Разоблачение - Милан Кортни - Страница 42

— Это произошло недавно. — Марк пожал плечами. — Я придерживаюсь мнения отличного от мнения моих братьев. Я знал, что вы не оставите Эша равнодушным, еще задолго до того, как узнал, что вы Далримпл.

Смайт презрительно фыркнул.

Марк расплылся в довольной улыбке.

— Я обо всем позаботился, брат. Я учил Маргарет приемам самообороны. Она хорошая ученица.

— Я очень обеспокоен. — Глаза Смайта стали круглыми.

— Ее внешность обманчива. Удар у нее достаточно сильный, чтобы остановить Эша.

Маргарет сердито топнула ногой:

— Она стоит прямо перед вами.

Смайт повернулся:

— Если она намерена причинить серьезный вред нашему брату, ей придется иметь дело со мной. Господи. Неужели нечто подобное уже произошло?

— И не однажды, — ответил Марк. — Было просто великолепно. Жаль, ты не видел.

— Вы можете обращаться ко мне по-разному: «леди Анна Маргарет», или «эй, кто-нибудь», а если пожелаете, просто Маргарет — так называли меня родные и друзья. Но вы не смеете говорить «она», ни при каких обстоятельствах, если я стою перед вами.

Мистер Смайт Тернер улыбнулся. По лицу скользнуло удивление.

— Прошу простить мою грубость. Мы с Марком… много пережили вместе и, когда остаемся наедине, позволяем себе некоторую фамильярность в обращении. Мы любим Эша. Однако стоит принять во внимание, что он бывает невыносим при всем том, что он человек необыкновенно преданный.

В его манере говорить присутствовала та же уверенность, с которой он произнес ее имя, нимало не сомневаясь, что так оно и есть на самом деле.

— Невыносим? Я не замечала, — чуть более взволнованно, чем стоило, произнесла Маргарет. И в ту же секунду поняла, что в этом есть доля правды, поскольку вспомнила сцену, когда Эш повесил универсальный ключ ей на шею, рассказ о тигрице Лоретте и настоятельные заверения о том, что леди Анна Маргарет весьма жалкое существо. Несомненно, он самый несносный джентльмен из всех, кого она знала. Маргарет отвела взгляд.

Братья в очередной раз посмотрели друг на друга, наконец Марк кивнул, а Смайт лишь вздохнул.

— Полагаю, у вас нет намерений причинять вред Эшу, не так ли? Уверен, он очаровал вас в первый час вашего общения. — Смайт опять вздохнул. — Ему все так легко удается.

— Прошу заметить, — вмешалась Маргарет, — ему потребовалось больше недели.

Братья заулыбались.

— Отлично. Значит, он не будет постоянно крутиться около вас. Эшу достаточно просто чего-то захотеть, и реальность склоняется к его ногам. Когда узнаете Эша, лучше сами все поймете.

— Но мы не будем больше проводить время вместе. Только не после того, как тайна раскрыта. — Она знала, что этот момент наступит, но предпочитала считать это событием далеким. Случайное открытие, а не неотвратимая угроза. Маргарет понимала, что теряет Эша, однако в то же время совершенно не чувствовала, что лишается чего-то. Впрочем, она никогда не считала его своим. Не совсем.

— Я был готов именно так и поступить, — заговорил Смайт Тернер. — Я приехал, чтобы открыть ему правду. Но Марк меня отговорил. Вы должны сами ему признаться.

Маргарет смотрела на него широко распахнутыми от удивления глазами.

— Почему… почему вы позволяете мне так поступить?

Ей ответил Марк:

— Эшу будет не так больно услышать это от вас.

— Вы признаетесь ему до завтрашнего утра, — мягко, но настойчиво произнес Смайт. — Если верить Марку, вы ему небезразличны, а мой брат заслужил узнать правду от женщины, к которой испытывает симпатию. — Он смотрел на нее твердым взглядом, таким же, какой совсем недавно был и у нее. Следом за ним и Марк стал строгим и серьезным. Вместе они образовали неприступную стену. Единственное, что согревало сердце Маргарет, — что братья с любовью относятся к Эшу.

Все же она не утратила решительности довести дело до конца.

