Маска чародея - Швайцер Дарелл - Страница 40

Я забрался внутрь. Тика вручила мне обе сумки. Носильщики тронулись в путь. Кресло слегка покачивалось в их руках, как лодка на реке. Неку побежала вперед и закричала:

– Дорогу! Дорогу великому волшебнику! Дорогу Секенру из Страны Тростников!

Справа от меня Тика, потрясая в воздухе деревянным коромыслом с колокольчиками, извивалась в причудливом танце.

Без сомнения, наша процессия впечатляла. Когда улица, расширившись, влилась в огромную площадь, наводненную людьми, я мельком выглянув наружу, убедился, что в городе действительно праздник – множество палаток, жонглер с горящими факелами, люди, разгуливающие на ходулях и одетые в невообразимые костюмы, развевающиеся по ветру флаги, колоссальная скульптура бога, которую то ли выкатывали из храма, то ли закатывали в него. Но тут толпа, мгновенно перегруппировавшись, собралась вокруг нас. Тика и Неку танцевали с обеих сторон от меня, двигаясь взад-вперед, чтобы не дать толпе сомкнуться и не мешать нашему медленному продвижению вперед.

Я слышал, как тяжело дышит Неку. Наблюдая за происходящим через щелку в занавесках, я старался не показываться никому на глаза. Я понимал, что Неку, продолжавшая объявлять о моем прибытии и обещавшая множество чудес и знамений, старается окружить меня ореолом тайны.

Я тщетно пытался понять, во что ввязался. Воистину странный жребий выпал мне в танал-мадт. Я был отчасти испуган ее планами, отчасти пленен тем, сколько энергии сохранилось в ней после всех лишений и страданий, словно она была двужильной.

Носильщики поставили паланкин перед гостиницей. Тика втолкнула меня в дверь прежде, чем толпа смогла ко мне приблизиться. Слуги рассыпались в разные стороны. Неку со стуком захлопнула за нами дверь, прислонившись к ней спиной. С первого взгляда было видно, как она устала – под глазами у нее залегли черные тени. Вскоре вернулись слуги вместе с хозяином, его женой и остальными домочадцами. Все они отнеслись к нам с благоговейным трепетом. Даже жена хозяина в знак уважения коснулась лба, кивнув мне в замешательстве. Когда владелец гостиницы заговорил, в его голосе звучало величайшее почтение: «Не угодно ли Могущественнейшему того или этого? Не соизволит ли Величайший разделить со мной скромную трапезу?».

Нам принесли самый изысканный и самый обильный ужин за всю мою жизнь: блюдо за блюдом, мясо в экзотических соусах, овощи, которых я никогда не пробовал, тягучие сладости, множество вин.

Поискав вилку и не обнаружив таковой, я решил воспользоваться руками. Госпожа Неку решительно перехватила мое запястье.

– Нет. Волшебники не должны вести себя, как варвары, даже если они прибыли из Страны Тростников.

Тика попыталась обучить меня искусству есть с помощью двух заостренных палочек – одна вдвое короче другой. Я постоянно что-то ронял, заляпав свою новую одежду. Хозяин предложил мне весьма экзотический прибор, напоминавший тонкий и длинный нож с двумя лезвиями и ручкой посередине. Одно из лезвий закруглялось на конце, превращаясь в ложку. С ее помощью дело у меня пошло на лад.

Силы, казалось, вернулись к Неку практически моментально. Она была грациозна, бесконечно вежлива, словно исполняла тщательно продуманный спектакль специально для хозяина и его близких, но, выбрав момент, когда никто не смотрел на нее, она слегка подтолкнула меня локтем и спросила:

– Ну, наверное это чуть получше изжаренной на вертеле лягушки?

Тика рассмеялась, но быстро прикрыла рот салфеткой.

От обильной пищи меня потянуло в сон. Я прислонился к Неку. Она обняла меня одной рукой. Подняв взгляд, я заметил, в какой трепет пришел хозяин, увидевший, что госпожа настолько близка с волшебником. Я был уверен, что это произвело несколько двусмысленное впечатление. Но меня это ничуть не волновало.

– Вот так гораздо лучше, – прошептала Неку. – Я вновь почувствовала себя цивилизованным человеком.

