Смерть молчит. Другая жена. Коммерческий рейс в Каракас - Лебрюн Мишель - Страница 97

— Не знаю, — покачал головой Джеф. — Результат вскрытия еще неизвестен.

— Он хотел убить Арнольда, — продолжала она, словно не слыша. — Он бы все сделал, чтобы с ним покончить. Не потому, что любил меня, а потому, что его безумная гордость не перенесла оскорбления.

— Но зачем ему нужно было убивать Гарри Бейкера? — вслух подумал Джеф. — Ему ведь деньги не нужны?

— Деньги? — голос ее приобрел жесткий, металлический тон. — Конечно, нет. Но если он забрал деньги, Арнольд не смог бы вернуться в Штаты. Вам это неясно?

Казалось, ожесточение в ней все нарастало, а ее взгляд испугал его.

— Луис знал о деньгах, — продолжала она. — И он знал, для чего они нужны Арнольду, и что должен прибыть человек из Лас-Вегаса, чтобы их получить. Луис понимал, что Арнольда убьют, если он не покроет долги. Полагаю, Луис надеялся на такой исход. Без денег Арнольду не оставалось бы ничего другого, как спасаться бегством или скрываться. А он боялся. Он хотел расплатиться, иначе не мог вернуться в Штаты и забрать меня.

Она перевела дыхание. Лицо вдруг потеряло всю миловидность.

— Но я это выясню, — сказала она, сузив глаза. — В этом вы можете быть уверены.

Джеф был ошеломлен. Он хотел сказать ей, что не стоит торопиться с такой новостью в полицию. Но прежде чем сумел найти нужные слова, она открыла дверь и вышла.

Джеф в раздумье вернулся к столику, на котором остался хлыст. И тут зазвонил телефон.

— Вскрытие закончено, — сказал Кордовес спокойным голосом. — Ваш брат умер не от побоев.

— А…

— Врач использовал термин «асфиксия»!

Джеф тихо повторил про себя это слово и решил, что тут надо подумать. Он знал, что этот термин применяют, к примеру, при отравлении газом. Используют ли его при смерти от удушения?

Его мысли вернулись назад, и тут он вспомнил о куртке, которая лежала на полу рядом с головой покойного. До того как Джеф сбил Арнольда с ног, та висела на спинке стула.

— Вы еще у аппарата? — спросил Кордовес.

— Да, слушаю, — ответил Джеф.

— Еще одна деталь.

— Да?

— Указательный и средний пальцы правой руки были запачканы кровью. Под ногтями нашли клочки кожи и волосы!

— Волосы? — переспросил Джеф. — Волосы с головы?

— Нет, мельче и тоньше. Может быть, с тыльной стороны кисти мужской руки или с тела.

Джеф задумался.

— Попытайтесь выяснить еще одну деталь, — попросил он маленького детектива.

— Что именно?

— На полу, рядом с трупом, лежала куртка. Попробуйте узнать, не обнаружены ли на ней пятна крови.

— Хорошо, — согласился Кордовес. — Вы останетесь дома до моего возвращения?

— Да.

Кордовес заметил, что так будет лучше. Он не знает, как долго еще будет отсутствовать, но когда вернется, принесет пива и сэндвичи.

18

Вернувшись в отель незадолго до полудня, Карен Холмс последовала совету Джефа. Она чувствовала себя усталой, возбужденной и обескураженной. Из окна был виден плавательный бассейн, и зрелище это было так заманчиво, что она молниеносно скинула одежду, надела купальник, сунула купальную шапочку в плетеную сумку и по лестнице спустилась вниз.

Лишь немногие из обтянутых парусиной шезлонгов были заняты. Она расстелила на шезлонге оба полотенца, положила на них сумку, спрятала волосы под шапочку и прыгнула в воду.

Проплыв бассейн из конца в конец, Карен нашла, что вода приятно прохладная. Проплескавшись так минут пять, она лицом вниз растянулась на шезлонге, а когда минут через двадцать ощутила, что стало припекать, перевернулась.

Искупавшись еще разок, она решила не одеваться к обеду, а перекусить здесь. Присев за один из круглых столиков на краю лужайки, подозвала официантку и заказала салат и чай со льдом. Сидя спиной к бассейну, Карен рассеянно смотрела на лежавшие внизу городские крыши.

