Тигр на свалке - Шубин Дмитрий - Страница 15

– Вот и все, садись, покатаемся.

– Как ты это сделал? – спросил я и стал обходить автолет, направляясь к дверце пассажира.

– Видел в одном из фильмов, – ответил он, когда я опустился рядом на сиденье.

Мы хлопнули дверцами и Макс вставил те же проволочки в замок зажигания. Автолет тихо заурчал. Друг включил фары. Мы плавно поднялись в воздух. Достигнув высоты примерно в десять метров, Корсигас убрал колеса, которые встали боком и скрылись в открывшихся впадинах в днище машины. Со стороны это должно было походить на то, будто автолет поджал «ноги». Медленно, но постоянно набирая скорость, мы полетели вперед.

– Куда? – спросил друг.

– Домой.

– Да ты че… Приключения только начинаются. – Макс включил кондиционер, сразу стало прохладнее. – Сейчас протрезвимся.

Автолет набирал высоту. Макс поднимал машину все выше и выше, поворачивая штурвал, спиралью облетал ближайший небоскреб. Ориентируясь по красным, опоясывающим крышу огонькам, он осторожно опустил «Порш» на самый край так, чтобы передняя часть, капот и двигатель под ним, выпирая, висели над бездной. Макс выключил фары. Вид был потрясающий. Вверху все небо усыпано звездами, сияет огромная луна, внизу масса городских огней, лучи фар снующих в разные стороны атолетов. Макс, не выключая мотор, выжал рычаг ручного тормоза и, открыв рюкзачок, достал коробочек с марихуаной. Распотрошив две сигареты «Marlboro» и избавив их от обычного табака, он стал искусно забивать в пустышки сушеные листики и почки травы. Через пять минут мы затянулись приятно пахнущим наркотическим дымом, выдыхая струйки в открытые окна. Мне вновь ужасно захотелось пить и я стал обследовать машину на наличие чего-нибудь жидкого. В задней части салона ничего не нашлось, а вот в «бардачке» обнаружились противопехотная осколочная граната и серебристый пистолет с красивой надписью на боку «Magnum».

– Ух ты, – только и произнес я, взвешивая в ладони находку.

– Ну-ка дай-ка сюда, – Макс протянул руку и, осмотрев оружие, произнес: – Настоящий. Надо прибрать.

Друг спрятал гранату и пистолет в свой рюкзак.

– Продадим? – спросил я. – Деньги попилим.

– Припрячем в нашем месте. Когда-нибудь пригодится.

Макс выбросил окурок и какое-то время следил, как красная точка плавно летит вниз, постепенно теряясь из вида. Он откинулся на спинку кресла, заложил ладони под затылок и, закрыв глаза, произнес:

– Хорошо… Чем займемся?

Я тоже откинулся назад и почувствовал, что мне в лопатку что-то упирается. Изогнувшись, я прощупал покрытую кожей спинку сиденья. Под обивкой находился твердый прямоугольный предмет.

– Там что-то есть. – Я обернулся и стал осматривать, каким же образом это предмет можно извлечь из спинки.

– Где что-то есть? – Макс посмотрел на меня, ничего не понимая.

– Да здесь, прямо в спинке, под кожей.

Друг протянул руку и пощупал, после чего достал небольшой перочинный нож и прорезал длинную полосу вдоль всего ребра кресла.

– Черт! – возмутился я. – Ты же испортил сиденье!

Он не обратил внимания на мои слова, просунул обе руки внутрь и вытащил наружу небольшой серебристый плоский чемоданчик-дипломат.

– Так, так, так… – Макс стал ковыряться в замочке ножиком. – Посмотрим, что тут у нас и зачем это надо было прятать в тайнике. – Он распахнул крышку. – Боже мой, да ты только посмотри!..

Я включил свет в салоне и заглянул в чемоданчик. Несколько пачек сиреневых купюр, пачка пластиковых банковских карточек, перевязанных резинкой, и прозрачная коробочка с игольчатой дискетой внутри. Такие дискеты я видел только на картинках в Сети. От обыкновенных они отличались своей миниатюрностью. Тонкая, будто сапожная игла с плоской шляпкой как у гвоздика.

Макс пересчитал количество пачек с кредитками.

