейн.

— Есть новости, — догадался Теожен, направляясь им навстречу.

— Гельты собираются разделиться, — сообщил Орвейн.

Граф Аргор собрал своих рыцарей вокруг огня, в стороне от остальных. Вместе с Лорном их было менее десятка, и они внимательно слушали Орвейна. Этот ветеран лучше других знал местность, расположенную позади гор, в которые они углублялись, и именно он пользовался наибольшим доверием Теожена.

— Мы прошли по их следу вот досюда, — пояснил он, указывая точку на карте, которую нарисовал кинжалом на земле. — Тут они свернули и направились по этой долине на восток.

— На восток? — удивился Лейстер. — То есть теперь они направляются на восток?

— Насколько они нас опережают? — спросил Теожен.

— На день, — ответил Орвейн. — Или полтора. Но не больше.

— Мы их догоним. Хорошо.

— Но почему они идут на восток? — не отставал Лейстер. — Это же абсурд!

— Может быть, они рассчитывают оторваться от нас, зная, что мы идем за ними, — задумчиво произнес Гильем.

— Или хотят завлечь нас в ловушку, — предположил Ортан. — Три дня назад гельты взяли курс на север. Три дня они движутся в сторону Диких гор и своих земель. Зачем тогда менять маршрут? Лейстер прав. Это не имеет смысла.

— Не уверен, — произнес Орвейн.

— Ты догадался, что они замышляют? — спросил граф.

— Думаю, да. Господин Гильем верно подметил: гельты знают, что мы идем за ними, и это им не по душе.

Польщенный молодой человек застенчиво улыбнулся. Ему не было еще двадцати лет, и он приходился сыном могущественному вассалу и другу графа Аргора. После внезапной кончины своего отца несколькими месяцами ранее он занял его место, не имея должной подготовки. Он всегда старался выполнять свои задания на совесть и первым явился на призыв графа Теожена. Несмотря на это, молодость и неопытность мешали ему отстаивать свое мнение, и подчас он даже стеснялся взять слово.

— Но гельты не пытаются оторваться от нас, — добавил старый рыцарь. — Мне кажется, они идут вот сюда.

Его кинжал отметил новое место на карте, начерченной на земле.

— К Эрмской развилке? — поразился Теожен.

— Да, граф. И там они разделятся.

— Зачем? — спросил Ортан.

— Чтобы вынудить нас разделить наши силы, — сказал Лорн. — Или чтобы мы отказались от идеи догнать одну из их групп.

— Что вы в этом понимаете? — спросил Лейстер.

Лорн неприязненно посмотрел на него.

— Я год сражался с гельтами на границах Вальмира. Я знаю, что это за люди.

— Кроме того, — вмешался Орвейн, — два маленьких отряда всадников едут быстрее, чем один большой.

Теожен взял слово:

— Если ты верно понял их намерения и если они опережают нас примерно на день пути, это означает, что сегодня вечером они ночуют возле Эрмской развилки. И, следовательно, завтра они разделятся.

— Одна группа пойдет на север, а вторая продолжит путь на восток, — уточнил Орвейн.

— Но проверить это мы сможем не раньше завтрашнего вечера, когда прибудем к развилке, — отметил Ортан.

— Послушайте, — протянул Теожен, прищурившись и разглядывая нацарапанную карту, — возможно, мы сумеем узнать об этом несколько раньше.

Он смотрел на маленький перевал, с виду совершенно непримечательный. Теперь граф понял, почему его старый товарищ по оружию не забыл о нем, рисуя карту.

— Вот перевал, — объяснил Орвейн. — Гельты через него не переходили. Либо они не знают о его существовании, либо зашли дальше, когда решили пойти к Эрмской развилке. Но у нас еще есть время. И перед нами — способ сэкономить бесценные часы.

Граф Аргор выпрямился, широко улыбаясь.

— Господа, — сказал он с удовлетворением, — наконец преимущество на нашей стороне.

Несмотря на усталость, Лорн не мог уснуть. Он оставил Иссариса в замке Аргора и с первого же дня в экспедиции убедился, что ему очень не хватает успокаивающего присутствия кота. Похоже, Иссарис отгонял от него тревоги и страхи. Без рыжего кота кошмары, холодный пот, сомнения и сожаления возвращались, как только он засыпал.

Если он вообще засыпал.

Ему удалось задремать, но треск полена в костре разбудил в его душе эхо молнии, разрывающей небо над Далротом. Лорн вздрогнул и, часто дыша, какое-то время сидел на одеяле, не в силах прийти в себя. Его меченая рука болела, и он беспокоился, что кто-то увидит его в этом состоянии. Но, к счастью, все в пещере, казалось, крепко спали.

Лорн понял, что уже не уснет. Он вздохнул и встал, морщась от боли в пояснице, нывшей после стольких изнурительных дней в седле. Взяв шпагу, он знаком сообщил часовым о своей отлучке и вышел.

Усевшись перед входом в пещеру, Лорн дал себе время насладиться тишиной и свежестью горного ветра, такого приятного после жаркого и знойного дня. Ночь была ясной, и луна стояла высоко в небе. Бледные созвездия Большой туманности терялись за черными гребнями на горизонте. Лорн с удовольствием смотрел по сторонам, не боясь слепящего солнечного света.

Впустив спокойствие диких аргорийских гор в свое сердце, он сидел и улыбался…

…как вдруг заметил двоих человек, которые отошли от пещеры, тихо переговариваясь.

Лорн без труда угадал внушительный силуэт графа. Со вторым собеседником было сложнее, и только когда он снял капюшон, Лорн узнал в нем Гильема. Помедлив, он бесшумно приблизился к ним и остановился на расстоянии.

Теожен ласково, по-отечески вел себя с молодым человеком. Без сомнения, он знал его с детских лет; без сомнения, он успокаивал его перед предстоящим боем с гельтами, за которыми они гнались уже столько дней. Гильем слушал и кивал, стараясь храбриться.

Наконец Теожен крепко обнял его, стремясь рассеять последние сомнения и придать мужества, после чего они разошлись. Погруженный в мрачные мысли, Гильем возвратился в пещеру, не заметив Лорна, который уже сидел на большом плоском камне. Граф же увидел его, подошел и сел рядом, устало вздохнув.

— Вы слышали наш разговор? — спросил он.

— Нет, но я все понял.

— Он боится.

— Что тут удивительного? Чем дальше мы углубляемся в эти горы, тем уязвимее становимся. У лошадей разбитые ноги, еда на исходе. Люди сомневаются. А завтра нам придется разделиться, чтобы продолжить преследование.

— Мы скоро догоним гельтов. Завтра. Или послезавтра.

— И люди умрут. У Гильема есть повод бояться.

— Он не боится умереть.

— И зря.

Заинтригованный Теожен повернулся к Лорну.

Что этот человек мог иметь общего с молодым рыцарем, которым был когда-то? Лорн был возраста Гильема, когда граф впервые встретил его при дворе Верховного королевства. Несколькими годами позже он возвратился с границ Вальмира, овеянный славой, вступил в ряды Серой гвардии и собирался сочетаться браком с прекрасной Алиссией Лоране, дочерью могущественного герцога Сарма и Валланса. Казалось, жизнь благоволила ему во всем. Его счастье и успехи были дерзкими.

— Вы вот тоже не спите, — заметил Теожен.

Лорн скупо улыбнулся: