Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ) - Симонов Сергей - Страница 595

   – М-да... Что поделать, везде и всюду успеть невозможно, – согласился Хрущёв. – Что планируете предпринять? Без подробностей, без имён и и дат, в общих чертах.

   – Составили план мероприятий, на основе анализа действий сандинистов в «той истории», и рекомендаций наших специалистов. Разворачиваем программу снабжения партизан оружием и боеприпасами, – ответил Серов. – Очень помогают китайские и северокорейские товарищи. Всё оружие в Центральную Америку идёт их производства, наша только доставка.

   – Нашей основной задачей полагаем информационную и материальную поддержку повстанцев, снабжение, помощь в организации действий и планировании операций.

   – Хорошо, – одобрил Никита Сергеевич. – Попробуйте ещё протолкнуть через Коминтерн Фиделю и Фонсеке идею создания Центрально-Американской Конфедерации, в составе Кубы, Никарагуа и Гватемалы, на первое время. С Арбенсом я на сессии ВЭС поговорю, попробую его убедить. Сам понимаешь, «гуртом и батьку бить легше». Потом, если удастся, можно будет и другие государства Латинской Америки попытаться подключить, начать, скажем, с Венесуэлы.

   – Конфедерацию? Это дело, – усмехнулся Серов. – Учитывая, как там не любят «гринго», может и получиться. Попробуем подбросить эту идейку и Фиделю, и Фонсеке. А заодно и венесуэльским товарищам. Чтобы им было за что бороться.

   – Фонсеке ещё надо порекомендовать пораньше создавать Сандинистский Фронт Национального Освобождения, – подсказал Хрущёв. – До 61-го года ждать совершенно незачем. Дальше. На Кубе с января 1959 года Гевара освободится. Надо его немедленно подключить к борьбе за права никарагуанского народа. Заодно и в репрессиях против оппозиционеров товарищ Че замешан не будет. Пусть там братья Кастро сами разбираются.

   – Понял, – кивнул Серов. – Организуем.

   И организовали. Прежде всего, через Коминтерн установили связь с одним из лидеров никарагуанской оппозиции, Карлосом Фонсекой Амадором. В это время он вынашивал мысль о создании, совместно с Сильвио Майорга, организации «Демократическая молодежь Никарагуа».

   Эмиссар Коминтерна, «товарищ Диас», сообщил Фонсеке, что коммунистические партии, входящие в Коминтерн, с интересом и вниманием следят за борьбой никарагуанских патриотов против диктатуры и её североамериканских покровителей. Далее он подчеркнул, что в одиночку, без поддержки всего мирового коммунистического сообщества, никарагуанцам будет сложно справиться с противником.

   – Мы готовы оказать прогрессивным силам в Никарагуа существенную помощь оружием, боеприпасами, можем даже прислать специалистов, военных инструкторов, – пояснил «товарищ Диас». – Но вы сами для себя должны решить – будете ли вы терпеть диктатуру семейства Сомоса и дальше, или вы готовы бороться за свою свободу?

   – Мы боролись, боремся и будем бороться за свободу нашей Родины! – уверенно ответил Фонсека.

   – Тогда вам понадобится организация, скажем, Фронт Национального Освобождения, – сказал «Диас». – У вас есть величайший народный герой, сравнимый по значимости с Симоном Боливаром – генерал Сандино. Почему бы не назвать вашу организацию его именем? Это привлечёт патриотов и сразу уточнит вашу позицию.

   – Frente Sandinista de Liberacion Nacional? – Фонсека несколько раз повторил это название, как бы обкатывая его на языке. – Звучит неплохо.

   – Отлично звучит, я бы сказал! – ободрил его «Диас». – И не тяните с этим решением. Вам будет легче получить помощь и международное признание, если у вас будет международное представительство, а не просто горстка партизан, прячущихся в джунглях.

   Фонсека последовал этому совету, и уже в июле 1958 года было объявлено о создании Сандинистского Фронта Национального Освобождения. (в реальной истории основан 23 июля 1961). Его руководителями стали Сантос Лопес, Карлос Фонсека Амадор и Сильвио Майорга.

