Беспечные (ЛП) - Уэст Присцилла - Страница 18

Его освещал тёплый свет одного-единственного жёлто-оранжевого прожектора. И его голос упал почти до шёпота, когда он запел в микрофон:

Над городом висела полная луна

в ту ночь, когда я тебя впервые встретил

но уже тогда нам было предначертано несчастье.

Мы загадывали желания, когда падали звезды

но теперь я отлично знаю

Ничто не удержит беспощадный свет дня.

Ты не можешь знать , кем я был

Твоя любовь не может быть настоящей.

Мы носим маски, чтобы спрятать лица

И однажды твоя маска станет тобою.

Его голос был тихим, но с хриплыми оттенками сдержанной напряжённости, отчего казалось, что он в любой момент может закричать. Слова ошеломили меня, затронув что-то глубоко внутри моей груди. И я крепко обхватила себя руками.

Я никогда не видела его таким. На первом концерте «The Hitchcocks» Джакс был очень соблазнительным, диким и разгуливал по сцене с таким самодовольным видом, будто она принадлежала ему. Теперь, казалось, он будто слился с музыкой. Я не могла отрицать своё физическое влечение к нему, но сейчас осознала, что желаю его ещё больше. Он был не просто красив лицом, великолепен телом или даже просто мужчиной с невероятным голосом. У него была страстная душа.

Я не могла не заметить разницу между влиянием, которое он оказал на толпу здесь, и той ночью в «Валлаби». Это было так необычно, что я решила назвать это эффектом Джакса. И тогда я впервые почувствовала, что начала по-настоящему ему отдаваться, несмотря на все свои усилия воздержаться от этого.

Его голос был чистым сексом в самой примитивной его форме, и, слушая как он поёт, я не могла думать ни о чём другом. Я жаждала сильных рук Джакса. Умирала от желания почувствовать его губы на своих губах. Я хотела иметь возможность просто выйти на сцену и поцеловать его, представляя его мощные руки, обнимающие меня, и его рот, который стал бы голодным и нетерпеливым, как только наши языки сплелись бы вместе.

Приближался припев, и толпа молча стояла вся во внимании, что очень контрастировало с тем безумием, которое ещё несколько минут назад здесь творилось. Внезапное молчание само по себе почти было звуком. Казалось, что Джакс околдовал всю публику, и никому не удалось избежать его чар.

Начался припев, и Джакс в чистом экстазе от рок-музыки запрокинул голову. Его голосовые связки были напряжены, когда он со всей страстью выкрикивал слова на пределе своих возможностей. Зажглись фейерверки, и один за другим стали взрываться огненными цветами за его подтянутой фигурой.

Его руки схватились за гриф гитары, и я не могла не вспомнить его сильные пальцы, которые сводили меня с ума, впиваясь в мою нежную кожу. Внезапно в моём воображении возникла картина: я в его объятиях и его пальцы, со страстью поглаживающие моё тело точно так же, как сейчас гитару. Грандиозный фейерверк взорвался у Джакса за спиной, как только он взял другую тональность и перешёл к последнему куплету песни.

Дыши, Райли, сказала я себе, когда, сколько бы я ни старалась, меня поглотили мои же фантазии. Просто продолжай дышать.

Когда Кев взял последний гитарный аккорд, Джакс стоял в свете ярких лучей и выглядел при этом как бог рока: руки врозь, глаза закрыты, лицо расслабленное. Пытаясь успокоиться, я сделала глубокий вдох. Бабочки запорхали в моём животе, и я почувствовала, как подвернулись кончики пальцев на моих ногах, цепляясь за подошву балеток.

Это просто песня, Райли, пыталась я себя убедить. С чего так возбуждаться? Но мало кто мог петь так, как Джакс. Его голос был настолько полон горя и отчаяния, что это звучало так, будто ему впервые разбили сердце. Я попыталась сосредоточиться на других участниках группы. Ведь если я собиралась смотреть выступление, то ради себя же мне нужно было не позволять эффекту Джакса превратить меня в безмозглую фанатку.

