Удары судьбы (СИ) - Малафеева Любовь Николаевна - Страница 21

   - Ты часом не рехнулся, нет? Куда я пойду без обуви по таким сугробам? - я махнула рукой на нетронутую снежную целину за забором.

   Вампир перевел на меня абсолютно безжизненные глаза. Сделав несколько шагов он с силой рванул ворота. Насквозь проржавевшая цепь не выдержала такого зверского обращения и с тихим звяком разорвалась на две половинки. Одна свалилась в сугроб, вторая повисла на решетке, жалобно поскрипывая звеньями и замком. Я уже заготовила новую порцию протестов, но выслушать их уже было не кому - мой провожатый растворился в уличной темноте. Наконец из облаков вышла луна и я заметила, что все окружающие площадь дома забиты, заколочены и явно не обитаемы в течении хотя бы последних пятидесяти лет.

   Просто прекрасно! Чудесно! Замечательно! Захотелось как маленькому ребенку забиться в истерике от злости. Хотелось топать ногами, рычать, визжать, бить посуду, ломать и крушить все что подвернется под руку, и выкрикивать нецензурные обещания во все горло.

   Я осталась одна, посреди незнакомого мне пустынного района. О том, что я здесь знает только покинувший меня Гормах и некто находящийся в здании за забором. Я конечно легко могу позвать Шерхана, но ведь потом не оберешься вопросов от ректора, который наверняка "присматривает" и за моим тьегром. И объясняй ему потом как я попала сюда, что мне тут было нужно и так далее и тому подобное. Этот допрос будет длиться вечно, а потом меня не выпустят из-под колпака до выпускных экзаменов и такой возможности разузнать о творящемся со мной беспределе уже не представиться.

   Я с тяжким вздохом развернулась к приоткрытым воротам. Небольшим усилием я подняла свою температуру еще повыше, сконцентрировав жар в ногах. Было такое ощущение словно я сунула собственные ноги в таз с кипятком. Тут же из-под подошв послышалось шипение и пошел пар. У меня под ногами захлюпала вода от растаявшего из-за жара льда на мостовой. Отлично, похвалила я себя. Теперь можно и в сугробах поваляться, с мрачной улыбкой подумала я и решительно двинулась в ворота.

   Чем выше поднималась луна, тем холоднее становилось. Радовало только то, что не было снега и ветер не мог пробиться сквозь намертво сплетенные сухими ветвями деревья парка.

   Каждый мой шаг по сугробам, бывшем мне где-то по калено, сопровождался звуковым аккомпанементом - шипением таящего снега и моими ругательствами. Потоки отборнейшей брани, изливаемой мной на весь мир в целом и на отдельных его жителей, помогали отвлечься от происходящего и снять напряжение. Относительно не заросшая главная аллея оказалась на удивление длинной, не меньше тридцати саженей по снегу казались мне почти бесконечными.

   - "Вам это не понадобиться. Вы не сделаете ни единого шага до места встречи..." - тихонько ворчала я себе под нос, обходя разросшийся куст, почти полностью присыпанный снегом и превратившийся в сугроб мне по грудь.

   Наконец я вылезла из последнего сугроба на более менее чистые ступени перед входом - частично мокрая от растаявшего снега или пота и частична покрытая инеем от испарений. Стоит ли говорить, что мое настроение находилось где-то на уровне "Убью всех нафиг!" или даже "Смерть всему живому!". Кто бы там не ждал меня внутри, ему очень крупно не повезло - незнакомец, будь он хоть сам демон из преисподней, огребет от меня за все несправедливости жизни.

   Я с решительностью носорога потянула на себя массивную входную дверь, мысленно радуясь, что повышенная температура тела не дает моей руке прилипнуть к ледяной металлической ручке. Что бы деревянная махина, закрывавшая вход открылась на достаточное расстояние пришлось изрядно попотеть, но наконец дверь подалась с душераздирающим скрежетом. Изнутри повеяло все тем же холодом и запахом пыли и заброшенности. Я раздраженно передернула плечами. Вампиры, пренебрежительно подумалось мне, не могут выбрать место пооригинальнее - все их в склепы и катакомбы тянет. Я протиснулась внутрь. Там было темно, как на картине Малевича "Черный Квадрат", только из щели между дверных створок, в которую я пролезла сочился неровный и тусклый лунный свет. Его хватало только саженей на пять, хотя этот холл или зал по моим ощущениям был гораздо больше.

