Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ) - Симонов Сергей - Страница 642

   Аналогичные дружины создавались и в других промышленных центрах, наиболее страдавших от уличной преступности. Дружинники выходили на патрулирование по вечерам, по графику, вместе с сотрудниками милиции.

   В мае 1957 года, после зонального совещания по сельскому хозяйству, проводивегося в Ленинграде, Хрущёв побывал на нескольких предприятиях города, в том числе – на Кировском заводе и ЛМЗ, а также посетил новые жилые районы, где предоставлялось жильё для рабочих. (АИ) Он ознакомился с условиями их труда и быта.

   Рабочие с гордостью показывали Никите Сергеевичу новые квартиры, полученные от предприятия. Заводам было разрешено вести строительство ведомственного жилья, что помогало удерживать на рабочих местах имеющиеся кадры и привлекать новые. Крупные предприятия активно пользовались этой возможностью.

   Квартиры были пусть и небольшие, но отдельные. Людям, переселявшимся в них из подвалов и коммуналок, они казались роскошными. Примерно так большинство собеседников Хрущёва и высказывалось.

   Разговор также зашёл о криминальной обстановке в городе, и опыте организации добровольных народных дружин. Хрущёву предъявили графики участия в патрулировании, показали отчётность, количество выходов в патруль, количество задержанных правонарушителей. Никита Сергеевич порекомендовал включать в отчётность принятые меры по каждому из случаев задержания:

   – Надо, чтобы дружинники и вся общественность видели наглядный результат вашей деятельности, – пояснил Хрущёв. – Если по каждому задержанному вами хулигану или вору будет вывешена информация в заводской стенгазете, или в районной газете опубликована заметка, население будет видеть, что от дружинников, от их выхода в патруль, есть реальная польза. Тогда у вас и поддержка со стороны населения будет.

   – Да кто ж в милиции, или там, в суде, будет нам отчёт давать? – удивился один из рабочих. – У милиции ж вся статистика засекречена. Да и расследования – дело долгое.

   – Вот тут вы, товарищ, не совсем правы, – ответил Никита Сергеевич. – Вас как звать, чисто для удобства обращения?

   – Да просто Борис, чего там, – отмахнулся рабочий.

   – Так вот, Борис, конечно, расследование серьёзного уголовного дела может занять и год, и два и три, – продолжал Хрущёв. – Вот сейчас, вы читали в газетах, наверное, идёт расследование тяжких преступлений в Азербайджане. С момента приезда нашей комиссии из МВД, во главе с министром, товарищем Дудоровым, уже почти год прошёл, а по многим делам ясности ещё нет. Тут вы правильно заметили.

   – С другой стороны, много ли дружинники задерживают подозреваемых в таких серьёзных преступлениях, как убийства, разбойные нападения, изнасилования? Думаю, хорошо, если один-два таких случая будет. Основной контингент у вас – местные мелкие хулиганы, гопники, пьяные дебоширы, так ведь?

   – Ну, да, – согласился Борис. – Карманники ещё, особенно в транспорте, по вечерам.

   – Вот именно. Ну, и чего в таких случаях долго расследовать? Дела типовые, состав преступления обычно налицо с самого начала, задержанный особо не запирается, поскольку бесполезно. Такие дела решаются обычно в течение месяца-двух, от силы – трёх, и то лишь потому, что суды перегружены, верно?

   Рабочие согласно закивали.

   – Так оно, Никита Сергеич! – подтвердили из толпы.

   – Вот я и говорю – должна быть обратная связь между правоохранительной системой – милицией, прокуратурой, судом – и народом, трудовыми коллективами, добровольными дружинниками, – предложил Хрущёв. – Чтобы морда каждого задержанного вами хулигана, осуждённого на 15 суток, карманника или буйного алкоголика в обязательном порядке появлялась на информационном стенде. Чтобы люди, во-первых, знали своих «героев на районе», причём с адресом, именем и фамилией, и местом работы, если гражданин работает. А во-вторых, чтобы знали, что данный гражданин задержан, к примеру, добровольной дружиной Ленинградского Металлического завода, или там, Кировского завода, препровождён в отделение милиции, получил полагающиеся ему 15 суток и в данный момент перебирает мусор на мусороперерабатывающем заводе.

   – Ха, вот это дело! – одобрил Борис. – Особенно по карманникам полезно. Хорошо бы их морды на каждом углу вывешивать, чтобы народ видел и в лицо их узнавал.

