Проклятое княжество - Смородинский Георгий Георгиевич - Страница 1

Георгий Смородинский

Проклятое княжество

© Смородинский Г., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2015

Глава 1

Я поднырнул под удар, шагнул скелету-воину за спину и пробил ему в открывшийся бок ледяным клинком. Тяжелый двуручный меч нежити вышиб каменную крошку из колонны в том месте, где только что находилась моя голова. Еще одного удара в щит мне не вынести, я вообще не понимаю, как удержался на ногах, – очков жизни осталось чуть больше трети.

Двуручный меч – массивное оружие, и, пока противник с ним разворачивается, успеваю нанести скелету еще два удара в район ключицы, сбрасывая его жизнь в красный сектор. Кровь стучит в ушах, мир для меня сузился до двухметровой фигуры с горящими голубым магическим светом глазницами.

– Сдохни, тварь! – ору я, делая шаг к размахнувшемуся скелету, и с ненавистью вбиваю ему свой клинок снизу в подбородок. Мы бьем практически одновременно, но я оказываюсь все-таки быстрее. С хрустом мое оружие ломает кости черепа – глаза противника гаснут, и через мгновение костяк с отразившимся от стен скрежетом осыпается на плиты.

С противным чавкающим звуком мне в плечо вонзается стрела – последний скелет, из непонятно откуда взявшегося пака, уже освободился от оков земли и теперь, обежав колонну, снова натягивает лук.

Навык «Стойкость» увеличен до 44 %.

Мир окрасился в красный туман. Я уже практически ничего не соображаю – двадцать процентов жизни, мое тело корежит от невыносимой боли. Сжимаю до хруста зубы и прыгаю прямо на этого урода, сбивая ему выстрел языком пламени. Скелет-лучник пытается разорвать дистанцию, отмахиваясь появившимся в его руке кинжалом, но я, не видя ничего вокруг, в исступлении наношу удар за ударом, пока в какой-то момент до меня не доходит, что мои удары уже просто рассекают воздух. Выжил! Нет сил даже на то, чтобы использовать откатившееся лечебное зелье. Валюсь на плиты, и меня накрывает спасительная темнота.

Не знаю, сколько я пролежал без сознания, но явно не больше пяти минут. Происходи это в реале, я, без сомнения, истек бы кровью, так и не приходя в себя. Но я все же не в реале, вернее, этот мир стал для меня реальным, но в нем по-прежнему действуют игровые законы.

Откуда взялся этот гребаный пак?.. Я поднялся с плит, на которых изображал эмбриона, на ноги и огляделся: огонь факелов отражался от потрескавшихся замшелых стен широкого каменного коридора, в котором шесть уродливых колонн с вырезанными на них непонятными символами поддерживали нависающий потолок. Впереди меня проход резко поворачивал вправо – именно оттуда, из-за угла, несколько минут назад и появились заставшие меня врасплох четыре скелета. Я как раз добивал последнюю группу в этой части помещения, и их появление стало для меня полной неожиданностью. Это точно не патруль. Оба патруля – шесть унылых кучек ржавого железа и костей – валяются у меня за спиной. Перед тем как начать прохождение, я специально полчаса сидел и изучал маршруты нежити, чтобы теперь с точностью это утверждать. Но откуда же тогда взялись напавшие на меня?

Примерно полтора часа назад я влетел в это подземелье, спасаясь от неминуемой смерти, которую несла каменная горгулья двести тридцать второго уровня – именной моб, непонятно за каким хреном оказавшийся в локации для семидесятых-восьмидесятых уровней. Эта горгулья уже один раз отправляла меня на шестичасовое перерождение, и повторно отправляться на кладбище не было никакого желания, – я и так из-за этой смерти потерял семнадцать уровней, то есть почти весь свой трехнедельный прогресс.

В подземельях «Мира Аркона» – игры, в которую я был безвозвратно затянут около месяца назад, действовал принцип: «Со щитом или на щите». Игроки, зашедшие внутрь подземелья, уже не могли покинуть его до тех пор, пока был жив финальный босс. Поэтому вариантов имелось два: пройти подземелье до конца или погибнуть при его прохождении.

