Игра в прятки или полный пердимонокль (СИ) - Хоуп Аманди - Страница 107

Немного оправившись, Аврора продолжила свой повествование, сначала сбивчиво, а потом более детально и красочно — как долго следила за тем вампиром, убившим человека, как нашла его логово, как пробралась туда ночью. По мере рассказа, охотник уже держался за голову, удивляясь наивности и глупости искательницы приключений. «Как можно было попереться в одиночку, да ещё и ночью? Вроде бы умная девушка, а куда мозги девались?»

На этом ее рассказ и закончился, и дальше она ничего не помнила, лишь осталось ощущение, что случилось что-то еще более страшное. Денис, не вдаваясь в подробности, объяснил ей, что случилось с ней «страшного», и расписал её состояние не пожалев, однако, при этом красок, чтобы впредь, не то что, следить за кем-то забыла, а в ночное время вообще из дома не выходила. Он понимал, что это было жестоко, но делал для ее же блага. О том, какую роль в её спасении сыграла Марго, Ден предусмотрительно умолчал, иначе пришлось бы поведать кто та на самом деле, а это могло быть небезопасно для них обеих.

Единственное, что ещё было не понятно, кто же являлся тем страшным монстром, убившим человека и похитившим Аврору. Самарин попросил её как можно подробнее вспомнить внешность вампира.

Буквально с первых слов он начал догадываться, о ком идет речь, но чтобы убедиться в своей правоте, начал уточнять кое-какие детали.

— Что там рассказывать? А давай я тебе его лучше нарисую, — предложила Аврора.

— Нарисуешь? — удивился Самарин.

— Ну да… Я же вообще-то художку закончила, только с моим-то темпераментом художника из меня не вышло, но рисую я неплохо, особенно портреты.

Поделившись с кем-то своими переживаниями, Аврора почувствовала себя гораздо лучше, страхи отошли на задний план, и она уже была готова к новым достижениям.

— Удивила… — улыбнулся Ден, — прям кладезь талантов… Сейчас принесу тебе бумагу и карандаш.

Вернулся он в одну минуту, как будто набор для рисования лежал уже приготовленный, и, предоставив художнице все необходимое, тут же удалился, дабы не мешать, а Аврора сразу принялась за дело. Вскоре она его позвала и протянула портрет злодея. Как и предполагал Самарин, это был его «старый» знакомый, точнее в первую очередь это был знакомый Горы, он же его так настойчиво ищет.

— А ты, действительно, хорошо рисуешь, — похвалил девушку и та расцвела. — Может, еще не поздно сменить профессию?

Но Аврора отрицательно покачала головой, а мужчина взял у нее карандаш и сделал несколько дополнительных штрихов на портрете.

— Ух ты… А так еще больше похож! — с восторгом в голосе заключила девушка. — А ты тоже мастер в этом деле!

— Ну, недаром же я начальник художественного отдела! — улыбнулся Ден, а потом перевел взгляд на портрет и сделался очень серьезным: — Спасибо тебе, Аврора. Ты не представляешь, как мне помогла в одном деле. И мне сейчас очень надо отлучится, — увидев, как испуганно изменился взгляд девушки, добавил: — Я ненадолго. Обещаю, с тобой больше ничего страшного не произойдёт, при условии, что ты будешь вести себя хорошо и не искать приключений. Хотя бы до моего возвращения…

Аврора сделала самое невинное личико и интенсивно закивала головой:

— Обещаю! Честное пионерское!

— Ты хоть знаешь, кто такие пионеры?

— Обижаешь, — надула губки.

— Ну, ладно, принимается. Никуда не выходить и никому не открывать, — дал последние наставления, выходя из квартиры.

— Слушаюсь и повинуюсь, — буркнула Аврора.

Самарин постучал в дверь кабинета Кондратьева, но услышав недовольное «Войдите!», застыл в некоторой нерешительности.

— Ну, кто там такой несмелый? — послышалось из-за двери.

Денис вошел.

— Ааа, это ты… Явился… Никак с повинной? — съязвил следователь.

— Здоров, Витек… — немного нерешительно протянул руку для приветствия.

Кондратьев на долю секунды задумался, а потом-таки пожал.

— И тебе не хворать. С чем пожаловал?

— Разговор есть…

— Ну, валяй!

— Понимаешь, я тогда не мог поступить иначе, я чувствовал, что это не она, но доказательств не было…

— А теперь, стало быть, появились? — невежливо перебил его Кондратьев.

— Да! У меня есть свидетель… свидетельница…

— Неужели? — недоверчиво скривился следователь.

