Хроники Темных Времен (6 романов в одном томе) (ЛП) - Тогоева Ирина Алексеевна - Страница 153

— Это ты, мальчик? — услышал он в дальнем конце туннеля голос самой Неф. — Ты где?

Торак быстро оглянулся на Волка; его янтарные глаза так и сверкали в свете факелов, и если Неф его заметит…

Но пока Повелительница Летучих Мышей, прихрамывая и переваливаясь, приближалась к Тораку, Волк развернулся и попросту растаял в темноте. Торак с облегчение выдохнул: как он мог сомневаться в умениях своего четвероногого брата! Ведь если Волк сам не захочет, чтоб его увидели, его никто и не увидит.

— Я здесь, — сказал он, стараясь изо всех сил, чтобы голос его звучал спокойно.

— А где же ты все это время был? — сердито закричала Неф.

Торак потер виски, старательно делая вид, что ничего не помнит.

— Я спал. Этот корень… у меня голова и теперь еще болит.

— Ну, естественно! Она и должна болеть! Теперь ты понял, что нужно быть очень сильным, чтобы стать Пожирателем Душ?

К ужасу Торака, Неф остановилась прямо перед той норой, где спряталась Ренн, и оперлась рукой о скалу.

Торак сделал несколько шагов вперед, надеясь, что она последует за ним.

Но она никуда не пошла. Воткнув факел в трещину в стене, она присела на корточки, расставив толстые ляжки, и повторила, словно обращаясь к самой себе:

— Нужно быть очень сильным! Да-да, ты должен

стать очень сильным!

— Значит, теперь рысь! — вырвалось у Торака. — Ты ведь ее убила, да? Вы уже начали великое жертвоприношение?

Неф по-прежнему держала руки перед собой и невольно стиснула кулаки.

— Ее было необходимо убить!

Немногие должны страдать ради благополучия многих!

Торак облизнул губы. Он должен был как-то избавиться от Повелительницы Летучих Мышей, прежде чем она обнаружит Ренн. И все же…

— Тебе вовсе не обязательно это делать! — сказал он.

Неф резко вскинула голову.

— Не обязательно совершать это жертвоприношение, — пояснил Торак. — И открывать ту Дверь тоже не обязательно.

—

Что?

— зарычала Неф.

— Там же злые духи! Они проникнут в наш мир!

— В том-то все и дело! Ведь духи не отличают правильное от неправильного! Значит, их можно склонить на свою сторону, подчинить своей воле! Неужели ты этого не понимаешь? Только так можно проложить путь Великому Духу! Только так мы сумеем установить в нашем мире действительно справедливый порядок!

— Нарушив главный закон племен?

Некоторое время Неф молча смотрела на него. Потом вдруг вскочила на ноги, схватила факел и поднесла его к самому лицу Торака — так близко, что ему было отчетливо слышно, как шипит сосновая смола.

— Ты же был трусом, — несколько удивленно сказала она. — Ты же ползал у меня в ногах, хныкал… И куда все это делось теперь? Теперь ты больше уже не трус! Так почему же ты скрывал свое истинное лицо?

Торак молчал.

Неф опустила факел и махнула рукой.

— А впрочем, какое это теперь имеет значение!

Казалось, клочок тьмы пересек световую полосу и опустился к ней на плечо. Глядя, как Неф оглаживает мягкую шерстку летучей мышки, Торак никак не мог понять, как в ее душе уживаются подобная нежность и способность совершить тяжкое убийство.

— Дверь вот-вот будет открыта, — продолжала между тем Неф, — и тебе предстоит кое-что сделать. Ты должен немедленно доставить всех жертвенных животных в каменный лес!

Глаза Торака расширились от ужаса.

— Ты хочешь сказать…

— Да! Мы собираемся их всех убить! Принести их в жертву!

Он судорожно сглотнул:

— А куда же… Ты разве не пойдешь со мной?

— Я? — каркнула Неф. — Нет! Я займусь волком.

— О чем только ты думал! — возмущенно прошипела Ренн, вылезая из своего убежища и глядя вслед ушедшей Повелительнице Летучих Мышей. — Спорить с Пожирательницей Душ, когда я сижу совсем рядом, в этой вонючей норе, и она меня вот-вот обнаружит!

— Я надеялся, что мне все-таки удастся заставить ее переменить решение, — сказал Торак.

— Торак, это же Пожирательница Душ!!!

Ренн была совершенно права, но Торак признавать этого не хотел.