После трапезы хозяин в сопровождении слуг, освещавших путь лампами, провел меня по винтовой лестнице через полукруглую дверь в комнату с низким потолком. Когда слуги ушли, я с минуту стоял в полной темноте, пока Неку общалась с остальными в коридоре. Я слегка поцарапал стену ногтем. На пол посыпались крохотные песчинки. Все здесь было необычным, даже материал, из которого они строили дома.

Я был истощен настолько, что не держался на ногах. Колени уперлись в кровать. Я упал поперек нее лицом вниз и лежал, свесив руки.

Тут вошла Неку, несшая масляную лампу в форме птицы. Она яростно потрясла меня за плечо. Я перевернулся. Она поставила светильник на стол, затем открыла ставни единственного в комнате окна.

– Поднимайся. Еще не время спать, Секенр. Нам предстоит много работы.

– А мы не можем подождать до утра? Разве тебе со всем не хочется спать?

Неку села рядом со мной на кровать и, потянув за руки, придала мне вертикальное положение. Она открыла что-то, но не книгу, как мне показалось вначале, а два зеркальца, оправленных в дерево и скрепленных между собой, и установила их на столе.

– Не имеет значения, чего мне хочется. Есть значительно более важные вещи, о которых следует позаботиться в первую очередь, нежели наше благополучие или самочувствие. За дверями уже собралась толпа. Ты маг, волшебник. А всем известно, что ночь – самое подходящее время для магии.

Я уставился в зеркала и увидел там только самого себя с воспаленным взглядом, с темными кругами под глазами и сразу же отвернулся. Я совсем не разделял ее мнения по поводу магии, подходящего для нее ночного времени и всего остального. В голове у меня был туман. Мне даже показалось, что в пищу подмешали наркотики. Но разве она не ела наравне со мной? Этого я понять не мог.

– Но для чего все это? – Я потянулся к зеркалам, нечаянно задев их, но она успела поймать складень, не дав ему упасть.

– Осторожно. Просто сиди спокойно – руки на коленях. Как только войдет клиент, ты поймаешь в зеркало его отражение, изучишь его и предскажешь его будущее.

– Но это же просто глупо… Я понятия не имею, как это делается…

– Ты ведь волшебник, не так ли, Секенр? Или я ошибаюсь?

Уже тогда я счел странным, что госпожа Хапсенекьют, которой, казалось, известно в этом мире все и обо всем, настолько наивна в вопросах, касающихся магии и магов… и коварных убийц, ужасных чародеев. Но я не стал спорить с ней. Я просто вздохнул и ответил:

– Да.

– Значит, решено. – Она взяла мои руки в свои ладони и ласково пожала. – Спасибо, Секенр. Считай это еще одним шагом к нашей цели, к Городу-в-Дельте. Вот и все. Сейчас нам очень нужны деньги. – Взяв меня за плечи, она выпрямила мне спину. – Не горбись, Секенр. Не суй руки в карманы. И не волнуйся по поводу того, увидишь ли ты хоть что-нибудь в зеркалах. Просто пусть это звучит поинтереснее.

Оставив лампу на столе, она отошла в дальний угол, скрывшись в тени. Я был почти уверен, что лампа сделана в форме цапли. Но это оказалась утка, из клюва которой свисал червяк.

Тика впускала ко мне по одному человеку из очереди, выделяя каждому минут по пять. Посетитель садился на скамеечку, Неку представляла меня и повторяла его вопросы глубоким таинственным голосом. Сонливость еще больше охватила меня, и создалось впечатление, будто я впал в транс.

Вопросы были самыми обычными – они касались свадеб, урожая, удачи в делах, денег, наследства и торговли. Каждый посетитель брал зеркала, смотрелся в них, складывал и передавал мне. Я делал вид, будто внимательно изучаю отражение, сохранившееся в стекле… – но видел лишь себя и отблески света лампы – и бормотал слова пророчества. Мне казалось, я делал все, что мог. Но клиенты уходили, не сказав ни слова, часто качая головой.

Неку шепотом попросила сделать перерыв.

– Секенр! – воскликнула она. – Соберись! Загляни внутрь себя! В тебе ведь сокрыто множество тайн. Я знаю.

И опять она угадала истину в значительно большей степени, чем могла предположить. Услышав от нее такие слова, я удивился, почти испугался. Я внимательно посмотрел на нее. Ее лицо ничего не выражало.