Ее мысли рассеянно блуждали. Она думала о Джефе Лейне, неприятном положении, в которое тот попал, и о своей собственной роли в цепи событий, начавшихся еще в Бостоне. Ей было стыдно за то, что она натворила в Майами. И ее щеки загорелись при воспоминании о поцелуе и о том, как он смотрел на нее. Нет, он, наверно, простил ее, иначе не сделал бы этого. И она была рада, так как чувствовала — он ей нужен. Ей всем сердцем хотелось ему помочь. Если бы только знать как!

Карен вернулась в номер, сняла мокрый купальник и оделась. Разобрала постель, хотела прилечь только на минутку; но совершила ошибку, прикрыв глаза — мысли тут же стали расплываться, и она уснула. А когда проснулась и поняла, что произошло, было уже больше трех часов. Как же рассердилась она на себя за такую потерю времени!

Не имея никаких конкретных планов, она все же быстро приняла душ, надела прямое клетчатое платье и взяла под мышку белый фланелевый жакет. Спустившись вниз, остановила первое попавшееся такси и попросила шофера подвезти на Авенида Урданета. У нее не было определенной цели, но Карен помнила, что на этой улице видела целый ряд шикарных магазинов, и решила, оказавшись в покупательском раю, прогуляться вдоль витрин.

На углу она попросила шофера остановиться, рассчиталась и вышла; стоя перед светофором в ожидании зеленого света, она вдруг подумала, что однажды здесь уже была. Взглянув на табличку с названием улицы, тут же поняла — так и есть. Авенида здесь пересекалась с той самой улицей, на которой находилась контора Грейсона — всего в двух кварталах отсюда.

Повинуясь непонятному порыву, она свернула направо и зашагала вверх по улице. Погруженная в свои мысли, Карен едва обращала внимание на людей, проходивших мимо. Ее так и тянуло к месту преступления. Всего двадцать четыре часа назад она проделала тот же путь в такси на переговоры с Арнольдом Грейсоном о пакете акций. Теперь все это было в прошлом. Человек мертв — даже два человека, — а Джеф вынужден скрываться. До сих пор она ничем не может ему помочь и не видит никакого выхода…

Она миновала здание редакции «Бюллетеня». Наискосок на противоположной стороне было хорошо знакомое ей здание конторы, и вдруг, непонятно почему, ее мысли обратились к Дэну Спенсеру.

Как это произошло, она не знала. Но лишь только мысли ее сосредоточились на репортере, Карен замедлила шаг. Тротуар тут был очень узок, людям приходилось, обходя машины, выходить на проезжую часть, поэтому она перешла на другую сторону и оттуда уставилась на вход в редакцию.

Спенсер был одним из двух людей, видевших, как Джеф выходит из конторы. Он работал поблизости. Он же был в «Тукане» в тот вечер, когда убили Бейкера.

Случайные совпадения?

На этот вопрос ответа не было, но Карен не могла отогнать эту мысль. Она попыталась вспомнить, что ей Джеф рассказывал о Спенсере.

До сих пор никто его не заподозрил в совершении убийства — или двух убийств. Он всегда оказывался поблизости от места преступления — и никогда на него не падало подозрение. Его редакция находилась почти рядом с конторой Грейсона. Предположим, ему удалось вчера забрать деньги. Как же просто было бы ему это сделать: взять пакет — или в чем там они были — под мышку, дойти до редакции и спрятать в стол.

Кто-нибудь об этом подумал?

Уэбб обыскал квартиру Спенсера. А в редакции?

«Стоп!» — подумала Карен, пытаясь сдержать разбегавшиеся мысли. Но это оказалось непросто. С тех пор как в мозгу мелькнула эта версия, она непрерывно взвешивала все «за» и «против» и уже почти себя убедила. А потом спросила себя, может ли Спенсер в такой час быть в редакции. Это выяснить нетрудно, и что может случиться, если она просто зайдет переговорить с ним? Можно придумать причину, а там вдруг да обнаружится что-то полезное…

Но пока она собиралась с духом, судьба все решила за нее.

Интуиция привела ее в нужное место и в нужное время. Пусть это была удача или слепой случай, но как бы это ни называть, решение само шло в руки. Потому что, когда она наконец собралась перейти улицу, из дверей редакции вышел Спенсер и зашагал вниз по улице, в том направлении, откуда пришла Карен.