– Десять, – произнес он. – По пятьдесят тысяч в пачке. Это же полмиллиона! Вот это я понимаю, вот это серьезные деньги. Это вам не какие-нибудь песо, это же кредитки, международная валюта. Вот с этим я смогу развернуться!

– А я?

Друг бросил взгляд на меня.

– Да… ну и ты, конечно. Надо срочно валить отсюда и припрятать это.

– А пластиковые карточки… Они зачем? – Я, конечно, в те времена немного представлял, зачем нужны карточки, но зачем столько? Почему-то считал, что респектабельные люди имеют всего по одной и пользоваться карточкой может только ее хозяин. В общем, лопух был, насмотрелся рекламы, где говорится, что потеря пластикового прямоугольника не несет с собой потери денег.

– Ну, это тоже деньги, это ж банковские кредитки, – ответил Макс. – Деньги в электронном виде. Я думаю, именно эти – на предъявителя. Ну, в смысле, кто держит в руке, тот и хозяин. Возможно, что там тоже неслабая сумма. Мы нашли клад, Санчо. А вот эта коробочка… Это уже ответь мне ты. – Макс посмотрел на меня. Наверняка он уже догадывался о назначении дискеты-иглы, но так как в компьютерных делах я разбирался лучше, решил подтвердить свою догадку.

– Суперсовременная пальчиковая дискета, новейший носитель информации, – ответил я. – Денег на ней, конечно нет, но какие-нибудь цифры она да содержит. Иначе зачем ее с собой таскать? В общем, надо будет просто просмотреть ее на компе. – Я пожал плечами.

Макс захлопнул чемоданчик и кинул его на заднее сиденье, после чего поднял стекла, затонировал их до предела, отключил кондиционер. Потом поднял автолет в воздух, включил фары и направил машину в сторону «Района трущоб».

Глава 5. Вечер трудного дня.

Жарким удушливым вечером П. Алекс закрыл свою лавку и, проверив Боливара, который уже очнулся ото сна и причесывался, приводя в порядок лапками свою шкурку, не спеша направился к выходу с птичьего рынка. Преданная Элизабет, как всегда, следовала рядом. За день Роди продал несколько птичек, пару хомяков и одного сломанного кролика, которого забрали на запчасти. Это дало немного песо, и Алекс купил в магазине продуктов. Когда они с Лизи уже направлялись домой, у Роди появилось навязчивое чувство, что договор на словах с таким мошенником, как старый Феликс Мохман, может и не сработать. Слишком уж грубо тот сегодня с ним разговаривал. Чем больше он думал об этом, тем более чувство недоверия становилось основным.

«Надо по пути зайти в ломбард и заключить настоящий договор на бумаге, со всеми подписями, – подумал Роди. – Старый еврей сам всегда повторяет: дружба дружбой, а дела делами».

П. Алекс свернул в переулок, преодолел пару кварталов по узкой улице и подошел к двухэтажному строению с колоннами-атлантами у входа и с решетками на окнах. Мигающая вывеска гласила: «ЛОМБАРД. СКУПКА. КРЕДИТЫ». Над входом многозначительный герб с национальным символом страны: орел, сидящий на кактусе и держащий в клюве змею. Феликс всегда считал себя полноценной ячейкой государства, даже того государства, куда он когда-то вынужденно эмигрировал. Ростовщик принимал клиентов круглосуточно и поэтому тут же и жил, приспособив для себя второй этаж. Работали у него несколько охранников, дежуривших посменно, и приемщица, пожилая сеньора в очках, которая трудилась только до 18-00. Когда женщина, которой Феликс в определенной степени доверял, уходила домой, посетителей он принимал лично, резонно пологая что любой клиент, даже пришедший ночью, может принести прибыль. «Упустить прибыль, значит зря прожить день», – поговаривал ненасытный ростовщик. У Мохмана также числился в работниках индеец-полукровка по имени Какумацин, которого все звали просто – Ку?ма. Парень был способный, когда не слишком перебарщивал с алкоголем. Феликс частенько давал ему за это моральную взбучку, но не увольнял, понимая, что на такую мизерную зарплату подобрать расторопного работника будет сложновато. Бывали случаи, когда Ку?ма «подтягивал» деньги, но и это в итоге сходило ему с рук. Наверное, Феликс уже настолько привык к индейцу, что не мог никак решиться на серьезные шаги по отношению к нему. Тот был не дурак и, понимая это, порой загуливал по нескольку дней.