Волшебник Темной Улицы (ЛП) - Одиссей Шон Томас - Страница 40

— Что ты делаешь? — любопытствовал Дьякон.

— Если ты глянешь на здание снаружи, — пояснила Уна, — то увидишь, что оно втиснуто между магазином сумок и музеем. А эта стена как раз примыкает к музею.

Уна толкнула зеркало, надеясь, что интуиция ее не подвела. Нижний край пошатнулся и закачался, словно маятник, обнажив за собой широкий лаз.

Дьякон так и охнул:

— Дыра!

— Конечно, дыра, — подтвердила сыщица. — Мне еще странным показалось, зачем инспектору было ровнять зеркало. А теперь ясно. Через эту дыру некто зашел и вышел.

Ворон спросил, озираясь:

— А почему зеркало треснуло?

— Не уверена, — ответила Уна, — но похоже, что, вернувшись сегодня за платьем, вор случайно опрокинул манекен, который, падая, ударился о зеркало.

Дьякон утвердительно кивнул.

Опустившись на колени, Уна собралась изведать лаз, вглядываясь в его черноту.

— Я туда не пойду, — заявила Исидора.

— А тебе и не нужно, — отозвалась Уна. — Если не ошибаюсь, этот ход ведет...

Глава 22. Тайный ход

— По соседству, в Музей истории волшебства, — закончила фразу сыщица.

Она отодвинула в сторону занавеску из какой-то тяжелой материи и поднялась на ноги, отряхивая платье. Ворон впорхнул в комнату, а затем приземлился на угол большого деревянного стола.

— Полагаю, что мы в офисе хранителя музея, — заметил Дьякон.

— Так и есть, — подтвердила девушка. — Мы в подвале. Ступеньки перед музеем поднимаются так высоко, что подвал в действительности находится на том же уровне, что и улица. И что более важно, на том же уровне, что и демонстрационный зал по соседству...

Вечно горящая лампада тускло мерцала на столе, ее волшебное пламя освещало комнату зеленоватым оттенком. Длинный гобелен, изображающий целую плеяду звезд и созвездий, занимал большую часть стены позади стола. Именно через этот гобелен Уна и Дьякон проникли в комнату. Пол был каменный, начищенный до блеска. Справа от стола стояла разбитая стеклянная витрина, над которой висела маленькая латунная бирка. Надпись гласила:

«Ловец фей и Эльфийская смерть,

магические кинжалы, управляемые силой мысли,

являются самыми первыми экспонатами,

положившими начало Музею истории волшебства.

12 августа, 1418 года»

Уна подошла ближе к единственной двери в комнате и осмотрела замок.

— Погляди-ка сюда. Видишь, тяжелая задвижка имеет защелку с этой стороны двери и открывается только ключом с другой стороны. Как только кинжалы забрали, вор открыл дверь и оставил ее открытой, уверенный в том, что никто не перепроверит, как именно он сюда попал. Все предполагали, что вор вошел через открытую дверь.

— Итак, воры вошли и вышли через дыру в стене бутика мадам Айри, — подытожил Дьякон. — Но как они попадали в демонстрационный зал?

— Думаю, что ответ кроется в пропавших с мостовой булыжниках, — предположила сыщица.

— Это как? — удивился Дьякон.

Девушка не ответила. Вместо этого она отодвинула в сторону гобелен и поползла обратно через отверстие в демонстрационный зал. Ворон не отставал от хозяйки. Они обнаружили Исидору в той же позе, что и оставили, со скрещенными на розовом кружевном платье руками, недовольно барабанящую пальцами.

— Платья нашли? — задала она вопрос.

— Ш-ш-ш, Исидора, — шикнула сыщица, доставая из кармана отцовскую лупу, чтобы осмотреть пол.

— Не шикай на меня! — взвилась красавица. Но тем не менее промолчала угрюмо, пока Уна проводила свое расследование.

«Он должен быть где-то здесь, — подумала Уна. — Тут должен быть другой ход. Только так сюда можно попасть».

Но и через несколько минут ползания по полу девушка ничего не нашла. Ни одной царапины. Она присела возле ворона на краю демонстрационной платформы, засомневавшись в своей теории. Она была настолько убеждена, что Санора Крон проникала через пол в демонстрационный зал, а затем — в музей, через лаз в стене.

