Космические волки: Омнибус - Кинг Уильям - Страница 371

Другие мутанты взбирались по трупу своего павшего предводителя. Лазерные разряды разрывались на груди и плечах Волчьего Гвардейца, пуля чиркнула по его правой щеке. Стенмарк извлек свой меч из трупа мутанта и раскроил одного из атакующих от паха до подбородка. Другой попытался пробраться мимо него, снимая со своего пояса гранату, и он уложил его выстрелом в упор. Тут поднялась чья-то рука, наведя лазпистолет ему в лицо. Обратным движением меча он отсек эту конечность и сбросил визжащего врага с баррикады ударом рукоятки штурмового болтера.

Стенмарк развернулся в поисках очередных противников, но спустя пару мгновений осознал, что остался один среди мертвецов и умирающих. Выглянув на дорогу, он увидел фигуры в изодранных униформах Гвардии и СПО, отступающие в дыму и преследуемые огнем из лазганов и болтеров со стороны имперских защитников. Последние из мутантов, которые пытались бросить ему вызов, спускались к подножию горы трупов и удирали, спасая свои жизни.

Волчий Гвардеец откинул назад голову и взвыл в кроваво-красные небеса. К нему присоединился целый хор грубых голосов вдоль всей линии обороны, славя триумф убийства. Противник разбит в пятый раз и отброшен назад в смятении. Наблюдая за удирающим неприятелем, Стенмарк ощутил, как кровь вскипает в его жилах, рот расползается в волчьей ухмылке. Он едва сдерживал желание догнать, наброситься на повергнутых в ужас врагов и разодрать им горла.

Стенмарк сделал шаг вниз по скользкой груде трупов, затем еще один. Ему казалось, что его кожу уже холодит порывистый ветер погони.

В его ушах стоял какой-то звук — вроде жужжания назойливой мухи. Стенмарк, нахмурившись, прижал к уху руку. С некоторым опозданием он осознал, что бросил свой пустой штурмовой болтер и стоит, неуверенно пошатываясь, на зыбком холме из мертвецов.

Последний из отступающих предателей исчез в дыму. Постепенно волна жажды крови схлынула, беспокойно журча где-то в его подсознании, и жужжание в его ушах превратилось в слова:

— Мой лорд! Что вы делаете?

Стенмарк повернулся, будто во сне. Один из воинов стаи Эйнара стоял в нескольких метрах от него на баррикаде, держа в опущенных руках болтер и окровавленный цепной меч. Серебристо-белокурые волосы воина были заплетены в косы, так же как и его борода в пятнах крови. Стенмарку понадобилась минута, чтобы выудить имя воина из красного прибоя, который бился в его мозгу.

— Свен? — спросил он. — Что ты тут делаешь?

Молодой Космический Волк неловко переступил с ноги на ногу.

— Я здесь, чтобы доложить, мой лорд. — Он поднял свой болтер. — Моя стая расстреляла сейчас последний боезапас, даже то, что мы взяли у Эйнара и Карла.

— Эйнар? Карл? — Стенмарк смотрел на Свена, пытаясь осмыслить то, что сказал ему Серый Охотник. — Что с ними случилось?

Этот вопрос ошеломил Свена.

— Карл был убит во время третьей атаки, — сказал он. — Мутант с мелтаганом подобрался слишком близко к баррикаде.

— А Эйнар?

— В глубоком Багровом Сне. Эвисцератор отсек ему правую руку и большую часть плеча, но брат отлично управился с предателем, который это сделал. — Свен озабоченно посмотрел на Волчьего Гвардейца. — Мы доложили об этом по воксу. Он у вас барахлит?

— Ты занимайся своим снаряжением, брат, а я займусь своим! — рявкнул Стенмарк. — Кто теперь отвечает за стаю, когда Эйнар выбыл из строя?

Свен помолчал, встревоженный горячностью, с которой Волчий Гвардеец сделал ему выговор.

— По справедливости это должен быть Фрейр…

— Но Фрейр здесь не докладывает, не так ли? Теперь ты — действующий вожак стаи, Свен. Возвращайся к своим братьям и готовьтесь к следующей атаке. Я поговорю со штабом о допоставке боезапаса.

— Я… — Глаза Свена расширились. — Мой лорд, вы уверены, что с вами все хорошо?

