Монеты на твоей ладони - Шумилова Ольга Александровна "Solali" - Страница 109

— Чем кончается галерея? Ну же! — нетерпеливо тряхнул уже я чужой воротник. Благодарение богам, наш проводник оказался под рукой, а не убежал вперед.

— Малой залой, — выдохнул он.

— А дальше?

— Центральный проход к парадной ассамблее.

— Ворота там где-нибудь есть? — я вздрогнул от нового вопля.

— Да… Между малой залой и проходом резные двустворчатые двери в потолок. Завалить тоже есть чем, — мгновенно уловил мою мысль чернобородый.

— Веди, — коротко бросил Крон, непонятно как еще не отставший. — Отря-я-яд! — прокатилось под потолком галереи. — Восточный проход! Прикрыть!

— Да побыстрее, — буркнул я себе под нос. Люди, выстроившиеся на середине галереи в стандартную тройную полусферу…нет, уже двойную, на секунду прекратили выпускать силовые волны, перестраиваясь. Треть отряда отошла во внутренний ряд, а потом и вовсе побежала назад, к нам. Крон только махнул рукой — и они побежали дальше по галерее, туда, где даже я не мог различить никакого прохода — ми на малую залу, ни куда-либо еще. Я нащупал рукоять Луча и всмотрелся вперед. Тел в такой темноте было не различить, но глаза были яркими, как никогда, и эти глаза рванулись вперед, как только их владельцы почувствовали слабину противника. Я наконец заметил то, что должен был понять сразу — маги били силовыми волнами, никого не убивая. Что?…

— Прикрытию — ход! — прокричал девятник. Потом обернулся и сказал нам с проводником: — Шагайте, а еще лучше — бегите. Передовые ничего не передали — чисто.

— Они… что? — выдохнул я. Глаза сами собой стали размером с блюдце. — Передали?… Вы что, пользовались телепатией?!

— Нет, перекрикивались! Шагай! — он толкнул меня в спину. Господи… Я посмотрел вперед. Еще несколько человек снялось с построения и побежало по галерее. Где-то сзади вскрикнул кто-то из оставшихся. Я спокоен, я спокоен…

— Да вы что, в конец охренели?! — нет, я определенно не спокоен. — Сказано же было — никакой магии!

— А как, по вашему, мы еще смогли бы снестись, интересно знать? — раздраженно обернулся проводник. Он быстро оглянулся и потащил меня за собой. Ноги сами делали шаг за шагом, а сознание просто взрывалось возмущением от людской глупости. Нет, они что, в самом деле ничего не понимают?! — Какое вам вообще до этого дело?

— А вы в курсе, почему вся эта кодла сюда притащилась? Нет? Ну так я вам скажу, — прошипел я. Обернулся, нашел глазами Крона, и повысил голос так, чтобы и он слышал. — На запах вашей магии она пришла! Через вас они вынюхали подземный ход. И себе можете сказать спасибо, что они зашли баррикаде в тыл. Я вас предупреждал, — я развернулся и теперь действительно побежал по галерее.

— Твоими предупреждениями теперь только задницу подтирать! — бросил мне в спину Крон. Хрен с тобой. Погибай, если хочешь, людей только за собой не утяни. Я чуть замедлил бег. Темные стены стали заметно ближе друг к другу. Впереди замаячило чуть более темное пятно. Я вовремя заметил, что это невысокие ступеньки, и успел притормозить. И прислушался. Пол был неподвижен, как и воздух. Я замедлял шаг, пока не остановился. До широкой стрельчатой арки, открывающейся в малую залу, оставалось с десяток метров, и визгливый скрип открываемой с натугой двери, ругань в полголоса и советы проводника были единственным, что я слышал. С той стороны коридора не было слышно ничего. Совершенно ничего…

И ноги, эти две безмозглые ходули, развернули и понесли меня туда, где мне меньше всего хотелось и надлежало быть — обратно. А голова только устало спросила: «Что я делаю?», поскольку сама не знала ответа. «Что я делаю?», спрашивал я, пробегая бесконечный, длинный и прямой как стрела коридор. «Что я делаю?», шептал я, понимая, что оставшихся убивают просто сметающие своим числом нелюди. «Что ты делаешь, идиот?» — крикнула моя бессознательная опора. Сознание не ответило, а тело выхватило Луч. Ну точно, идиот.

