Только между нами (ЛП) - Оакс Хейли - Страница 5

– Нет, – он хватает меня за запястья, – я имею в виду, что ты не просто чья–то будущая жена. Ты заслуживаешь большего, чем это.

– Это всё, чего я когда–либо хотела, – вздыхаю я.

– Действительно? – Я смотрю ему в глаза, в то время как серьёзное выражение лица начинает прожигать меня насквозь. – Пожалуйста, поехали со мной, хотя бы на несколько дней. Позволь мне помочь тебе выбраться отсюда. У тебя в голове просто неразбериха, это на тебя не похоже.

– Ты сделаешь меня лучше? – с недоверием спрашиваю я.

Он улыбается мне и заказывает ещё текилы.

– Ничего смешного, – серьёзно произносит он, – и я гарантирую, что помогу тебе забыться, а если этого не произойдёт, то я… – он задумывается на секунду, – я пробегу марафон… голым.

Я громко смеюсь.

– Голым? Ты, должно быть, уверен в победе с таким ужасным телом, – с сарказмом говорю я, качая головой. Он немного расслабился, и возвращается его ухмылка. – Хорошо, – соглашаюсь я.

– Хорошо? – он смеётся, в то время как перед нами ставят ещё две рюмки с текилой. – Да, чёрт побери, у нас будет лучшее лето.

– Знаешь, нам почти по тридцать, – я закатываю глаза. – Мы больше не подростки.

– Это погано. Превратим тридцать в новые семнадцать, – и после этих слов мы выпиваем свою текилу.

На следующее утро я просыпаюсь с похмельем и бегу в ванную, почувствовав подступающую тошноту. Через двадцать минут я сижу рядом с унитазом, думая, стошнит ли меня снова. Кайл заглядывает в ванную через приоткрытую дверь.

– Убирайся! – кричу я. Чёрт, я забыла запереть дверь, которая ведёт в его комнату.

– Вау, ты выглядишь дерьмово.

Из меня вырывается стон.

– Вон!

– Ты же не забыла, что сегодня едешь со мной домой? – кричит он через дверь.

– Сегодня? – я издаю стон. – Я… – я отчаянно стараюсь придумать способ отказаться. Он ведь не станет заставлять меня.

– Соф, мы уже говорили об этом. Как однажды сказала Шерил Кроу: «Изменения принесут пользу», и ты согласилась.

– Но мы были пьяны, и это мой дом, и…

– Ты страдаешь, закрывшись в своей подростковой спальне, пока мистер Придурок сидит в твоём доме. Так что ты поедешь со мной, уберёшься от всего этого и вернёшься освежённой в сентябре.

– Серьёзно? – я снова чувствую тошноту. – Я не собралась, и у меня нет достаточно вещей.

– Значит, собирайся, и мы купим то, чего у тебя нет, – радостно говорит он.

– Как ты можешь быть таким весёлым в такое время после того, как мы напились ночью?

– Ты нашла себе мужчину и осела, в то время как я практиковал навыки пьянства.

– Ох, – произношу я. – Верно, эм–м, ну…

– Лучше иди собирайся! – кричит он через дверь и с этими словами оставляет меня тошнить дальше. У меня нет энергии спорить, и честно говоря, попытаться взять перерыв от своих страданий кажется очень хорошей идеей.

Три – Только неловкость

Старые времена

Когда моя мама встретила Мика, мне было четырнадцать лет. Перед первым свиданием она сказала мне, что у него есть сын, Кайл Хансон, который учится со мной в одной школе. Я застонала и сказала ей, что он идиот и всегда выпендривается на уроках. Он был в компании популярных детей, которые дразнили других, таких как я, придумывая обидные прозвища. Они всегда выглядели отлично, в то время как все остальные имели дело с пятнами на одежде и грязными волосами. Мама и Мик встречались шесть месяцев, прежде чем я познакомилась с Миком. Мама была осторожна, чтобы не расстроить меня. В конце концов, я всё ещё скучала по жизни с отцом. Кайл никогда не замечал меня в школе. Если бы он знал, что наши родители встречаются, то не стал бы притворяться, как и я.

