Золотой череп. Воронка душ (СИ) - Селеверстов Павел Егорович - Страница 13

Броль уселся на лавку и широким жестом предложил Всебору и Жилю присоединиться к компании. Зеваки разошлись, трактир снова наполнился трескотнёй сплетников и криками подвыпивших гуляк. Заиграла гиперборейская волынка.

– Мои приятели, – кивая на собутыльников, сказал Броль. – Толстого старика зовут Клут, а одноглазый крепыш – Палько Драный.

Судя по ушам, Клут и Палько были тоже эльфами, но именно это и вызывало подозрение. Грязные, неухоженные, подверженные страстям и дурным привычкам простых людей, они противоречили всем представлениям о великом народе лесов.

– Я простой человек и зла не держу, – заметил Броль. – Ты парень крепкий, жилистый, выносливый, но признай, ведь испугался, когда повстречался с моим кулаком?

– Было немного! – согласился Всебор. – Никогда не видел эльфа, который бы так дрался.

Судя по всему последние слова, Бролю понравились и, будучи субъектом лишённым всякого воображения, он воспринимал лесть с удвоенной силой.

– Эй! Трактирщик! – закричал Громила. – Тащи сюда свои фирменные колбасы.

– И про пиво не забудь! – добавил Палько. – У наших новых друзей в горле пересохло.

Прошло не больше часа. Но в течение этого времени Броль превратился из случайного знакомого в закадычного друга. Всебор забыл про ссадины и шишки, а Громила про унижение, которому его подверг строптивый юнец. Жиль и Палько сидели в обнимку и пытались вспомнить слова какой-то старинной бесконечной баллады. Только Клут, серьёзный, молчаливый и грузный, хмуро поглядывал на Всебора из-под кустистых бровей, да пыхтел длинной трубкой, набитой спумарийским табаком.

– Хочешь, я узлом завяжу кочергу!? – захмелев, воскликнул Броль. – А потом пойду и переверну двадцатипудовую бочку во дворе?

– Не надо! – качая головой, отозвался Всебор. – Надорвёшься ещё!

– Нет, я пойду! – Громила вскочил на ноги и, шатаясь, попытался вылезти из-за стола.

– Сядь! Сядь на место! – рявкнул Всебор. – У меня к тебе дело!

– Какое ещё дело?

– А вот какое! – Всебор засунул руку за пазуху и достал письмо знатной эльфийки. – Я специально сюда приехал, чтобы тебя разыскать.

Он сунул под нос эльфу письмо, и тот мгновенно протрезвел.

– Какого чёрта ты молчал? – Броль встряхнулся и бегло просмотрел письмо. – Значит, ты и есть тот тип, который будет выполнять задание?

– Именно я! – улыбнулся Всебор. – А ты, против?

– Да, нет, – Броль с сомнением покосился на собеседника. – Но, по правде говоря, я несколько иначе представлял себе человека, который отважится ввязаться в это непростое дело. Принцесса обещала воина, а ты…

– Принцесса? – Всебор жадно глотнул из кружки и задумчиво почесал затылок. – Так эта дипломатка принцесса?

– Лехилетригель принадлежит к великому роду эльфийских правителей, к роду серебряных царей хрустально дома, – добавил Броль. – Она представитель высшей касты, тайны которой передаются из поколения в поколение. Касты закрытых и неприкасаемых.

– Я, конечно, предполагал, что эта особа знатная дама, но не настолько же!

– Сдаётся мне, ты многого не знаешь? – Броль внимательно посмотрел на Всебора и вернул ему письмо. – Но она тебя выбрала, значит, на то были какие-то причины.

– Хлебнём мы лиха с этими простаками, – наконец подал голос Клут. – Нельзя верить неприкасаемым. Они поступают так, как им хочется. А эти двое, только баловство принцессы.

– Кто ты такой, чтобы осуждать Лехилетригель?! – рявкнул Броль. – Если она решила, значит, так написано в книге судеб.

Клут невозмутимо пожал плечами и выпустил облако дыма.

– Время покажет, – произнёс он. – Предлагаю на этом закончить пирушку. Завтра будет трудный день, надо хорошенько отдохнуть.

Глава 7

Всебору опять привиделся сон. Один и тот же бесконечный тракт, утопающий в метели далёкий тёмный лес, разбитая карета и пустота вокруг. Он снова брёл по этой дороге и постоянно оглядывался, так, словно опасался нападения. Каждый раз он испытывал одни и те же чувства: страх, отчаяние, боль от потерь. И каждый раз враг нападал. Этот враг никогда не показывался, просто шёл по следу, настигал его тёмным облаком и с яростным воем набрасывался, пытаясь разорвать.