Луч расчертил темноту сверкающей дугой — мое присутствие не осталось незамеченным. Десяток, а то и больше, горящих звездочек окружил полукругом. Я отступил к стене, холодный камень коснулся лопаток. А ведь совсем недавно я был один на один с гораздо меньшим количеством, и что? Я выдохся, выдохся на первом же десятке. А здесь их сотни.

Господи, что я наделал… Луч прочертил еще линию, потом еще и еще. Первая пятерка развеялась по начинающему пробиваться сквозь разбитые стекла ветру. За ней последовала вторая. В выпаде я шагнул вперед и почувствовал, как под ногой захлюпало. Кровь, а вовсе не вода. В горле встал комок, сухой и горький. Меч чертил широкие линии, плечо ныло. Минута, три, пять, десять. Еще десяток ударов — и я почувствовал, что мышцы будто свернулись в тугие узлы. И страх схватил за горло так, как никогда раньше. Реальный, донельзя реальный страх банальной смерти. И никто не придет, и не поддержит спадающие штаны. Кого ты пришел спасать, если тебя самого спасали еще утром? Дурак… Воздух вздрогнул от очередной слабой попытки оставшихся прорваться. Я схватил меч обеими руками, но все равно чувствовал, что скоро их скрутит спазмом, и тогда уже все…

Я выжигал вокруг себя узенькую полоску, и ее еле хватало, чтобы не быть выпотрошенным. Что же касалось остальных… Я медленно пошел вправо, все так прижимаясь спиной к стене. Руки проделывали автоматические, зазубренные движения, которые с другим противником могли бы стоить жизни, но здесь требовалась не техника и не мысль — только скорость. Именно это не давало продохнуть. Легкий узкий клинок тяжелел с каждой секундой, связки скручивало от боли.

Но… Я жить хочу. И не только я. А шанс есть всегда. Даже в адовом пекле, не будь я Хранитель, жизнь моя это уже неоднократно доказывала. Значит… Видение рванулось наружу, резко заглушив, задвинув за грань ощущений тело. Да, оно уже задыхалось, ему было жарко, как в паровой бане, пот заливал глаза и каждая мышца на руках при любом повороте меча взрывалась болью. Но все это ушло на задний план, легкое, ненавязчивое предупреждение, что с телом не все в порядке. Осталось видение.

И я увидел… Сквозь темень и слепящие вспышки десятков холодных огоньков, сквозь крики и дрожание плотного марева заклинаний, я увидел именно то, что искал. На что надеялся. Людей. Пять человек, все еще цепляющихся за жизнь. Спиной к спине, окруженные коконом, который драли чужие когти, среди безобразно развороченных и свежих, совсем свежих тел.

Если бы только я мог… Но все эти бестелесные твари вне временного потока. Их нельзя остановить. Мысль, безнадежная с самого начала, мелькнула и пропала. Руки механически замахнулись на следующий удар. Нет, к ним я не пробьюсь. И они ко мне тоже. Не теперь. Не в таком состоянии.

Никогда.

Короткое слово камнем упало куда-то в пустоту. Рука неловко вильнула в сторону, острые иглы когтей полоснули по лицу. Я вскрикнул и отшатнулся, на секунду, одну роковую секунду опустив меч. Когти впились в руку, рванули на себя. Луч звонко лязгнул о пол. К глазам метнулось пять смертельно острых игл. Я зажмурился и завопил, отшатываясь. За спиной было стена.

Тело парализовало, сознание застыло. А инстинкт, неистребимый инстинкт №1 схватился за то единственное, выручавшее меня всегда.

И время понеслось в карьер.

Первую секунду я тупо смотрел, как медленно, будто в покадровой перемотке, движется когтистая рука. И только когда она коснулась моего лица, я поднырнул вниз, схватил клинок и рубанул им по тому, кто вцепился в мою руку. Через мгновение я уже продирался сквозь плотный, будто застывший слой нелюдей. Да, они вне потока. Их нельзя замелить. Но ведь нас можно сделать гораздо более быстрыми. Вот ты и попалась на собственной же хитрости, Паучиха.

Они двигались, но настолько медленно, что мой глаз этого не замечал, как и люди посреди полуразвалившегося защитного кокона. Один миг, еще одно волокно, отделенное от общего потока — и пять человек начинают жить и в моих глазах. Оглядываются, сначала непонимающе, а потом дают один дружный залп, отбрасывающий добрую четверть нападающих к стене.