Космические волки: Омнибус - Кинг Уильям - Страница 380

— Но как они здесь оказались? — не успокаивался Рагнар. — Торин говорит, что Тринадцатая рота исчезла во времена Ереси.

— Исчезла? — Сигурд был, казалось, поражен этой мыслью. — Рота Булвайфа никогда не исчезала, Рагнар. Когда убивают Волчего Лорда, повышают в звании нового, чтобы он занял его место. То же верно и в отношении великих рот, но за столом Великого Волка на Фенрисе остается место для Тринадцатой роты, будто их возвращения ожидают. Подумай об этом, Рагнар. Тринадцатую роту послал в Око Ужаса Русс, и десять тысяч лет они, несмотря ни на что, продолжают свою миссию.

Это прозвучало поистине отрезвляюще. Рагнар внимательно рассмотрел серые безликие горы впереди и попытался представить, как он скитается по ним десять тысяч лет, пока Фенрис не превратится всего лишь в далекое воспоминание. Он почувствовал, как внутри него возбудился непрошеный волк.

— Их честь дорого обошлась им, — сказал он.

— Честь всегда обходится дорого, — заметил Волчий Жрец.

Некоторое время они бежали молча. Шаги Волков разносились по отлогой равнине тяжелой барабанной дробью, выстукивая боевую песнь в ритме вспышек зловещих молний над головами. Рагнар тщательно обдумывал свои слова.

— Как получается, что человек поддается волку, Сигурд?

Волчий Жрец бросил на Рагнара пронизывающий взгляд, но внезапно смягчился, заглянув в золотистые глаза молодого Космического Волка.

— У всех нас в крови есть волк, — ответил он спустя некоторое время. — Он обостряет наши чувства и придает нам радостную ярость неистовства в бою, но, как любой дикий зверь, он постоянно испытывает на прочность свои оковы в ожидании возможности вырваться на свободу. — Сигурд задумчиво посмотрел на двух вульфенов, безмолвно несущихся вперед рядом со стаей Харальда. — Между человеком и волком идет постоянная борьба, — изрек он, — но не в каждой душе находится достаточно сил, чтобы удерживать зверя под контролем. — Жрец положил руку на амулет Железного Волка, висевший на груди. — Мы связываем зверя священными клятвами Руссу и Всеотцу, и мы, жрецы, очищаем наших боевых братьев ритуалами и молитвами, дабы укрепить их решимость. Для большинства этого достаточно.

— Но не для Булвайфа и его воинов.

Рагнар ожидал от молодого жреца благочестивого возражения, но, когда Сигурд заговорил, в его голосе неожиданно прозвучало сострадание.

— Не нам судить этих воинов, — убежденно сказал он. — Даже старцы-дредноуты должны спать между войнами, чтобы не поддаться своей дикой природе. Насколько труднее поддерживать целостность своей души после тысячи лет войны, более того, после десяти тысяч лет. — Волчий Жрец с серьезным видом покачал головой. — То, что они выдержали так долго, свидетельствует об их мужестве и чести.

Молодой Космический Волк задумчиво кивнул:

— Но… нет ли способа восстановить их?

Сигурд несколько напрягся. Вопрос Рагнара затрагивал сферу деятельности жрецов, закрытую для остальных.

— Преображение — постепенный процесс, — сдержанно ответил он, — но, после того как он начался, его не остановить. Как только волк внутри захватывает власть, он вызывает физические изменения в теле. — Он показал на ближайшего вульфена. — Многое зависит от силы воли и веры воина. Деградацию можно остановить, иногда — на неограниченный срок, но ее невозможно повернуть вспять.

От слов жреца по жилам Рагнара побежал холодок.

— Габриэлла говорит, что цвет моих глаз изменился, — растерянно сказал он. — Сколько еще у меня времени?

— По правде говоря, я не знаю, — нахмурившись, неохотно признался Сигурд. — Опять-таки это зависит от воина. Процесс начинается медленно, но ускоряется по мере того, как волк захватывает власть.

— Насколько медленно? — спросил Рагнар.

Волчий Жрец бросил на Рагнара сердитый взгляд.

— Ты что, пытаешься пристыдить меня отсутствием опыта?! — рявкнул он. — Сознаюсь, что не знаю наверняка. Обычно проклятие сильнее всего воздействует на новичков, поскольку их разум еще только приспосабливается к переменам, происходящим с ними. Стоит воину стать зрелым боевым братом… проклятие воздействует на него годами, пока трансформация начинает развиваться.