Он разлепил веки и огляделся. Рядом, у изголовья кровати, сидел пушистый серый кот. Его жёлтые умные глаза, не отрываясь, следили за каждым движением, и когда Всебор протянул руку, чтобы погладить у кота за ушами, животное спрыгнуло с кровати и убежало.

– Куда же ты!? Глупый! – прошептал Всебор. – Кого-то этот зверь напоминает.

Он смахнул со лба пот и огляделся. Вечерняя попойка, переросла в ночную и, не смотря на уговоры Клута, Броль растранжирил последние сбережения на дорогое вирекрейское вино. От этого вина во рту до сих пор ощущалось гнусное послевкусие.

Всебор потряс головой и зевнул. Жиль почему-то лежал на полу. Под головой полено, вместо одеяла прикроватный коврик. А на его койке вчерашний бродяга, которому Жиль собственноручно вручил медяк.

– Какая ирония, – проговорил Всебор. – Если нас сюда притащил Громила, то где же он сам?

Всебор сполз с кровати и, перешагнув через Зубастика, вышел в коридор. Комнаты для постояльцев располагались на втором этаже, но Всебор никак не мог вспомнить, как поднялся по ступеням, да ещё с таким комфортом устроился на ночлег.

Он спустился в трактир и подошёл к хозяину, который, не смотря на раннее время, уже натирал фарфоровые кружки.

– Сударь уже на ногах, – улыбаясь, заметил трактирщик. – Ранняя пташка, больше зёрнышек клюёт. Верно!?

– Когда как, – пожал плечами Всебор. – Не подскажите, где найти  Громилу?

– Отчего же, подскажу, – трактирщик поставил кружку и внимательно посмотрел в глаза собеседнику. – Это, конечно, не моего ума дело, но какого чёрта сударь связался с полукровкой?

– Полукровкой!?

– Именно полукровкой! А разве сударю неизвестно, что Броль только наполовину эльф?

– Вот, почему он так себя ведёт, – усмехнулся Всебор. – Надо же? Никогда бы не догадался.

– Дурная слава идёт впереди Броля, – трактирщик плеснул в кружку пива и подвинул её Всебору. – Люди судачат, что этот остроухий не случайно появился в слободе, ему нет веры, и наверняка его изгнали из страны лесных духов за какой–то проступок.

– А те двое, что были вчера с ним?

– Про них ничего не знаю, врать не стану, – пожал плечами трактирщик. – Ты парень неплохой, вижу по глазам, потому мой тебе совет, не связывайся с Бролем. До добра это не доведёт!

Всебор вышел во двор, огляделся. Над первобытными лесами, что тянулись до горизонта, показался краешек солнечного диска. Вспыхнул яркий золотистый луч, и огненный шар начал вековечное восхождение.

Ветер переменился. И скверные запахи теперь уносило на запад, в сторону далёких холмов. Прохладный воздух, с лёгким ароматом хвои и прелой листвы, приятно холодил кожу. Всебор потянулся и издал тот, ни о чём не говорящий возглас, который обычно сопровождает беззаботное пробуждение. По улице бегали куры, на кривом шесте сидел огромный гиперборейский петух. Несколько пятнистых свинок ковырялись в грязной луже, приглушённо и хрипло лаял хозяйский пёс.

– «Трактирщик сказал, что Броль ушёл на конюшню, – подумал Всебор. – Где конюшня?»

Он услышал топот копыт и натужное лошадиное всхрапывание. В самом начале улицы показался всадник на серебристом скакуне. И не трудно было догадаться, что этим всадником окажется Громила.

– Хор-р-роший, хор-р-роший! – радостно выкрикнул Броль. – Не загонял я тебя? А, друг любезный!?

Заметив собутыльника, Броль пришпорил коня и через пару секунду поднял его на дыбы перед Всебором.

– Великолепный скакун! – закричал он. – Признай, ты никогда таких не видел!

– Признаю! – улыбаясь, воскликнул Всебор. – Должно быть, стоил целое состояние?

– Я бы отдал за него полмира, – Броль успокоил коня и, хлопнув его несколько раз по холке, спрыгнул на землю. – Потому что, Буян единственный мой друг на этой планете.