Монеты на твоей ладони - Шумилова Ольга Александровна "Solali" - Страница 107

Сорок два человека. Тридцать семь — маги. Пятеро воинов были взяты на тот самый пожарный, который имеет обыкновение пребольно тюкать в незащищенный зад. А потому…

Дальше, дальше шагай, не тормози, разведчик! — прошипели за спиной. Я безразлично пожал плечами. Плавно перетек в ту позу, которая и давала достаточный простор для движений и обзора, но в то же время достаточно низко пригибала к земле. И пошел вперед. Нет — побежал, мелкими, короткими перебежками, от одного выступа стены до другого. Я не профессиональный боец, но кое-чему учили и меня.

Где-то там, высоко, парило четыре тройки из тех, что вернулись. Я не видел их за густой массой туч, но знал, что они там есть. Жалкие остатки того отряда, который «сопровождал» меня. Арьергард, успевший сняться до того, как их прирежут. Я клацнул зубами от начинающей пробирать дрожи —вода с волос тонкими струйками затекала за воротник, штаны промокли насквозь, в ботинках хлюпала ледяная вода. Наш резерв вычерпан до донышка — на предгорьях замка не осталось ни одного отряда — то, что осталось, сбилось в эти четыре тройки и прилетело то ли погибнуть, то ли помочь. Последняя, пятая тройка, сейчас летела далеко на юг — ко второй крепости, далеко не такой крупной и могущественной, но все же… летела. С ней летел и Шейр. На всех на нас все равно не хватило бы птиц. Я поднял глаза к небу, все же надеясь хоть что-то рассмотреть. Вдруг среди темноты мелькнула тень, слишком черная и большая, чтобы быть птицей. Я вжался в скалу, пережидая, пока она мелькнет и исчезнет среди белесых всполохов.

Плохо. Теперь и они уже могут летать? Очень, очень плохо. Я прибавил скорости, пробегая уже возле самой стены северо-западного крыла, ведя по ее шершавому камню кончиками пальцев и молясь, что меня на самом деле прикрывают. Я пристально вглядывался и вслушивался в темноту, ладони потели, но взяться за меч я так и не решился. Он — тоже магия, хоть и крайне древней природы, а лишний риск не к чему. Мы зашли бою в тыл, и незачем развосачивать его обратно.

Массивное ступенчатое основание башни было все ближе и ближе. Это было бы совсем легко, если бы не ветер. По моему, он был еще сильнее, чем час назад. Не смотря на то, что нас защищали высокие стены не в один ряд, он срывал неплотно застегнутую одежду, сбивал дыхание и главное — от него становилось настолько холодно, что зубы сами собой начинали выстукивать дробь, отвлекая даже больше, чем дождь, слепящий глаза. Через пару десятков метров я вцепился окоченевшими пальцами в высокий, выше меня, уступ и медленно поревел дыхание. Прислонился щекой к камню, вжался в него всем телом, почти слился со стеной. Дыхание стало тихим-тихим, почти незаметным, и биение сердца заглушилось до неразличимых толчков.

До цели осталось уже немного, совсем немного… Цели почти пятичасового перехода. Почти пять часов переползания от укрытия к укрытию, разведки, ловушек, тупиков и обходных путей. Я провел мокрой рукой по саднящим от напряжения глазам и беззвучно отделился от стены. Еще немного, совсем чуть-чуть…

Я перебежал к следующему уступу, обогнул его, сделал несколько шагов дальше, как…

Крик.

Я вскинул голову вверх, навстречу тонкому крику, так похожему на птичий. Но только похожему. С черных небес вниз падала гигантская тень.

Тело вдруг застыло, не в силах пошевелиться. Голова медленно-медленно повернулась назад, к отряду, уже начавшего двигаться следом за мной, а потому застывшего на открытом пространстве, а потом снова поднялась к небу. Тень сложилась в черную тварь. Она была огромна. И состояла из крыльев и пасти, огромной пасти, раскраивающей слишком массивную для тонкой шеи тупорылую голову почти пополам. Тварь неслась прямо на нас, выпустив аршинные, бритвенно-острые когти.

Я развернулся всем телом назад и заорал во все свое сорванное горло:

— Назад!!!