   Поозиравшись по сторонам, в надежде углядеть выключатель, я, повздыхав и поругавшись, вызвала ночное зрение. Зажигать собственный светлячок я побоялась - лишнее внимание мне было не к чему. Окружающая тьма тут же расступилась, на ее место пришли серые и болезненно четкие очертания отсутствующих предметов. Огромный зал, размером с половину футбольного поля был почти полностью пуст, если не считать некой скульптуры в центре. Не мудрствуя лукаво я к ней и направилась, ибо больше никого и ничего интересного тут не наблюдалось. По ходу я несколько взбодрилась. Внутри здания было не так холодно как снаружи и отсутствовал так опротивевший мне снег. На полу лежали каменные плиты, гладкие, но не скользкие и судя по фактуре они складывались в некий рисунок, который охватить взглядом не получалось. Единственное, что можно было сказать, это то, что скульптура, к которой я шла, стояла в его центре.

   Подойдя вплотную я поняла что это не просто скульптура, а скорее фонтан, только без воды. На дне бассейна не было ничего, кроме вездесущей пыли. Мое внимание привлекла статуя находящаяся в центре. Она изображала женщину, одетую в простое платье, с завязанными глазами и грустно опущенными вниз уголками губ. Она протягивала вперед руки, развернутые запястьями вверх. Эта поза показалась мне какой-то странной. От этой статуи буквально веяло чем-то древним и магическим. По спине без всякой причины пробежали мурашки, словно от чьего-то пристального взгляда. Я резко обернулась. Никого не было. Стояла ватная тишина. Опять передернув плечами, я начала более внимательно рассматривать бортик бассейна и смахнула с одного места пыль. Под ней оказалась надпись, сделанная из магических рун, которые я к своему сожалению не смогла прочесть. Пожалев о том, что не захватила с собой бумагу и карандаш, я принялась стирать грязь дальше и пыталась запоминать хоть некоторые из рун. Разглядеть их внимательнее не получилось и не раздумывая я щелкнула пальцами создавая светляк, за что тут же поплатилась - яркий свет резанул по глазам настроенным на ночное зрение.

   - ...! - вырвалось у меня и светильник тут же погас.

   Я промаргалась восстанавливая зрение. Ночное виденье слетело само от яркого света. Когда боль в глазах чуть приутихла, я создала еще один светлячок но совсем маленький, больше похожий на искорку. Все еще морщась я принялась рассматривать орнамент бассейна при свете услужливо скользнувшего на место светляка.

   Бортик бассейна был сделан из светло-серого, почти белого, мрамора с кроваво-красными прожилками. Рунический рисунок был выполнен из золота и даже наличие света не позволило мне разобраться в том что же значат эти символы. Внимательно их рассматривая я все отчетливее понимала что где-то уже видела их, но вот где и когда понять не могла. Я только старалась запомнить как они выглядят, что бы при случае порыться в книгах или спросить у нашего преподавателя по Древним языкам, что могут означать эти символы, одновременно похожие на магические и эльфийские руны и на руны староастенского.

   Смахивая очередную порцию пыли я почувствовала под рукой не только камень. Приблизив светлячок, я обнаружила в камнях бортика небольшую круглую выемку, окованную все тем же золотом и заполненную пылью. Заинтересовавшись этой странной находкой, я попыталась пальцем убрать надоевшую грязь...

   - Ай! Крэгх! - я резко отдернула руку от мгновенно стрельнувшей в палец боли. Шипя под нос проклятия, я подняла мой многострадальный указательный палец к свету. На кончике грязного от пыли пальца виднелась глубокая царапина, из которой струйкой текла кровь и первые капли с нереально громким стуком уже упали в очищенное мной углубление бортика...