Враг империи (СИ) - Сазанов Владимир Валерьевич - Страница 90

Благодаря этому эффекту, Риккарде удалось передать Молчуну несколько дополнительных распоряжений. Правда, шанс на подслушивание оставался всегда, и мы не могли говорить абсолютно свободно. Вдобавок, чтобы пересказать мне ответ Себастьяна, девушкам приходилось прерывать эффект чар, а затем, получив дальнейшие инструкции, творить заклинание Зова заново. Но в целом польза оказалась ощутимой. Несмотря на то, что в конце концов диверсанту пришлось прибыть лично, дабы иметь возможность уточнить детали и устранить возможное недопонимание.

— Удалось получить у Марианны интересующие меня сведения? — спросил я.

— Естественно, — отозвался Себастьян. — Даже с подробностями. Вдобавок она вам послание передала. Устное, разумеется. Заставила заучить наизусть и взяла клятву, что воспроизведу дословно и в первую очередь. Будете слушать?

— Обязательно. Только давай подождем, пока окажемся в лагере и соберем остальных, — чтобы два раза не повторять.

Лидия и Штефан успели доказать свою полезность в обсуждении любой стратегической информации, так что вводить их в курс дела все равно придется, а выслушивать отчет Молчуна заранее особого смысла не было. Как и сообщение Мари, наверняка содержащее множество намеков и иносказаний. Не зря же сестра настояла на дословном пересказе. Расшифровка подобных посланий — задача как раз для моей второй супруги.

— Ваша воля. — Лестерин чему‑то улыбнулся.

— Лучше перескажи мне последние новости. Как в империи реагируют на наше спасение?

— На спасение, как водится, реагируют по — разному. Наиболее неуютно чувствуют себя «весовщики», но тут, полагаю, дело не столько в вас, сколько в Ли Радомире Гнец и Ла Рональде Денова, проредивших ряды сторонников Риттершанцев. Большинство прочих, как и раньше, предпочитают наблюдать. Хотя меры по обеспечению безопасности подконтрольных территорий усилили все без исключения.

— Что с моими людьми?

— Живут и здравствуют, — хмыкнул Молчун. — Несколько человек разъехались по домам, но большинство находится в Солиано под защитой Ли Каласа: ректор пообещал им отсутствие преследования по политическим мотивам. Риттершанцы, судя по всему, не против. Неизвестно, о чем бывший генерал разговаривал с императором: встреча проходила за закрытыми дверьми. Но последовавший за этим значительно менее конфиденциальный разговор с главой семьи Денова свидетели пересказывали довольно подробно.

— Они что — на улице беседовали? — удивился я.

— В стенах академии. Информация, естественно, для публики, но ответное молчание дворца достаточно показательно. Ни Давид, ни сам император возражать не стали. Даже прочие «весовщики» промолчали. Только какой‑то мелкий аристократ из «актеров» заикнулся о судебном процессе, видимо, озвучивая чужое мнение. Так Ли Калас заявил, что проводящееся расследование изучает действия высокородных Дома Весов, а отнюдь не гостей его внука, действовавших исключительно в рамках самообороны. И предложил все претензии направлять в письменном виде в службу безопасности Солиано, где их всесторонне рассмотрит лично Ло Гнешек.

Ло Аврелия

Девушка провела рукой по своим коротко остриженным и все еще влажным волосам и грустно усмехнулась. Вот и польза от новой прически: не приходится сушить длинные пряди в непосредственной близости от огня, рискуя опалить их слишком сильным жаром. Достаточно просто вытереть голову крохотным подобием полотенца и спокойно устроиться подальше от костра и греющейся возле него Лидии.

Мастер боевых искусств мог с легкостью разогнать кровь по телу, изменить циркуляцию потоков внутренней энергии и согреться даже зимой, не то что осенью. Эта скромная способность позволяла большинству женщин отряда купаться в близлежащем озерце без каких‑либо проблем. Но большинство — это не все. И если Мика радостно визжала, ныряя с головой, а затем, выбравшись на берег, стремительно трансформировалась, увеличиваясь в размерах и на глазах обрастая густой и удивительно сухой шерстью, то Лидия предпочитала держаться от ледяной воды подальше. Что отнюдь не улучшало настроения дочери императора. Она, конечно, старательно держала себя в руках, но Аврелия, прекрасно знавшая, насколько переменчивым бывает женское настроение, старалась не мозолить глаза супруге Абеля.

