Меня не сломить (ЛП) - Грейс Мелоди - Страница 7

— Время для следующего раунда.

Я оглядываюсь. Один из парней за стойкой сел рядом со мной.

— Я Кенни, — говорит он, нависая надо мной слишком близко, так, что я чувствую слабую вонь пота и исходящий от его дыхания запах пива и сигарет.

Я не отшатываюсь только чудом.

— Нет, спасибо, — отвечаю твердо.

— Ой, ну давай, — ухмыляется он. Этот парень загорелый и солидный с виду, но с дерзким высокомерием во взгляде. — Что ты будешь? Хочешь один из девчачьих коктейлей или выпьешь чего-нибудь покрепче?

Кенни смотрит на меня краем глаза, скользя взглядом по моей груди. И хотя мой вырез неглубокий — черт, практически скромный, под его взглядом я чувствую себя обнаженной. Моя грудь сжимается, и я чувствую, как к горлу подступает тошнота.

— Я сказала, нет, спасибо, — бормочу я, чтобы мой голос казался низким. Я не хочу закатывать сцену, но, похоже, этот парень настроен продолжать общение. — Правда, я в порядке. Ты можешь возвращаться к своим друзьям.

Улыбка Кенни сползает.

— Что, не хочешь пить с местными?

— Я этого не говорила, — отвечаю быстро.

Я оглядываюсь вокруг, но никто не обращает на нас внимания, а бармен по-прежнему стоит спиной.

— Не говорила, но так и есть, — фыркает Кенни на меня. — Ты думаешь, что слишком хороша для нас, так ведь?

— Нет. — Мой голос повышается.

Я кидаю взгляд на пожилую женщину за соседними столиком, но она просто опускает глаза и смотрит в сторону.

— Так давай выпьем, — он гнусно сужает глаза. — Может быть, это тебя расслабит.

Я сглатываю, точно зная, какое расслабление он имеет в виду, но этого никогда не случится. Хотя я все еще голодна, и моя еда на подходе, я не могу тут оставаться. Я спрыгиваю вниз со своего табурета, быстро вытаскиваю двадцатку из кошелька и кладу ее на стойку.

— Мне нужно идти, — говорю я Кенни быстро, сделав два шага к двери.

Он блокирует мне путь.

— Куда ты идешь? — он протягивает руку, чтобы прикоснуться к моей щеке, и я отскакиваю назад. — Мы всего лишь узнаем друг друга получше.

— Пожалуйста... — Мой голос переходит на шепот, сердце бешено колотится. — Я должна идти.

— Или что? — Его улыбка становится напряженной. — Тебя кто-то ждет? — он фыркает. — Несчастный ублюдок, живущий с такой ледяной сукой, как ты?

Дальнейшие события разворачиваются с такой скоростью, что я едва успеваю все осознать. В один миг Кенни отклоняется от меня, отрывается от земли и летит по воздуху. Затем с треском приземляется на ближайший стол и разбивает очки о пол. Его противник не останавливается ни на секунду. Он идет вслед за Кенни, хватает его за воротник рубашки, чтобы поднять с пола, и в это время бьет другим кулаком ему в лицо несколькими быстрыми ударами. Кровь течет по лицу Кенни, пока он, брызгая слюной, беспомощно размахивает руками, бессильный против нападающего. Другой парень просто продолжает его избивать.

Я задыхаюсь.

— Прекрати!

Я плачу, бросаясь вперед. Хватаю другого парня за плечи, пытаясь его оттащить, но шесть футов каменных мускулов трудно сдвинуть с места. Сухожилия на его спине пульсируют с каждым новым ударом, обрушивающимся на Кенни, теперь окровавленного и скулящего на полу.

— Пожалуйста, — отчаянно прошу я. — Ты убьешь его!

Парень наконец останавливается и замирает на секунду. Я оттаскиваю его за футболку.

Он поворачивается, тяжело дыша. Жажда насилия все еще горит в этих темно-синих звездах, которые я прекрасно знаю.

«Эмерсон.»

Я в шоке застываю, глядя на него.

Я много раз проигрывала мою встречу с Эмерсоном, по миллиону разных сценариев, но ни в одном из них не было избитого, лежащего на полу, парня и полного бара уставившихся на нас людей.

Я слышу шум крови в ушах и чувствую головокружение. Не могу дышать. Но это не похоже на паническую атаку, это нечто совершенно иное. Вот он стоит передо мной, словно пришедший из моих снов, о которых я старалась не думать. Но, тем не менее, я раз за разом воспроизводила каждый момент, каждый поцелуй и все прочие подробности.