— Ладно, идем, — резко бросил он. — Когда Неф обнаружит, что Волк исчез, то непременно поднимет тревогу. Надо поскорее освободить остальных жертвенных животных и самим как-то выбираться отсюда!

Напряженно вслушиваясь, не приближаются ли чьи-то шаги, они принялись за работу, торопливо продвигаясь вдоль стен пещеры, отодвигая в сторону каменные заслонки и выпуская пленников на волю. Лиса и выдра исчезли мгновенно, как только щель оказалась достаточно широка, чтобы они смогли в нее протиснуться. Орел одарил их гневным взором горящих очей, расправил грязные растрепанные крылья и скакнул куда-то в темноту. Росомаха, злобно плюясь, уже собралась кинуться на них, но тут из темноты появился Волк и одним взглядом заставил ее убраться восвояси.

— Фу! — задыхаясь, воскликнула Ренн. — Ничего себе благодарность!

— Как ты думаешь, они найдут путь наружу? — спросил Торак.

Она кивнула:

— Там есть небольшая щель. Каменная плита не очень плотно прилегает к скале. Эти звери вполне там пролезут.

— А Волк?

— Пожалуй, и он тоже. А вот мы — нет. И вряд ли нам стоит рассчитывать на то, что мы сумеем сдвинуть эту плиту с места.

— То есть… нам все-таки придется воспользоваться норой куницы?

Вся кровь, казалось, отхлынула у Ренн от лица, и она тихо ответила:

— Если повезет. Если мы сумеем до нее добраться.

Некоторое время оба молчали, понимая, что у них нет иной возможности остановить Пожирателей Душ, кроме как добраться до каменного леса и… что-нибудь сделать. Но что?

В тишине было хорошо слышно, как Волк, цокая когтями, дошел до конца туннеля и внезапно замер — похоже, возле той ямы, где сидел белый медведь.

Жуткое предчувствие шевельнулось у Торака в душе, он подошел к Волку и тоже заглянул в яму. То, что он увидел, вызвало у него такую слабость, что даже колени подогнулись.

— Так или иначе у нас куда больше возможностей спастись, чем у этих двоих, — прошептал он.

— Что ты хочешь этим сказать? — чуя недоброе, спросила Ренн.

И Торак молча подвинулся, чтобы и она могла заглянуть в яму.

Пожиратели Душ убили белого медведя, содрали с него шкуру и оставили его истекающую кровью, еще теплую, исходящую паром тушу в яме. То же самое они сделали и с рысью, а ее освежеванную тушу бросили сверху на тушу медведя.

Ренн бессильно сползла по стене туннеля.

— Как они

могли?!

Они же просто бросили их гнить здесь!

«Вот оно, зло, — думал Торак. — Вот как оно выглядит в действительности».

После столь ужасной смерти белый медведь казался поразительно маленьким. Сердце Торака сжалось от жалости.

— Пусть души твои сумеют отыскать свой путь в родные льды! — прошептал он. — Пусть обретут они вечный покой!

— Торак… — Ему чудилось, что голос Ренн доносится откуда-то издалека. — Торак, очнись! Нам пора. Нам надо идти, Торак! Мы должны помешать им открыть эту Дверь!

А в каменном лесу уже началось магическое действо.

Торак, не выходя из темного туннеля, присел на корточки, наблюдая за Пожирателями Душ; душа его пребывала в смятении. Волк пристроился с ним рядом, его била крупная дрожь. Ренн осталась стоять, застыв на месте.

Каменные деревья были освещены алым сиянием. Ядовитый черный дымок змеей поднимался над алтарем, где Пожиратели Душ приносили в жертву собственные волосы. Повелитель Дубов и Повелительница Змей сделали несколько кругов, осматривая самые темные уголки пещеры и тыча во тьму своими трезубцами, чтобы отогнать души убитых ими Охотников и опасаясь их мести. Колдунов было почти невозможно узнать в этих жутких масках с мертвыми глазами: рты у них были ярко раскрашены, и на губах выступила черная пена, поблескивавшая в свете факелов. Они были обнажены до пояса и одеты лишь в набедренные повязки из тонких, блестящих шкур, казавшихся скользкими.

Голову Повелительницы Змей украшала голова рыси с оскаленной пастью, а сама шкура зверя как бы стекала у нее по спине. В руке Сешру сжимала кремень, отнятый у Ходеца, и непрестанно им размахивала.