Тихое шевеление в лагере привлекло внимание женщины, заставив отвлечься от не слишком веселых мыслей. Людей на поляне прибавилось: вернулся ходивший встречать Молчуна Гнец. Не в одиночку, разумеется, а с самим Лестерином. За плечом Абеля уже стояла Рикка, а рядом крутилась Микаэла, успевшая вручить обоим мужчинам небольшие тарелки с мясом. Аврелия хотела было окликнуть Лидию, но та уже сама заметила прибывших и принялась собирать разложенные вокруг нее листы бумаги обратно в стопку.

Следующие пятнадцать минут ушли на то, чтобы все члены их группки успели закончить свои мелкие дела, обменяться с Себастьяном приветствиями и рассесться на брошенных на землю одеялах. Диверсант потратил выделенное ему время с толком, отдавая должное стряпне рыжей.

— Ла Марианна передала Ла Абелю сообщение, — дожевав, начал Молчун, кивком приветствуя только что вернувшуюся из леса и присоединившуюся к ним Ивейну. — Она настаивала на его первоочередности по отношению к любой другой информации. Так что, если вы не против?..

Гнец кивнул. Остальные настроились внимательно слушать.

— Заранее прощу простить меня за неуважение, которое прозвучит в следующих словах, но Ла Марианна настаивала на точном их повторении, — предупредил Лестерин.

— Начинайте, Себастьян, — попросила Лидия. — Нам уже доводилось сталкиваться с неуважением. Тем более никто не станет обвинять вас за хорошо выполненное поручение.

— Ты малолетний идиот, лелеющий свою паранойю там, где не надо, и подставляющий шею под топор, когда требуется поберечься. — Диверсант, извиняясь, развел руками. — Если умудришься сдохнуть, расстроив мать, друзей и меня лично, то клянусь, что закопаю твой труп среди дедовых клумб без какой‑либо надгробной плиты. Стать удобрением — подходящая участь для такого кретина.

Поляну окутала тишина. Сама Аврелия опасалась даже смотреть в сторону Абеля. Девушка не сомневалась в великодушии и незлобивости Гнеца, но она уже успела несколько раз «полюбоваться» на останки сумевших разозлить внешне безобидного юношу и не до конца представляла, где именно пролегает черта, переступать через которую никому не рекомендуется.

— Интересно… — протянул Абель.

Ла Абель Гнец

Мне определенно понравилось. Язвительность сестры, пройдя через чужие уста, стала значительно менее колкой. Можно даже сказать, безобидной. К тому же при таком варианте общения у меня появлялось время для придумывания подходящего ответа. Осталось изобрести способ убедить Марианну всегда передавать претензии с помощью курьера. И мать к тому же приучить.

— Это все? — уточнил я.

— От Ла Марианны — да, — кивнул мужчина. — Хотя есть еще пара слов от Ли Кристофера. Он просил передать, что тоже за вас беспокоится.

— Спасибо. — Я понимал, что благодарность следовало адресовать самому Крису, а не сидящему передо мной Молчуну, но ситуация буквально требовала этих слов.

— Очень мило с его стороны, — заметила Лидия. — Однако давайте покончим с выражением родственных чувств и перейдем к обсуждению иных вопросов. Вам удалось установить нынешнее местоположение Фоссов, Себастьян?

— Разумеется. Собственно говоря, их и искать не пришлось. Молодые люди оказались достаточно разумны и после выполнения поставленной перед ними задачи вернулись в Летендер. Ли Кристофер разместил их в поместье. Даже выделил те же комнаты, которые юноши занимали до вашего отбытия.

— Я так понимаю, с их доставкой возникли некоторые сложности?

— Небольшие. Все же за поместьем наблюдали, и неожиданное исчезновение сразу четырех Фоссов могло вызвать переполох. Покинуть Летендер мы бы еще могли, а вот незаметно преодолеть весь путь…