Расскажи кому, что игрок шестьдесят пятого уровня поперся в подземелье семьдесят пятого – восьмидесятого уровня, рассчитанное на прохождение группой из трех человек, – тот, кому это рассказали, покрутит пальцем у виска и будет прав. К счастью, мой случай не настолько уныл, как может показаться на первый взгляд, поскольку до игровой смерти я уже имел восемьдесят второй уровень и все изученные мною навыки остались при мне. В итоге я не смог на себя надеть только три предмета из своей экипировки: кольцо, серьгу и плащ – для их ношения требовался семидесятый уровень. Потеря пятидесяти одного очка характеристик была для меня не настолько критична, поскольку основной прирост характеристик в «Мире Аркона» шел от носимых предметов.

Сейчас на мне был надет комплект брони класса «необычное», состоящий из восьми частей, с бонусом «+50» к здоровью за ношение хотя бы четырех из них. Каждая деталь доспеха добавляла мне тридцать пять очков силы и тридцать здоровья соответственно. Треугольный щит с поглощением шестидесяти процентов урона в случае удачного блокирования атаки давал мне еще десять единиц силы и пятьдесят пять – здоровья. Редкий по классу меч со средним уроном около двухсот двадцати единиц добавлял еще сотню силы и повышал вероятность нанесения критического урона на целых три процента. Конечно, далеко не топовый прикид, но, как говорится, что есть, то есть, а если еще учесть уникальный расклад талантов, то мои шансы удачно завершить эту авантюру были достаточно высоки. И все получалось так, как надо, пока не появилась непонятно откуда взявшаяся группа из четырех скелетов.

Я вздохнул, снял перчатки со шлемом, рукавом рубахи вытер с подбородка кровь и обошел по кругу только что убитых мобов. В моей сумке звякнуло – я стал богаче на двести восемнадцать медяков, это чуть больше двух серебряных монет. Забрал с трупов три куска шерсти и ржавый, без характеристик, железный пояс – такого хлама у меня в сумке скопилось уже предостаточно, но я решил собирать все подряд – потом разберусь, что к чему. За все время нахождения в подземелье мне упал только один предмет необычного класса – перчатки на мага семидесятого уровня. Может быть, удастся выручить за них пару золотых в будущем? Мне они точно не нужны – я хоть и маг, но неправильный, мне больше подойдет что-нибудь из воинского обвеса.

Свет факелов рисовал на каменном полу причудливые тени, тишину подземелья нарушали лишь капающая где-то вода и звуки тяжелых шаркающих шагов за углом, сопровождаемые едва слышным позвякиванием. «Нужно идти дальше», – сказал себе я. После пережитого пару минут назад такое решение далось с трудом, но деваться мне все равно некуда. Там, наверху, на недоступном пока для меня основном игровом материке Карне меня ждут единственные близкие мне люди и пара неоплаченных счетов.

У потрескавшегося, с подтеками потолка в сторону выхода из подземелья тянулась ниточка серого тумана – та самая отрава, которая поднимает в округе нежить. Карты подземелья у меня нет, и этот туман для меня сейчас как нить Ариадны, он в итоге выведет меня к финальному боссу.

Я надел латные перчатки и шлем, поправил ремни на внутренней стороне щита, доложил в пустующие на поясе ячейки пару зелий восстановления здоровья и обновил на себе бафф щита стихий – все, готов. Аккуратными шагами обошел колонну и, двигаясь вдоль левой стены, чтобы не зацепить никого из мобов, заглянул за угол. Уходящий направо рукав коридора практически ничем не отличался от того, который я только что прошел. Правда, был немного длиннее, навскидку метров пятьдесят-шестьдесят. А в остальном – такие же факелы на стенах, восемь паков знакомых мне скелетов между колоннами и черный проем перехода на нижний этаж в конце помещения.

И еще я наконец увидел источник шума. Закованный в кандалы двухметровый вурдалак восьмидесятого уровня патрулировал эту часть коридора, проходя по ней из конца в конец. Тяжелыми шагами монстр двигался по своему маршруту, и обрывки ржавых цепей, свисающие с обхватывающих его запястья металлических браслетов, сопровождали его движение негромким позвякиванием. Сорок тысяч очков жизни первого встреченного мною тут босса ввели меня в некоторое уныние, хорошо хоть брони на нем никакой нет, иначе бы вообще труба. Монстр двигался медленно, изредка останавливался около паков нежити и, доходя до конца коридора, замирал на пару минут.