Это сделало остальную часть выступления немного легче. К тому времени, как группа спела на бис, я чувствовала себя так, будто меня пропустили через эмоциональную мясорубку. Группа стояла, купаясь в аплодисментах, и я не могла не пересмотреть своё мнение о Джаксе.

Может быть, я ошибалась насчёт него. Может, он был очень чувственным человеком, у которого не только секс на уме.

Я шагнула в сторону, чтобы группа, уходя со сцены, не заметила меня.

Кев, Чуи и Скай стали уходить со сцены, но Джакс задержался и в последний раз взял в руки микрофон.

— Я просто хочу выразить последнюю на сегодня признательность. Она для особой девушки, которая всё ещё злится. Позволь мне кое-что сказать, Перчинка: твой ход!

Что?!

Моя рука взлетела к моему же открытому рту, а щеки налились румянцем. Я не могла поверить своим ушам. Он играл со мной.

Не веря, что это действительно происходит, я покачала головой. Раньше это было только между нами двумя, но теперь в эту игру «кто кого» он вовлёк тысячи людей. И всё это лишь для того, чтобы залезть ко мне в трусики? Я начала понимать, что я больше не могу просто избегать или игнорировать Джакса. Это бы только усугубило ситуацию. Мне и так уже было тяжело из-за него сосредоточиться на работе, а если он продолжит повышать ставки, то это станет практически невозможным.

Прячась за занавесом, я смотрела, как группа уходит за кулисы. Чуи и Кев, не теряя времени, взяли себе по одной группиз, и Скай прихватила не одного, а сразу двух горячих парней, преклоняющихся перед нею. Джакс последовал за ними, но без сопровождающих его поклонниц. Все вместе они вошли в гримёрку, в руках у них были бутылки шампанского, которое они повсюду расплёскивали. Через некоторое время после того, как за ними закрылась дверь, я услышала что-то, что походило на смех десятка человек.

Но мне было не смешно. Я волновалась. Мне нужно было положить конец стремлениям Джакса, пока ситуация не вышла из-под контроля. 

Глава 9

СОГЛАШЕНИЕ

На следующее утро моё тело было охвачено болью, не успела я и глаза открыть. Все мышцы на спине ныли от сна на диване, твёрдом, словно камень. Я застонала, переворачиваясь на живот, чтобы хоть как-то унять боль. Как же мне везёт! Сначала изготовление значков, теперь диван. Какой беды ещё ждать?

Я кое-как подняла с пола свой телефон и посмотрела на часы. Чёрт. Полседьмого утра. Я находилась в сотне километров от офиса в Нью-Йорке, в другом часовом поясе, но моё тело отказалось это запоминать. Я проспала меньше четырёх часов. И что, так будет все две недели моей командировки?

Всё тело болело, хотелось спать — у меня не было ни малейшего желания подниматься, поэтому я решила проверить электронную почту. Меня ждал сюрприз в виде полуночного письма от Палмера — в графе «Тема письма» значилось «Срочно по HC».

Р: Просмотрел твои отчёты и согласен. Бюджет HC = отстой. Нужно урезать минимум десять процентов, что нелегко за две недели. С учётом этого, начальство утвердило бонус в двадцать тыс. долларов за исполнение в срок. И не говори, что я ничего для тебя не сделал. Не облажайся.

— П.

Я чуть не задохнулась. Двадцать тысяч долларов? Чёрт возьми! Это почти моя зарплата за полных четыре месяца; таких денег достаточно, чтобы выплатить остатки кредита на обучение, и даже ещё останется на недельку отпуска где-нибудь на тропическом пляже под коктейли с зонтиками. Уже одно это может компенсировать все мои прошлые неудачи. Меня охватила такая радость, что я была готова расцеловать телефон.

И остановилась уже тогда, когда губы почти коснулись экрана. Лишь одно препятствие стояло между мной и огромнейшим бонусом в моей карьере, и звали его Джакс.

Сокращение бюджета и без того задача не из лёгких, и если Джакс решит воспротивиться этому, то процесс затянется надолго, пока мы будем обдумывать детали. Мне придётся склонить его на свою сторону, а это значит, я должна его как-то подкупить.