Эмерсон. Передо мной. Наконец.

Я жадно впиваюсь в него взглядом.

Он выглядит старше. Конечно, старше. Я вспоминаю молодого парня, которым он когда-то был, но мальчишеский блеск в его глазах исчез, теперь он повзрослел и стал мужчиной.

Его четко вырезанные черты лица стали глубже, темная щетина оттеняет челюсть. Темные волосы коротко подстрижены, подчеркивая крутые изгибы его черепа. Тело, как и тогда, стройное и подтянутое, но сейчас мышцы на его руках сжаты. Даже сквозь ткань его черной футболки я чувствую излучаемую им силу и животную ярость.

— Джулс, — говорит он хрипло, все еще тяжело дыша после драки. Нет, не драки, а, скорее, избиения.

Мы смотрим друг на друга, стоя на расстоянии около трех футов, но между нами будто проскакивает заряд электричества, исходящий от его темного взгляда.

— Я... я... — заикаюсь я, хватая ртом воздух, но не могу больше вымолвить ни слова.

Смотреть на него — это больше, чем я могла себе вообразить. Он наполняет мой мир своим присутствием, подавляя меня, словно в комнате больше никого нет. Как будто комнаты вообще не существует, есть только он, я и буря эмоций во мне. Я думала, что никогда не почувствую себя так снова.

Это слишком.

Господи, это слишком.

— Мне жаль, — ляпаю я, разворачиваюсь на каблуках и сбегаю, протиснувшись мимо людей, столпившихся у двери.

Я как спринтер бегу к своей машине, и мои шаги эхом отдаются на темной стоянке. Слезы обжигают горло. Не понимаю, что там произошло. Как я могла просто развалиться от одного его взгляда. Я ощущаю все по-новому и так неистово, будто мне снова восемнадцать.

«Какая же я дура, если думала, что смогу когда-нибудь с этим покончить.»

— Джулс! Джульет, подожди! — кричит он, идя следом за мной.

Не останавливаясь, я шарю в сумочке в поисках ключей. Я должна уехать, прежде чем он сможет меня увидеть и понять, как я растерялась, покоренная лишь одним его взглядом.

— Что, я даже не заслужил благодарности? — раздается саркастический голос Эмерсона на парковке.

Я останавливаюсь. Я чертовски зла на себя, потому что так легко поддалась его обаянию после всего этого времени, но еще больше негодую на него.

Шипя, я в ярости сжимаю кулаки и поворачиваюсь кругом.

— Спасибо? — выплевываю слова высоким голосом. — Что, черт побери, там произошло? Ты мог его убить!

Эмерсон складывает руки на груди, сжимая губы в тонкую линию, его взгляд полон решимости.

— Он это заслужил.

Я чувствую, как во мне закипает гнев. Теперь я вспоминаю темные стороны вспыльчивости Эмерсона. Ревность ко всем подряд, рука в собственническом жесте на моем плече. Раньше все это давало мне ощущение безопасности, я чувствовала себя оберегаемой, словно сокровище, как будто я была самой важной девушкой в мире. Но сейчас это другое. Он не может поступать так, словно я ему принадлежу, больше не имеет права.

— Я могу о себе позаботиться! — настаиваю я сердито.

— Мне так не показалось. — Голос Эмерсона низкий и напряженный.

Я сдерживаюсь и не реагирую на эти собственнические нотки в его словах.

— У меня все было под контролем. Просто ты больше меня не знаешь!

На его лице мелькает какое-то непонятное выражение, и я чувствую внезапно пронзивший меня укол сожаления. О, Боже, я не должна была так говорить. Затем злость из его взгляда исчезает и, когда он смотрит на меня, в нем проскакивает ранимость и беззащитность.

— Ты вернулась, — тихо говорит он.

Приближается ко мне на полшага, и, несмотря на всю свою злость, я замечаю, что застыла на месте, в ожидании его прикосновений. Я хочу, чтобы он сжал меня в объятиях, как прежде.

«Ближе, — кричит мое подсознание. — Подойди ко мне ближе.»

— Ты вернулась, — снова говорит он, как будто сам в это не верит. В его глазах я вижу нечто удивительное: свирепость и безнадежность. — Все это время я продолжал смотреть на дверь, как будто ты могла в нее войти. И наконец ты здесь.