Враг империи (СИ) - Сазанов Владимир Валерьевич - Страница 51

— Мне сказали, что вы хотели обменять свою жизнь на некие ценные сведения, господин…

— Скол, Анджей Скол, — представился пленник… — Да, я хотел бы выкупить у вас свою жизнь. Жизнь и свободу.

— Если информация действительно того стоит… Однако должен заметить, что дать некие гарантии безопасности — это одно, а вот отпустить на все четыре стороны, дабы вы могли поведать ближайшим стражникам о нашем местонахождении — совсем другое. Если только высадить подальше от обитаемых мест… Но сомневаюсь, что вы выдержите путешествие на значительное расстояние.

— Я не против оказаться поближе к границе с одной из сопредельных стран на ваш выбор. В моих интересах покинуть империю как можно скорее и по возможности, не выходя на контакт ни с кем из знакомых.

— Почему?

— Вы в курсе, что меня пытались убить? — поинтересовался он, потирая украшавший горло длинный шрам.

— Да. Но, насколько мы поняли, сначала вас все же пытались выкрасть.

— После того как я отдам имеющийся компромат, мой работодатель предпочтет решить проблему раз и навсегда. А он обладает возможностью отыскать меня где угодно. Единственный шанс на спасение — спешная эмиграция. За пределами империи возможности Ли Вайса избавиться от надоевшему ему человека значительно менее впечатляющи.

— Говорите, Ли Вайс способен найти вас где угодно? — уточнил я. — Бертран Вайс? Или вы имели в виду одного из его родственников?

— Ли Бертран Вайс.

Я напряженно думал. Это же надо было так подставиться?! Самим затащить на борт человека, работающего живым маячком. Если бы не успешно проведенная операция!..

От психо требовалось избавиться как можно скорее. Мало ли где покойный Вайс хранил образцы крови. Если они уцелели, если их обнаружат, если поблизости окажется чародей знакомый с заклятьем поиска… Учитывая специализацию Ли Бертрана — вполне вероятное развитие событий. Ведь большинство членов его рода в поместье отсутствовало и сейчас вполне себе здравствует.

— Допустим, о вашем освобождении мы договоримся. Что конкретно вы готовы за него предложить? — Ради нашей безопасности Скол обязан покинуть корабль. Осталось только решить, живым или мертвым.

— Данные по множеству спланированных и проведенных по заказу Ли Вайса операций. Вполне достаточно, чтобы его приговорили к смертной казни.

— Не интересует, — отрезал я.

Ранее проявлявший изрядное хладнокровие психо удивился до такой степени, что умудрился приоткрыть рот и ошарашено захлопать глазами. Пришлось пояснять.

— Бертран Вайс мертв.

— Вы уверены? — Кажется, мужчина не мог поверить в такой простой факт. — Его гибель может оказаться просто уловкой.

— Я лично вырвал ему сердце.

Скол зажмурил глаза и судорожно сцепил пальцы рук. Когда он вновь заговорил, уверенности в голосе психо изрядно поубавилось.

— Ли Бертран поручал мне не только те дела, которые были выгодны ему лично. Приходилось выполнять деликатные поручения для некоторых высокородных, пользовавшихся покровительством Вайса, а также кое — кого из его друзей.

— Например.

— Ли Коутон, Ло Мередик, наследник императора.

— Давид? — удивился я. — Зачем ему могли понадобиться ваши услуги?

— Не знаю. — Наш пленник пожал плечами. — Возможно, опасался, что подробности его грязных делишек станут известны сестрам или самому Владыке.

— Я правильно понимаю, что вы готовы отдать мне документы, которые будут стоить Давиду Риттершанцу жизни?

— Не совсем так. — Скол замялся. Он явно готов был пообещать что угодно, но понимал, что каждое его слово будет проверяться. — Наследник никогда не отдавал распоряжений лично, а сам Ли Бертран не ссылался на него напрямую. Однако определенные факты однозначно указывают на участие Риттершанцев в нескольких крайне неприглядных историях. Обнародование известного мне способно лишить Ла Давида и самого Владыки многих сторонников, но оно также бросит тень на вашу супругу.

— Будем считать, что договорились. — Предложение пленника оказалось вовсе не так хорошо, как мне показалось, но его жизни оно однозначно стоило. — Только вам придется снять ментальную защиту и потерпеть сканирование своего разума.

— Разумеется, Ла Абель.