Мои родители расстались по взаимному согласию, но я понимала, что это имеет большое отношение к женщине, которая работала в магазине моего отца. Он владел магазином для вечеринок, в котором продавались воздушные шарики, растяжки, торты, украшения для тортов и всё, что только может понадобиться для вечеринки. Он хорошо справлялся и работал часами, и мы были счастливы, как я думала. Затем я узнала, что папа, Уинстон Кинг, переехал в маленький дом за углом.

Он был доволен и, казалось, ни с кем не встречался, но мама кричала на него, упоминая имя Шейлы несколько раз за последние недели. И этим именем звали его помощницу на работе. Она была молода, с хорошей грудью и достаточно дружелюбным характером. Но мама справлялась со всем изящно, и тем вечером, когда они сказали мне, что решили расстаться, она повезла меня на машине по стране. Мы ездили по узким дорогам, пока она выпускала пар. Она слушала очень громкую музыку, в основном песни Тины Тёрнер и Шер.

– Никогда не надо зависеть от мужчины, Софи, всегда будь собой, – сказала тогда она.

Мы научились жить вдвоём, и у нас это получалось очень хорошо. Я виделась с отцом несколько раз в неделю, и он водил меня на ужин или в кино на выходные, но я была слишком взрослой, чтобы оставаться у него ночевать. Мне нравилось своя собственная кровать и свой собственный дом, так что я виделась с ним так часто, как он этого хотел, но он не выделял для меня комнату в своём доме или что–то в этом роде. В этом я не нуждалась.

Через шесть месяцев отношений, Мик повёл меня и маму на ужин в шикарный ресторан. Он много говорил, и мама наблюдала за ним с обожанием. Мне это не нравилось, он был именно таким, каким я представляла отца Кайла. Он бросался в глаза и был громким, с большим эго, и очень гордился своим богатством. Я высказала всё это маме, и её это задело. Я сказала ей, что он кажется распутным хвастуном, и ей следует быть осторожнее. Она не кричала и не пыталась изменить моё мнение.

– Просто дай ему шанс, Софи, я хорошо разбираюсь в характерах. Поверь мне, – улыбнулась она.

Шли месяцы, и Мик на самом деле стал сносным, возможно, в тот вечер, когда мы впервые познакомились, он нервничал и старался меня впечатлить. После этого он больше никогда не водил нас в слишком шикарные места. Мы ходили по закусочным и пиццериям, иногда были в барах, где они выпивали, а я пила колу и играла в автоматы. Он не был таким громким, как мне показалось в первый раз, и мне начали нравиться маленькие продуманные подарки, которые он дарил моей маме и даже мне. Он делал маму счастливой, и только это имело значение. Он уделял ей внимание и льнул к ней, чего никогда не делал мой отец. Я начала принимать этого нового мужчину в свою жизнь. Мик Хансон был около шести футов ростом, с небольшим пивным животом под рубашкой; он всегда смеялся и шутил, и он знал всех, где бы ни был.

Они с Кайлом не были близки. Он расстался с мамой Кайла, когда Кайлу было девять, и с тех пор был одинок, хоть и встречался с несколькими женщинами, пока не появилась моя красавица–мама. Когда он виделся с Кайлом на выходных, мы с мамой занимались своими делами, и я, конечно же, виделась со своим папой или с друзьями. Спустя год Мик предложил нам сходить куда–нибудь вдвоём, и я пришла в ужас. Мы с Кайлом оба знали, что наши родители встречаются, но из–за того, что мы не говорили об этом в школе, я знала, что будет неловко. Он никогда не смотрел на меня знающим взглядом и не говорил со мной. Он продолжал общаться с популярной толпой, а я была выродком с вьющимися светлыми волосами. Его волосы были похожи на чёрный шёлк, а его кожа всегда имела лёгкий загар. Он был красивым, недосягаемым, и я определённо не стоила его внимания.

Мик повёл нас в итальянский ресторан. Он забрал нас с мамой на своём чёрном «БМВ» пятой серии. Кайл уже сидел на переднем сидении, поэтому мы с мамой сели сзади. Это создало прецедент на весь оставшийся вечер, и Кайл вёл себя как избалованный ребёнок, а его отец потакал всем его прихотям. Мы с мамой обе были в шоке, Кайл не присоединился ни к одному из наших разговором, он просто сидел с угрюмым выражением лица и смотрел в окно.

– Кайл, – осмелился произнести Мик посреди ужина, – пожалуйста, постарайся вести себя нормально.