— И еще вот, — Самарин достал из кармана сложенный лист бумаги и протянул Виктору. — Это портрет того, кто тебе нужен. Это настоящий убийца.

Кондратьев взял лист и стал внимательно рассматривать лицо изображенного, а Ден тем временем рассказал все, что узнал от Авроры.

— Хорошо, только мне самому надо встретиться с твоей свидетельницей. Сам понимаешь… порядок такой.

— Конечно, только если можно, то не сейчас, ей и так досталось от этой сволочи. Пусть несколько дней еще отлежится и придет в себя.

— Ладно, — легко согласился Виктор, а потом продолжил: — А ты не хочешь у меня спросить, почему я не сильно удивлен? Ладно, вижу, что хочешь, но не решаешься. Так и быть, я тоже кое-чем с тобой поделюсь… После твоих фокусов… Кстати, мне пришлось немало попотеть, чтобы не спалиться перед начальством… Шутка ли, пропали все документы по делу…

— Извини, но не мог по-другому… — и он скромненько положил сворованную когда-то папочку на самый краешек стола.

— Да понял я, понял… — ответил друг, сгреб папу со стола своими огромными ручищами и спрятал в сейф, не прерывая разговора: — Так вот. Назначил я тогда дополнительную экспертизу и даже привлек спеца с особого отдела…

Кондратьев сделал многозначительную паузу, чтобы собеседник оценил его заслуги, а потом продолжил: — Не буду влезать в дебри криминалистики, но эксперты установили, что нашего жмурика кусали дважды, причем сначала женская особь, а потом мужская и именно второй укус был смертельным.

— Вот это да… — искренне восхитился Самарин.

— То-то же! Мы тоже кое-что могем! — подмигнул ему Виктор. — И после таких заключений спецов, версия об убийце-женщине приказала долго жить. Мы вплотную занялись поиском душегуба мужского пола.

— А почему ты мне не сообщил?! — удивился и разозлился одновременно Самарин. — Меня же так совесть мучила.

— А потому и не сообщил, чтоб дольше мучился! Должен же я был тебя наказать за такие проделки?!

— Согласен, — тяжело вздохнув, протянул Ден. — Но теперь, надеюсь, я реабилитирован?

— Я бы тебе еще для науки врезал бы разок, но учитывая твою ценную информацию, так и быть, обойдусь без телесных наказаний.

— И на том спасибо! — слабо улыбнулся Самарин.

— Хоть ты меня и не слушаешь, но всё же напомню: эти особи не умеют чувствовать! Нет у них органа за чувства отвечающего. И твоя дамочка, может она и не виновна в этом, но думаю, и на неё, если поискать, можно найти многое такое, что тебе придётся не по душе.

— Вить… она не такая.

— Такая, не такая… Самара, потом не говори мне, я тебя не предупреждал.

— Спасибо за предупреждение, но…

— Ладно… Куда же тебя деть, Ромео? Давай дуй к своей Джульетте, только передай ей, что кусаться очень нехорошо, пусть завязывает с этим, а то в следующий раз так легко не отделается.

— Передам, — хмыкнул Ден, и мужчины еще раз на прощание крепко пожали друг другу руки.

Выйдя из здания, вздохнул с облегчением. «Как камень с души свалился…»

А Кондратьев долго ещё смотрел на закрытую дверь.

— Да… любовь зла… — подумал он в очередной раз и вернулся к работе.

Сознание потихоньку возвращалось. Не открывая глаз, Марго поняла, что находится в движении. «Едем… Вопрос только — куда? Явно не на конференцию рекламщиков… Подстава… Сколько же я была в отключке?» Она попыталась открыть глаза, но ее пронзила острая головная боль. Непроизвольно издала тихий стон и тут же почувствовала, как чья-то сильная рука прижимает к ее лицу платок. Снова приторно-сладкий запах хлороформа…

Выйдя от старого друга, Самарин пребывал в таком добром расположении духа, какого у него давненько не бывало. Поводов не было, а сегодня был, и не один. Он тут же принялся звонить Марго, скорей хотелось обрадовать её, что все обвинения с неё официально сняты, да и совесть его замучила, надо было попросить прощения. Он теперь казнил себя, что так нелепо поверил фактам, а не любимой девушке. Но телефон Марго был в не зоны действия. Немного разочаровано отложил звонок на другое время, в Москве сейчас вечер, а на другом конце страны должно быть ранее утро и логично заключив, что она скорей всего ещё спит, отключив мобильник, со спокойным сердцем поехал домой.