   – Ага, чтобы, если что, и вломить можно было, для профилактики, – подсказали из толпы.

   – Указания соответствующие министру внутренних дел я дам, – пообещал Никита Сергеевич. – Но вам, товарищи, необходимо помнить о соблюдении закона. Всегда помните: «Не пойман – не вор.» Самосуд, товарищи, это тоже преступление, особенно, если заканчивается телесными повреждениями. На то у нас есть народный суд, и установление виновности следует оставить профессионалам.

   – Так, Никита Сергеич, вон, в Азербайджане оставили установление виновности тамошним профессионалам, – ехидно заметил Борис. – До сих пор устанавливают, устанавливают да недоустанавливаются. А была бы у тамошнего рабочего люда возможность самим с этими бандитами да насильниками разбираться, глядишь, и судам было бы меньше работы.

   – Есть такая проблема, – признал Хрущёв. – Но меры уже приняты, и мы с этими «профессионалами» в кавычках тоже обязательно разберёмся. Причём разберёмся не келейно, а гласно. Опубликуем в газетах, кто и чем прославился. Но, товарищи, закон есть закон. Каждый обязан его соблюдать, независимо от вероисповедания, должности и места работы.

   – Вот мы приняли сейчас новый закон «О самообороне», – напомнил Никита Сергеевич. – Приняли целый ряд нормативных актов о порядке регистрации, владения и применения личного оружия граждан. Что скажете, полезное это дело, или не стоило народу позволять личное оружие иметь? Вот у кого-нибудь здесь присутствующих, или у вас, Борис, своё зарегистрированное оружие есть? Поднимите руки.

   Над толпой поднялось более десятка рук.

   – «Тулка» у меня, Никита Сергеич, двухстволка, 16-го калибра, – ответил Борис. – На охоту ходить люблю. Зарегистрирована, как положено, охотничий билет имеется.

   – О! Охотник, значит? – оживился Никита Сергеевич. – Это дело я тоже уважаю! А на кого ходите, Борис?

   – Да больше по мелочи, на утку, зимой – на зайца. Чисто чтобы стол дичью разнобразить. Ничего серьёзного. Притащишь жене пару-другую уток, глядишь, неделю мяса можно не покупать, всё полегче.

   – А что до решения иметь или не иметь оружие – тут, наверное, посмотреть надо, – продолжал Борис. – Пока ещё времени не так много прошло.

   – То есть, предлагаете статистику накопить? – спросил Хрущёв.

   – Ну, вроде того. Если преступность в целом по стране на убыль пойдёт, и будет видно, сколько раз народ личное оружие для защиты применяет, тут и будет понятно.

   – Да не, Никита Сергеич, не сумлевайтесь, дело правильное, – подсказали из толпы. – Народ у нас в основном серьёзный, фронтовики, с оружием обращаться умеют, опасность этого дела осознают. По пьяни никто ещё ни разу не шмалял. Экзамены в милиции обычно с первого захода сдают.

   Обещание Никита Сергеевич сдержал, дав министру внутренних дел Дудорову указание наладить обратную связь с общественностью. В городах, на предприятиях, и просто на стенах домов, рядом с газетными стендами и досками объявлений, появились не только привычные стенды «Их разыскивает милиция», но и другие стенды, «Они получили по заслугам». Там вывешивались фотографии с личными данными правонарушителей, в основном – хулиганов, мелких бандитов, карманников и мошенников, задержанных дружинниками и осуждённых на небольшие сроки, от 15 суток до нескольких месяцев. (АИ)

   Эффект оказался предсказуемым – карманников начали узнавать в лицо в транспорте, и для профилактики бить, а то и выкидывать из трамваев. Очень скоро количество карманных краж упало почти до нуля, снизилось число мошенничеств, улучшилась статистика по хулиганским правонарушениям. (АИ)

   Опыт Одесской области 1946 года тоже использовали. Маршал Жуков рассказал, что тогда для борьбы с бандитизмом в сельской местности в совхозах и колхозах решено было вооружить партхозактив. Хрущёв было не поверил, послали запрос в Одессу. Информацию подтвердил лично участвовавший в борьбе с одесской преступностью работник уголовного розыска Василий Григорьевич Давиденко, бывший майор военной контрразведки, в 1946 г направленный в Одесскую область на должность зам. начальника Глушковского отдела милиции.