   Официальное представительство Фронта было открыто в Нидерландах, но это была лишь контора для вывески и связи. Руководители Фронта находились на нелегальном положении в джунглях Никарагуа.

   По каналам Коминтерна в страну начала доставляться военная помощь. Советские корабли, несущие для маскировки флаги Панамы или Греции, везли в Гватемалу произведённое в Китае и Северной Корее оружие, списанные на советских складах из-за окончания срока хранения боеприпасы, взрывчатку, медикаменты. Затем из Гватемалы через территорию Сальвадора эти грузы поставлялись повстанцам.

   На территории Гватемалы был построен патронный завод, где производились 7,62-мм пистолетный патрон «П» обр. 1930 г для пистолетов ТТ и автоматов ППС-43, а также патрон 7,62х54 R к винтовке Мосина.

   В Гватемале, в соответствии с программой развития медицинской помощи в странах ВЭС, работала группа советских врачей и преподавателей, обучавших местных специалистов в открытом осенью 1957 г. Медицинском институте. (см. гл. 02-26)

   На территорию Гватемалы был доставлен комплект мобильного контейнерного госпиталя, и в нём организовали лечение раненых никарагуанских и кубинских партизан.

   Вывозом раненых занималась смешанная эскадрилья самолётов и вертолётов организованной в 1957 году Международной Спасательной Службы (АИ). Эскадрилья базировалась в Гватемале и занималась официально поиском и спасением пострадавших в странах Карибского бассейна. Район был тайфуноопасный, с интенсивным морским и воздушным движением, в том числе – маломерных судов. Услуги спасательной авиации здесь были особенно востребованы.

   Однако в составе эскадрильи в Гватемале были несколько вертолётов и самолётов, с виду не отличавшихся от остальных спасателей. Но их пилотировали лётчики очень высокой квалификации, имевшие большой опыт полётов в зонах боевых действий. Они и занимались вывозом раненых.

   Финансирование МСС получала международное, от стран-учредителей и присоединившихся позже, и работала под эгидой Красного Креста. Госпиталь тоже финансировал Международный Красный Крест, так как в нём оказывалась медицинская помощь малоимущему местному населению. Но при этом в госпитале работали советские специалисты, лечившие раненых, для которых были устроены отдельные помещения. Так как к участию в МСС с 1958 г подключились и США, получалась забавная ситуация: кубинских и никарагуанских коммунистов лечили советские врачи, за деньги американских налогоплательщиков.

   Этого и добивался Хрущёв, воссоздавая Коминтерн – переложить основные расходы на помощь национально-освободительным фронтам на партнёров по ВЭС и мировое коммунистическое движение, оставив за СССР в основном координирующие и транспортные функции, а также информационное обеспечение.

   В сентябре 1958 года сандинистский генерал Рамон Раудалес начал партизанские действия на севере Никарагуа, возле границы с Гондурасом. 6 октября он разгромил силы «национальной гвардии» близ Халапы.

   18 октября произошла стычка в деревне Яули, вблизи города Эль-Хикаро. Эмиссары Коминтерна своевременно предупредили генерала, он сумел уклониться от серьёзного боя и вывести свой отряд через границу. (АИ, в реальной истории в этом бою генерал Раудалес был убит, что привело к приостановке вооружённой борьбы). Партизаны перегруппировали свои силы и продолжили военные действия против режима Луиса Сомосы.

   К организации вооружённой борьбы в Никарагуа с 1959 года начали подключаться имеющие опыт длительной партизанской войны кубинские революционеры. Уже в январе 1959 года на контакт с Фиделем Кастро и Че Геварой под видом эмиссара Коминтерна «товарища Пабло» вышел лично Павел Анатольевич Судоплатов (АИ).

   – Победа революции на Кубе очень воодушевила угнетённые народы по всей Латинской Америке, – сказал Фиделю Павел Анатольевич. – Вы, товарищ Кастро, сейчас на американском континенте самая популярная фигура примерно как Насер в арабском мире после победы при Суэце. Поэтому вам надо, прежде всего, соблюдать осторожность и беречь себя, и, второе, постараться развить успех.

   – Я бы не рекомендовал пока однозначно заявлять о политической ориентации вашего режима, если у вас есть планы развивать Кубу по пути социализма.