— Годами?! — воскликнул Рагнар. — Но я ничего не чувствовал, пока не вернулся на Фенрис, всего лишь два месяца назад!

Сигурд уставился на молодого Космического Волка.

— Это невозможно, — сказал он. — Даже когда речь идет о новичке, проходит по крайней мере год, пока не проявятся первые изменения.

— Если бы я поддался волку год назад, Ранек знал бы об этом, — заявил Рагнар, — и меня ни за что не послали бы на Терру служить Дому Велизария.

Молодой жрец обдумал услышанное, и его лицо помрачнело в испуге.

— Верно, — вымолвил он наконец. — Тут действует что-то другое, но признаюсь: не знаю, что это.

— Быть может, Булвайф или Торвальд смогут нам сказать? — проговорил Рагнар, отваживаясь надеяться, что все не так безнадежно, как предполагал Сигурд.

— Может быть, — допустил жрец. — Мы должны добраться до лагеря Волчьего Лорда через несколько часов. Думаю, мы тогда много чего узнаем.

Вскоре они достигли первых окаймленных лесом подножий холмов к югу от серых гор, и Торвальд повел Волков вдоль извивающегося русла высохшего ручья, пока они не затерялись меж стен узкого каменистого ущелья. Их путь шел на север и восток из одного каньона в другой, и топот шагов отражался безумным эхом от скалистых стен. Они неоднократно меняли направление движения, и, не будь видны звезды, Рагнар вскоре потерял бы всякое представление о том, где находится.

Через час он стал воспринимать слабые запахи других Волков и предположил, что они приближаются к периметру лагеря. Его опытный взор обшаривал скалистые склоны каньонов, через которые они проходили, но если там и были стражи, наблюдавшие за их приближением, то они оставались незаметны. Затем внезапно каньон круто пошел вверх и тропа сузилась до расселины, которая едва вмещала широкоплечих космодесантников.

Пробираясь между скалами, Рагнар ощутил какой-то зуд на коже. Выйдя из расселины, он быстро окинул взглядом стены узкого ущелья и заметил два железных бруса, вбитые в камень по обе стороны прохода. С каждого из них свисали черепа и железные амулеты, инкрустированные рунами, от них исходила волна невидимой силы.

— Это путевые столбы, часть охранной системы Торвальда, — пояснил Сигурд, выйдя из теснины вслед за Рагнаром. — Они препятствуют попыткам установить местонахождение лагеря Булвайфа с помощью колдовства. — Во взгляде Волчьего Жреца, обращенном на путевой столб, читались благоговение и суеверный страх. — Торвальд и его братья многому научились за время долгой кампании в Оке Ужаса.

Тропа в лагерь Булвайфа была выбрана очень осмотрительно: Волки шли по одному, взбираясь по крутому каменистому склону в высокий каньон с отвесными стенами. В южном конце каньона Рагнар увидел первых воинов Булвайфа: два воина припали к земле в тени валуна, прикрывая вход в каньон парой плазменных винтовок. В плащах из темных шкур, покрытых грязью и пылью, они, сохраняя полную неподвижность, совершенно сливались с окружающим пейзажем. Как и у Торвальда, их длинные волосы были заплетены в толстые косы, а бороды свисали до середины залатанных нагрудников. Когда члены отряда пробирались мимо них, они безмолвно изучали их холодными волчьими глазами.

Несколько выше по каньону в узком месте был установлен огромный валун, создавая своеобразный крутой изгиб тропы, чтобы предотвратить возможность ведения прямого огня по территории за ним. С другой стороны валуна стояли на страже воины со старыми, изношенными болт-пистолетами и древними, инкрустированными рунами клинками. Их доспехи украшали сложные руны и резные сцены боев или путешествий, а с широких поясов свисали черепа или другие боевые трофеи. Воины смотрели на Рагнара и новоприбывших с откровенным, но настороженным интересом, переглядываясь и общаясь едва заметными жестами.

Через пару десятков метров они наткнулись на целый ряд видавших виды, но прочных убежищ, построенных вдоль скалистых стен. Лагерь выглядел так, словно использовался уже немало времени, и многие убежища украшали свежие военные трофеи, такие как когти демонов и помятые фрагменты синих с золотом доспехов. Более двух десятков желтоглазых воинов сидели перед убежищами, занимаясь чисткой оружия или ремонтом снаряжения. На первый взгляд этот лагерь не отличался от любого другого полевого лагеря Космических Волков, которые приходилось видеть Рагнару… если не считать настороженных, вызывающих взглядов боевых братьев и ощущения долгой истории, которое словно окутывало этот лагерь и его обитателей невидимым покрывалом.