Сыщица уставилась на лупу, думая о своем отце, гадая, был бы он разочарован ее действиями или нет. Она хотела, чтобы он был здесь, возле нее. Разумеется, отец знал бы, что искать. Но его не было и никогда не будет. Она склонила голову, пробегая пальцами по волосам, и именно тогда заметила едва различимые царапины на полу у своих ног.

— Вот оно! — воскликнула Уна.

Она провела лупой по царапинам вдоль нижнего края помоста, и Дьякон смог разглядеть их.

— Царапинки на отполированном дереве, — прокомментировал ворон. — Что бы это значило?

Уна поспешно двинулась на другой конец платформы, твердо уперлась ногами в пол и поднатужилась.

— Вот как Санора проникала внутрь! — воскликнула девушка.

Платформа легко скользнула по гладкому полу, открывая потайной ход. Дьякон взволновано перепрыгивал с одной лапы на другую, уставившись на дыру в полу. Можно было различить начало лестницы, которая уходила вниз в темноту.

Исидора переводила взгляд с дыры в полу на отверстие в стене.

— Не понимаю, откуда эти две дыры?

Уна начала потирать руки. Наконец-то она могла хоть что-то объяснить:

— Помнишь прошлую ночь, Исидора, когда ты спросила инспектора, мог ли один и тот же человек украсть и кинжалы, и платья?

— Все смотрели на меня, как на сумасшедшую, — ответила красавица, яростно бросив на сыщицу укоризненный взгляд.

Уна поморщилась, понимая, что на тот момент вопрос Исидоры действительно звучал нелепо.

— Ладно, получается, ты была права, — девушка указала на отверстие в полу. — Санора, должно быть, проложила туннель под магазином и поднималась сюда через подиум. Хотя я сомневаюсь, что она действовала в одиночку. Слишком пыльная работенка. Одна маленькая девочка не смогла бы сделать это сама. Думаю, что ей помогали другие ведьмы.

Уна почесал затылок. Как ведьмы узнали, что надо подниматься именно в этом месте, так чтобы платформа прикрывала дыру? Этого она пока не знала. Но собиралась выяснить.

Заглянув в лаз, девушка сглотнула:

— Дьякон, может ты пойдешь первым? Или я?

— А почему я должен спускаться туда? — запротестовала птица. — И теперь, когда мы знаем, как вор проникал внутрь, нам просто надо сообщить властям.

Уна скептически глянула на своего друга.

— Ну, ладно, ладно! — согласился ворон. — Возможно, инспектор Уайт все испортит, но это лучше, нежели один из нас туда полезет.

Уна повернулась к Исидоре, но благородная юная девица подняла руки вверх:

— Я не собираюсь спускаться туда!

— И кроме того, — продолжил Дьякон, — если все-таки Санора совершила кражу из музея, то у нее остался еще второй кинжал-близнец, «Эльфийская смерть».

Ты обещала дядюшке, что не будешь выслеживать опасных преступников.

— Я знаю, что я обещала, Дьякон, — ответила девушка. — Но если Санора была тем, кто бросил кинжал в дядю Александра, тогда она единственная, кто знает слова превращения. Кровавый Мартин намерен остановить маятник на Темной улице в полночь, если Волшебник не появится, чтобы потребовать дом обратно, — она указала на лаз в полу. — Санора Крон может скрываться там внизу на Ведьмином холме сколь угодно долго.

— На Ведьмином холме? — переспросил Дьякон.

— Да. Разве ты не понял? Этот туннель ведет прямо отсюда к холму через дорогу.

— Но как ты узнала, что он здесь? — спросил Дьякон.

— Я это все поняла, когда увидела пропавшие булыжники. Бросив леденец инспектора в колдобину, я только показала суть, то есть, что ведьмы прорыли туннель под дорогой. Вот почему булыжники исчезали вместе с землей под ними. Должно быть, ведьмы рыли туннель слишком близко к поверхности, и грунт начал проваливаться в определенных местах, где чаще ездят повозки. Вот поэтому кареты и застревали.

— Хм-м, — промурлыкал ворон, глядя на грязное черное платье, висевшее на плече у девушки. — Понимаю, почему ей хотелось украсть платья — ее собственное уж очень невзрачное, но зачем она хотела упрятать за решетку твоего дядю?