— Достаточно хорошо, — проворчал Стенмарк. Он прищурился, словно бросая вызов. — Ты думаешь, я сделал плохой выбор, брат?

— Нет, мой лорд! — Свен отступил на шаг, явно не представляя, как лучше продолжить.

Чуть погодя молодой Серый Охотник склонил голову, подчиняясь, и отступил назад, с обеспокоенным выражением на лице.

Повернувшись, Стенмарк принялся искать свой болтер среди трупов. Он нашел оружие на троице павших гренадеров и наклонился, чтобы поднять его. Когда он взял его в руки, болтер показался ему каким-то грубым и неудобным. Стенмарк возился с защелкой магазина почти целую секунду, прежде чем ему удалось сбросить пустые обоймы. Только железные рефлексы многих десятилетий военных кампаний не дали ему отшвырнуть оружие в разочаровании.

Это искушение поразило Волчьего Гвардейца. Стенмарк яростно потряс головой, словно пытаясь сбросить хватку кошмарного сна. Какие-то теневые фигуры мелькали на периферии его поля зрения. Он вертелся, пытаясь сосредоточиться на них, но видел вокруг лишь одни трупы, которые тянулись вдоль всей баррикады, насколько хватало глаз. От боевых танков, поддерживавших защитников, остались почерневшие корпусы — их уничтожили в течение долгого дня самоубийственные атаки мятежников или артиллерийские удары.

Стенмарк смутно сообразил, что не имеет никакого представления ни о том, сколько Гвардейцев осталось в живых, ни о том, где находится их командующий. Последний раз он говорил с командующим… это было после второй атаки или после третьей? Стенмарк не был уверен. Полк мог быть на грани отступления, оставляя его с боевыми братьями удерживать дорогу в одиночку.

Стенмарк посмотрел влево и вправо в поисках Волчьего Гвардейца, который сопровождал его на баррикаду. В нем кипели ярость и стыд, мешая ему думать.

— Я проклят, — с горечью проворчал он. — Эта проклятая планета прокляла нас всех.

Над головой с воем пронесся залп артиллерии мятежников, снаряды упали позади имперских позиций. Хор боевых кличей донесся со стороны позиций неприятеля: предатели возобновили наступление.

Рагнар очнулся от тупой боли в переломанных костях. Пульсирующие линии боли пересекали лоб и лицо почти до самого рта, а во рту он ощущал медный привкус крови.

Он увидел сквозь закрытые веки, как полыхнула молния. Рагнар моргнул, а затем осторожно открыл глаза. Лежа на спине, он смотрел в темное небо без звезд. Воздух был сухой и спертый, как в гробнице, с примесью едкого зловония горелой синтетики.

Над молодым Космическим Волком нависли две темные фигуры. Одна из них, приблизившись, опустилась на колени. В пустынном небе блеснула молния, осветив худое лицо Торина. Волчий Клинок обеспокоенно впился взглядом в лицо Рагнара и расплылся в кривой улыбке.

— Видишь? Я же тебе сказал, что он еще жив, — сказал Торин второй фигуре. — Нам повезло, что его физиономия поглотила основную силу удара.

Сделав глубокий вдох, Рагнар приподнялся на локтях. Многочисленные травмы лица и головы вызвали у него гримасу боли, но он чувствовал, что кости уже начали срастаться. Посмотрев на вторую фигуру, он осознал, что это Харальд. Вожак стаи Кровавых Когтей бросил на Рагнара хмурый презрительный взгляд и отвернулся.

«Громовой ястреб» лежал изуродованной грудой обломков в нескольких десятках метров, наполовину зарывшись в землю, за ним почти на три четверти километра тянулась борозда выжженной земли. Пилот каким-то образом умудрился совершить аварийную посадку вдоль серой ленты дороги, которую высмотрел во время снижения. От обломков поднимались переплетающиеся столбы черного дыма. Кабина «Громового ястреба» была разворочена, ее смотровые окна разбиты, металлические распорки торчали наружу. Левое крыло десантно-штурмового корабля оторвалось во время крушения, а правое косо торчало из груды обломков. Три воина из стаи Харальда пытались разобрать узел подвески тяжелого болтера на оставшемся крыле под бдительным присмотром техножреца «Громового ястреба». Четыре другие фигуры в тяжелых летных костюмах выгружали уцелевшее снаряжение из открытого люка в фюзеляже штурмового корабля.

Торин проследил за взглядом Рагнара.