Ло Аврелия

Совещание закончилось. Мика увела пленника, Сильвия утащила Штефана, Лидия упорхнула под ручку с Абелем. В кают — компании остались лишь Ивейна, Риккарда, да она сама. Причем вторая мама Гнеца, сладко зевая, тоже уже направлялась в сторону выхода.

— Мы можем поговорить? — поинтересовалась Аврелия у секретаря.

— О чем? — вопросом на вопрос ответила Рикка.

— О произошедшем между мной и твоим мужем.

— Вы имеете в виду поцелуй на верхней палубе?

— Именно его, — вздохнула Аврелия. — Не думала, что ты уже в курсе.

— Штефан решил, что скрывать мелкую интрижку не имеет смысла. Тем более если несколько солдат ее непосредственно наблюдало, а остальные успели обсудить во всех подробностях.

— Ну не надо так, — Аврелия поморщилась. — Все было вполне целомудренно. К тому же меня удивил не сам факт информированности, а то, как быстро меня сдали.

— Полагаете, моему мужу имело смысл скрывать случившееся? — Рикка кривовато улыбнулась.

— Это было бы логично.

— Для вас. Но не для Штефана. Еще перед свадьбой я поставила ему условие, что мы не будем требовать друг от друга абсолютной верности. Так что он волен спать, с кем захочет.

— Но ты не выглядишь особенно довольной таким поворотом событий, — заметила Аврелия.

— А должна? — деланно удивилась Рикка. — Я не собираюсь ущемлять свободу своего супруга. Он взрослый и разумный человек, вполне способный решить, что именно ему надо. Однако то, что он предпочел мне другую женщину, сложно считать поводом для радости.

— Если подходить формально, то не предпочел. А если неформально — то тоже. Иначе не кинулся бы откровенничать, даже не дав тебе отдохнуть с дороги.

— Не считайте моего мужа идиотом, — вздернула подбородок горничная. — Скрывать от меня что‑то, известное двум десяткам наемников, сколько‑нибудь значительное время все равно бы не получилось.

— На корабле, где я заведую обеспечением безопасности? Позволь с тобой не согласиться.

— Ваше право. Но в конечном итоге он оказался прав. Впрочем, не буду спорить. Вы вольны думать, что хотите. Если это единственное, о чем вам хотелось поговорить… — Риккарда встала.

— И да, и нет. — Аврелия поднялась следом. — Мне хотелось принести извинения за свой импульсивный поступок. Последнее, чего я желаю — войны между нами. Тем более в такое непростое время.

— Могли бы не утруждать себя. Я слишком забочусь о благополучии господина Абеля, чтобы устраивать конфликт с главой его службы безопасности по такому незначительному поводу. Что же до извинений — стоит принести их Штефану. Это ведь его вы решили использовать столь тривиальным образом. Впрочем, я понимаю: простолюдин должен не обижаться, а радоваться оказанной ему чести.

— Я никогда не дарила поцелуя мужчине, который мне не интересен, — процедила Аврелия, с трудом удерживаясь от куда более жестких высказываний. В конце концов, ведь это именно она хотела примирения. — Что же до моего аристократического происхождения… Изгнанной из рода не пристало им бравировать, не находишь? Единственное, что мешает мне попытаться отбить у тебя Штефана, — личное уважение к вам обоим.

— Не думаю, что у вас получилось бы.

— Я тоже не думаю, — грустно улыбнулась разом остывшая Аврелия. — Так что не будь с ним слишком строга. Он всего лишь утешал потерявшую семью девушку.

Давид Риттершанц сидел в тишине своего кабинета, сверля хмурым взглядом оконную портьеру. Ситуация полностью вышла из‑под контроля, превратив акцию по объяснению окружающим их положения в иерархии империи в самую настоящую войну. Причем войну проигрываемую. Проклятый Александро!

Гнец буквально издевался над ним. Всячески норовя напакостить руками своего сыночка, этот ублюдок имел наглость демонстративно выражать почтение и говорить о сотрудничестве! Небось еще и награды за объявление охоты на Абеля потребует, если того все же удастся достать. Ему, Давиду, достать — вовсе не главнокомандующему. Наследник императора не был слепцом и прекрасно видел нежелание «мечников» преследовать наглого юношу. Сам Александро вроде бы проявлял некоторую активность, но явно недостаточную. Еще и оправдывался заключенными с представителями Дома Весов контрактами, ссылаясь на невозможность использовать солдат, занятых на охране разных торговый предприятий и маршрутов.