Золотой череп. Воронка душ (СИ) - Селеверстов Павел Егорович - Страница 21

Броль хмыкнул и недоверчиво покачал головой.

– Вы люди, очень предсказуемы! Всегда пытаетесь выкрутиться, – заметил он. – И ты, и твой придурашный дружок.

Броль растормошил спящих эльфов, а Зубастика пренебрежительно пнул ногой.

– Ну, смотри, если морочишь мне голову, я тебя точно стукну.

От волнения Броль засопел, глаза сверкнули бесовским огнём, на губах заиграла торжествующая улыбка.

– Гномьи кирпичи, – проговорил он. – Секретные метки, которыми тиаберийцы указывали тайные места.

– На карте, сокровищница северо-западного туннеля обозначена знаком совы, – заметил Всебор. – Без меня тебе бы не видать золота как своих ушей.

– И это ты говоришь эльфу? – рассмеялся Громила. – Мои уши длиннее твоих в два раза.

Броль радостно дотронулся до вензеля, а потом дружелюбно хлопнул Всебора по плечу.

– Я чертовски доволен, – выкрикнул Громила. – Ты лучший мой друг, и только благодаря тебе моя мечта, наконец-то осуществится!

Эльф снял с пояса кожаную флягу и плеснул на вензель немного воды. Рисунок стал более чётким, проступили многочисленные детали, выполненные искусными мастерами и даже несколько тиаберийских иероглифов.

– И чего вам не спится?! – заворчал Клут. – Мне столько всего приснилось…

Толстяк подошёл ближе, вынул из кармана трубку и набил её табаком.

– Бесконечные зелёные луга с пасущимися коровками, сочная и густая трава. Вся колышется от ветра, словно бы вода, а я вроде как рыба, плыву по травяным волнам и на душе легко, легко. Странный, конечно, сон. В нём даже небо было какое-то зелёное.

– Мне тоже снилось что-то зелёное, – отозвался Палько. – Только вот никак не припомню что.

– Похоже, мы все видели одно и то же! – подвёл итог Броль. – Коровок я не заметил, а вот луга и облака…

Все посмотрели на Зубастика, который сидел возле своего мешка и чесал затылок.

– Что вы так на меня уставились? –  пожал плечами Жиль. – Мне, которую ночь сниться одна жратва.

– Ты видел проводника душ? – удивлённо воскликнул Клут. – Проклятье! Хуже может быть только нежить!

– Эти твари предвестники несчастий, – добавил Броль. – Отбиться от такого, значит, родиться в рубашке. Одному не под силу.

– Он показал вход в сокровищницу, – отозвался Всебор. – Впрочем, всё могло закончиться иначе, если бы…

Всебор засунул руку за пазуху, достал амулет и показал его спутникам.

– Сколько себя помню, столько он со мной!

– Верно, верно! – закричал Жиль. – Я помню, эта стекляшка болталась у тебя на шее, когда долговязый Гунтер привёл тебя в наш приют «Семи братьев».

– «Кошачий глаз», – прошептал Броль. – Парень! Знаешь ли ты цену, этому дару?

Громила изумлённо покачал головой и, протянув руку, дотронулся до зелёного камня. Он сделал это, не задумываясь о последствиях, которые, впрочем, не замедлили проявиться. Громко вскрикнув, он одёрнул руку и зашипел от боли.

– Чёрт! – запричитал он. – Какой же я идиот!

Несколько секунд он тряс рукой, а когда боль утихла, вылил из своей фляги на рану всю воду.

– Видали такое? – Громила самодовольно продемонстрировал глубокий ожог. – Вся кожа сползла.

– В следующий раз будешь умнее, – рассмеялся Клут. – Такие вещи невежд не жалуют.

– Нам всем повезло, что на твоей человеческой шее, висел этот замечательный оберег, – заметил Броль. – С проводниками душ, не договориться, если у тебя в запасе не припасено, какого-нибудь серьёзного довода.

– И спали бы мы до тех пор, пока гнусный упырь не высосал бы из нас всю жизнь без остатка, – добавил Клут. – Так-то, друг мой, так-то.

Глава 11

Потребовался целый час, чтобы вынуть из стены гномий кирпич. Броль осторожно положил его на пол и с интересом заглянул в образовавшуюся полость.

– Наверное, не хватит вечности, чтобы понять замысел этих проклятых тиаберийцев, – процедил он. – Здесь ничего нет.