— Если вас беспокоит состояние брата, — сказала она, обращаясь к старшему из стоящих перед ней Тернеров, — может быть, вы всего один раз — один — могли бы позволить что-то для вас сделать. Он очень переживает, что вы ничего от него не принимаете.

Смайт вскинул голову. Ноздри раздулись. Однако он сделал вид, что не расслышал сказанного, и окинул Маргарет суровым взглядом.

— Признайтесь. Я даю вам один день.

Глава 14

Время до ужина тянулось необычайно медленно. Эш прилагал немало усилий, чтобы сконцентрироваться на деловых разговорах с поверенными. Однако произносимые ими слова не доходили до его сознания. Он даже не был уверен, что всегда отвечал на задаваемые вопросы. Мысленно Эш был совсем в другом месте — рядом с братьями.

Когда один из служащих положил перед ним стопку листов, он уставился на них ничего не видящим взглядом.

— Что это? — тихо спросил Эш.

Стронг, сидящий за столом напротив, слегка поморщился. Коттри, передавший бумаги, беспомощно огляделся.

— Расходы средств на реконструкцию «Лили». — Эш пробежал глазами написанное. В основном цифры — а они, в отличие от букв, всегда были ему понятны. Однако текст все же присутствовал, что значительно усложняло положение. Кроме того, в нем и крылся основной смысл.

— Сэр, — продолжал Стронг, — я знаю, вы не любите письменные отчеты, но в деле много мелких деталей, с которыми вам необходимо ознакомиться, чтобы иметь полное представление. Извольте перевернуть пару страниц…

Эш отрицательно покачал головой.

Книги не для него, а для братьев. Они смогли бы с легкостью прочить текст, представленный Стронгом, а затем вступить в долгую дискуссию, обсуждая все до мельчайших деталей. Для его братьев не существовало разницы, в устном или письменном виде принимать отчеты от служащих. Он же не обладал искусством постигать истину через прочтение. Ему незнакома магия превращения написанного чернилами в осмысленное утверждение. Слова — это просто слова. Эш не мог прочитать несколько предложений о сельском хозяйстве и составить на основании этого план мероприятий. Пока он лично не возьмет комок земли в руку, пока не посмотрит, как высаживают растения, засыпая корни перегноем, он никогда не поймет, что значит заниматься земледелием.

Эш вздохнул, оттолкнул бумаги, и они рассыпались по столу.

— Нет, Коттри.

— Но, сэр…

— Никаких «но». Никаких объяснений. Мой мозг не воспринимает информацию с листа. — Впервые Эш так приблизился к истинной причине, в большем он признался лишь Маргарет. — Он работает только тогда, когда видит предметы — корабли, людей, драгоценные камни. Нечто осязаемое. Мне необходимо прикоснуться к предмету, заглянуть в глаза.

Коттри растерянно заморгал.

— Сэр. «Лили» ведь корабль. У него нет глаз.

Эш встал и поманил мужчину пальцем. Коттри нервно сглотнул и приблизился. Эш пригляделся к нему внимательнее и сделал вывод, что тот, несомненно, человек умный. Все дело не только в нежелании Эша читать документы. Нет, причина была ему знакома, он сталкивался с этим в разное время в отношениях со всеми служащими. Они все сидели, как птенцы в гнезде с жадно раскрытыми клювами, в ожидании добычи, которую он им принесет.

— Коттри, — произнес Эш, чуть склонив голову, — я владею большим количеством судов. У меня склады в четырех странах и семи портах. Я не смог бы следить за управлением каждым из них, даже если бы очень хотел вникнуть в детали. — Или имел способности для этого.

Коттри опять сглотнул.

— Вы боитесь, — сказал Эш. Для того чтобы сделать этот вывод, не было необходимости обладать большими аналитическими способностями. Эш неоднократно видел это выражение лица у своих помощников, поэтому распознавал его без труда. — Вы боитесь, что сделали ошибку или пропустили нечто важное, что приведет к непоправимым последствиям, Поэтому вы и хотите, чтобы я еще раз просмотрел документы. Что ж. Я не балюстрада, построенная на краю скалы, чтобы люди не свалились в пропасть. И не гувернер, нанятый, чтобы следить за вами. Я ваш работодатель.