Люди вскинулись и рванулись к стене. Плечи облегченно опустились. Услышали. Черт, а я?!… Я метнулся назад, за стенной выступ, забился под это ненадежное укрытие и затаил дыхание. Где-то совсем рядом захлопали крылья. Тварь кружила совсем низко, высматривая нас в кромешной темноте. Минуты тянулись патокой, а она все кружила, и кружила…

Десять минут. Двадцать. Полчаса. Наконец шорох мокрых крыльев смолк. Но это еще ничего не значит. И я слушал, боясь даже громко вздохнуть. Опять и снова, как делал это весь и короткий, и долгий, невыносимо долгий путь сюда. Мир молчал, молчала и струна. Ну что ж, попробуем…

Я мысленно перекрестился и побежал. Побежал со всех ног, подгоняемый ветром, толкающим в спину и секущим лицо дождем. Минута — и вот уже руки вцепились в монолит огромной плиты основания башни, и бешено колотящийся пульс приходит в норму. Только сейчас я понял, насколько боялся. Боялся, что подвело зрение, слух, выучка. Не подвела, слава богам.

Я провел ладонью по стене, опуская ее все ниже и ниже. Для этого пришлось пригнуться, а потом и вовсе стать на колени. Вода стекала по наклонной к стоку, заливая штаны и ботинки, а я пытался нащупать стык, непонятно где расположенный. Окоченевшие пальцы потеряли всякую чувствительность, и я начал уже всерьез опасаться, что неглубокой ямки я буду просто не в состоянии заметить. Я подышал на заметно дрожащие пальцы и попытался начать сначала. Руки снова зашарили по стене, пока наконец не нашли искомое — тонкие, едва заметные бороздки в камне. Я прикрыл глаза, закусил губу и со всего размаху стукнул кулаком сразу под верхней канавкой. Предплечье отозвалось болью, а вот кулаку, судя по всему, было уже все равно — он онемел, уже ничего не ощущая.

Я присел возле стены на корточки, прислонился к ней боком и стал ждать. То, что наши маленькие отрядики соединились, многое дало всем. Откуда у Шейра оказался подробнейший план замка со всему тайными проходами — бог его знает. Никто не станет таскать с собой такие документы просто так. Чем больше я думаю об этом, тем больше вопросов вызывает поведение этого человека. Или это просто холод?

Я еще раз подышал на руки. Изо рта вырывался пар и сразу исчез, смытый дождем. Маги терпеливо ждали и мокли вместе со мной, хотя наш общий предводитель уже начал выказывать беспокойство. Он прилетел вместе с птицами, и кем он там был, я разбираться не стал. Другое дело — он привез с собой реальный план, который мы и пытаемся осуществить.

Я прислушался. Тихо. Ни отзыва, ничего. По спине побежала струйка пота, сердце чуть было снова не заколотилось в горле. Мы прошли по шахте, проходящей через два периметра, потом по стоку, ведущему еще дальше. Это — центральный двор, вокруг которого и выстроен замок. План был прост — в башне есть свой потайной ход внутрь. И у нас было три шанса из десяти успеть добраться до нее, пока противника отвлекают на внешней стороне башни.

Струна молчала. Бой шел действительно на внешней стороне. Но это бой… За стеной тоже молчали. Секунда за секундой, в желудке все больше и больше поселялся липкий, противный холодок. Это же моя жизнь. Что я делаю?…

Но рука уже сама замахивалась и била по камню. Вдруг откуда-то изнутри послышался ответный глухой «Бух!». Я безотчетно вздрогнул, от всего сердца надеясь, что за дверью — человек. Быстро кивнул отряду и стал ждать, пока все, от первого до последнего человека выстроятся в пяти шагах от меня. Время тянулось медленно, не подгоняемое ни ветром, протяжно свистевшем совсем рядом, ни дробным перестуком дождя.

Рука на мгновение зависла и дважды быстро ударила по двери. Последовала пауза, сменившаяся глухим щелчком. Я быстро шагнул назад и в сторону, оказавшись на шаг правее предполагаемого проема. Каменная плита с некоторой натугой начала заваливаться верхним концом внутрь башни. Отряд за спиной напрягся, а моя рука безотчетно потянулась к трофейной перевязи. Вдруг послышался хлопок и плита рухнула внутрь.

Организм среагировал мгновенно и совершенно автоматически — когда я начал понимать, что делаю, то обнаружил себя позади плотного защитного кольца магов.

— Поскребышки? — послышалось из дыры. Тут я понял, что несколько поторопился. Это пароль.