– Если не возражаешь, я посмотрю, – отозвался Всебор. – Может, я увижу то, чего не видишь ты?

– Давай, давай! – оскалился Броль. – Нынче ты у нас герой.

Всебор оттёр эльфа в сторону, а сам засунул руку в выдолбленное отверстие. Мастера, выполнявшие работу, настолько кропотливо отшлифовали камень, что не осталось даже крошек.

– Знавал я одного парня, так он тоже совал свои клешни, куда не следует, – усмехнулся Клут. – Однажды енот откусил ему сразу два пальца.

– Здесь какой-то секрет, – отозвался Всебор. – И чтобы открыть дверь придётся его разгадать.

Рука наткнулась на какое-то препятствие, и Всебор аккуратно его ощупал.

– Должно быть ещё один кирпич, – прокомментировал он. – Что если…

Он сжал пальцы в кулак и ударил костяшками по гладкой поверхности камня. Удар получился слабым, но камень впереди слегка подался.

– Так и есть, – заметил Всебор. – Сейчас я попробую его сдвинуть.

Он упёрся ногами в пол и, стиснув зубы, надавил на кирпич. В ту же секунду до слуха донёсся отдалённый лязг шестерёнок, затем гулко загрохотали засовы, и со стены посыпалась пыль.

– Всем назад, – закричал Броль. – Только богам известно, что придумали эти низкорослые черти.

Казалось, всё подземелье содрогнулось от работы чудовищного механизма скрытого в скале. Из светильников выплеснулось горящее масло, вздыбились плиты облицовывавшие полы и, наконец, часть стены, из которой Громила вынул кирпич с вензелем, медленно отползла в сторону.

– Вот кормушка и открылась, – проговорил Клут. – Боязно, как-то!

– Это тебе боязно, а мне нет! – усмехнулся Броль. – А ну-ка растяните пошире свои карманы.

Каменная дверь замерла, и когда улеглась пыль, Громила подошёл к проёму. Он подмигнул товарищам, подпалил фитиль на масляном фонаре и переступил через порог.

– Пошли! – подтолкнул Всебор Зубастика. – Нам ли бояться неизвестности?

Это был широкий, уходящий в недра горы шурф. Чтобы облегчить спуск гномы выдолбили в породе ступени, у которых не было ни перил, ни каких-либо других ограждений. Зрелище ужасало и одновременно завораживало. Бездонный колодец уходил во тьму, и от одной только мысли, что нужно спускаться по крутой винтовой лестнице вниз, даже у Громилы выступил на лбу холодный пот.

– Как думаешь, сколько здесь? – спросил Всебор.

– Саженей сто, – пожал плечами Броль. – Но проверять на собственной шкуре не советую. Так что держитесь поближе к центру.

Всебор улыбнулся и посмотрел на Жиля, которому, судя по стучащим зубам, хотелось, чтобы поскорее всё закончилось.

– Бодрее, старик! – бросил Всебор. – Зато утрём Попрыгунчику нос.

Каждый держал в руке зажжённый фонарь. Они спускались уже минут десять, и поначалу казалось, что колодец и в самом деле не имеет дна. Но вскоре, на камнях внизу, заплясали огненные сполохи, и стало понятно, что их путь подходит к концу.

– Скверный запах, – заворчал Клут. – Так пахнет на поле боя, когда минует время.

– Прикуси язык, – зашипел Броль. – От твоих догадок мурашки по спине.

Ледяной воздух, поднимающийся из глубин подземелья, неприятно холодил кожу. Запах и в самом деле будоражил воображение, и Всебор на всякий случай взвёл курок на своём пистолете.

– Пахнет мертвечиной, – произнёс он. – Может быть, проводник теней обманул и это вовсе не сокровищница гномов?

– Они никогда не обманывают, – отозвался Громила. – Если ты думал о золоте тиаберийцев, значит, призрак прочёл твои мысли и указал правильный путь.

Дно шурфа покрывала мелкая гранитная крошка, но кое-где валялись обрывки верёвок, сгнившая щепа и сломанные инструменты. Всебор подобрал ржавый молоток и с улыбкой показал его Зубастику.

– Выбрось, – посоветовал Жиль. – А то подцепишь какую-нибудь заразу.

– Я так и думал, – процедил Громила. – Всё не так просто как кажется с первого взгляда.