Обреченные души (СИ) - Нокс Сергей - Страница 33

- Какого чёрта ты молчишь, с кем я разговариваю вообще! - разгневался купец, опрокинув кружку с вином.

- Такое гарантировать невозможно, вдруг он и вправду настолько больной на голову, что иного варианта, как убийства не останется, - предположил мужчина. Биеруш надулся, как пузырь, подумал и бросил на стол десяток золотых монет. Верзила огорчённо посмотрел на собеседника.

- Вот ведь вымогатель! - с омерзением угрюмо протянул купец, бросив ещё десяток золотых.

- Как только он будет наш, мы сообщим вам, - довольно улыбнувшись, пообещал бандит, сгребая монеты к своему краю стола.

- А скажи-ка мне, Брунн, как там ваши поиски с изумрудами? - спросил обеспокоенно Биеруш.

- Дебошир, что напал на вас недавно в таверне, отпущен капитаном. За ним следили его люди, поэтому мы без труда выяснили, где он живёт, - поведал верзила.

- Хм, и где же? - заинтересовался купец.

- Верьте не верьте, но это дом Джерола.

- Чего? - поперхнувшись вином, удивился собеседник. - Он немедленно нужен мне! - потребовал Биеруш.

- Живым?

- Нет, дубина, буду тянуть информацию из мертвеца, конечно же живым! Сейчас же идите туда и разберитесь с ним, - приказал купец. Верзила озадаченно почесал затылок.

- Чего ты опять сидишь! - возмутился собеседник.

- Эм, - замямлил здоровяк, - днём, он вышел из дома и, его не удалось выследить. Он специально пошёл через пашни, а потом прыгнул в один из обозов с сеном и пропал, - объяснил мужчина.

- Твою же мать, идиот, ты хоть понимаешь, что это значит? - взорвался Биеруш, покидав в порывах ярости всё со стола. - Теперь он знает про контрабандное оружие!

- А может не догадается?

- Эх, Брунн, Брунн, у него вряд ли такая деревянная голова, как у тебя! Короче, посылай кого хочешь, но чтобы этот щенок был у меня в ближайшем времени, понял?

- Да, - ответил верзила.

- Тогда свободен, и скажи трактирщику пусть мне ещё пожрать и выпить принесёт, а то орать у меня горло устало, - приказал Биеруш.

- Угу, - пробормотал здоровяк и направился к выходу.

- Нет, Дэкрий, дружище, ты и так высоко уже сидишь, мне надоело быть у тебя на побегушках, - подумал про себя купец, сделав хитрую гримасу. - На этот раз я не совершу нелепую ошибку и получу то, что давным-давно должно было быть моим.

Глава 10

Королевство Вэтфэльд – это живописная земля удивительной и восхитительной природы. Тёплые зимы и нежаркое лето открывали огромные возможности для сельского хозяйства. Поэтому Вэтфэльд - это страна крупнейших ярмарок и фермеров. Но славилось она, по большей мере, отнюдь не крупным разнообразным рынком, а кузнечным и военным ремеслом. Хорошо обученная мощная армия требовала огромных затрат, из-за этого рабовладение стало чуть ли не обязательным для этой страны. Однако, по сравнению с соседями, здесь рабы не были чёрной силой, напротив, они считались низшим сословием и принадлежали лишь государству. Невольники не только трудились на рудниках и в шахтах, но и занимались различными видами строительства. Более того, каждый раб мог выкупить свою свободу через двадцать пять лет службы в течении пяти дней, пока длился праздник в честь бога войны и кузнечного ремесла Áрсида. В течении этого торжества днём устраивались рыцарские сражения, а вечером в театре ставились постановки на основе баллад и легенд. Казалось, Вэтфэльд не имеет изъянов, но у монеты, увы, две стороны. И эта вторая сторона выражалась в полной зависимости крестьян от несправедливых законов. Государство взимало налог за любой вид деятельности, будь то охота или рыболовство, и налог немалый. Именно это вынуждало мужчин наниматься в рекруты, и то, только при условии, что в хозяйстве есть хотя бы один юноша старше двенадцати лет. За сына, по закону, крестьянин получал небольшой клочок земли и, как следствие рос, налог. Если девушка старше семнадцати лет не выходила замуж, появлялся дополнительный оброк на её семью. А в случае свадьбы, новая семья получала небольшой участок земли и так же облагалась налогом. Таким образом, правительство Вэтфэльда не давало, и зачахнуть сельскому хозяйству, и иметь постоянный, почти бесплатный, рекрутский набор. Но самым ужасным было то, что по закону, любой зажиточный купец или ремесленник мог выкупить землю крестьянина, подарив хорошую сумму в казну.

После войны произошёл коренной перелом и в Вэтфэльде. Ужесточились наказания за воровство, пьянство и бездельничество. Теперь, чтобы жить и не беспокоиться о своём доме, было просто невозможно. За хозяйствами начал следить особый орден сакранистов - сообщество, поставившее своей целью высший порядок везде. Отныне, лишняя минута отдыха каралась ударом розги или кнута. С купцов начали взимать налоги за торговлю. Одним словом, упираться в деньги стало всё. А виной всему, вступивший на престол после войны род Брóгуров. Именно Брогуры задумали масштабные преобразования. Вэтфэльд медленно превратился в оплот неиссякаемой жажды золота, драгоценных камней и несравненной красоты. Первым делом благодаря непомерным усилиям рабов, столица Вэтфэльда превратилась в необычно красивый, с горделивыми багровыми черепичными и зубчатыми башнями, белокаменный город Старстоун. Изрезанность земли разбивала город на несколько крупных районов. На возвышенности величаво вздымались медно-золотистые шпили башен белокаменного замка Брогборг. С балконов свисали различные цветы. От замка к узорчатым чёрным воротам из стали вела аллея из вишнёвых деревьев, плавно переходившая в пышный сад из можжевельника, рябины и груши, который окружали высокие каменные стены. На отлогой плодородной земле, то резко обрывавшейся, то плавно опускавшейся к подножию Старстоун, располагались извитые каменистые улочки военного и торгового районов, красовавшиеся черепичными багрово-коричневыми башнями. Бедняки ютились в основном по окраинам города в небольших каменных домиках с дубовой крышей. Стены домов и оград оплетали змеевидные лозы вьюнка с голубыми, жёлтыми и сизыми цветками. За городом поодиночке располагались небольшие крестьянские фермы, количество которых, постоянно росло, причём этого требовало государство. Казалось, непомерные обязанности, возлагаемые на крестьян, и изнурительный труд должны были вызвать восстание, но мало кто мог решиться выступить против элитных солдат Вэтфэльда, сравниться с которыми на Ардоре, мало кто мог.

Утро, как и всегда, началось с торжественного марша войск и лязга скрещенных мечей. Замок пробудился от гула труб и грохота барабанов. Лучи солнца, выплывшего из-за сине-фиолетовых скульптур густых ночных облаков, коснулись коронованных медведей с мечём и щитом в неуклюжих лапах на медно-жёлтых знамёнах на мрачных, в утреннем неясном свете, башнях замка Брóгборг.

С первыми же петухами охраняемая десятком тяжеловооружённых элитных солдат к стенам Старстоун подъехала повозка, из которой непременно вышли озлобленный и недовольный принц Бахорн, его брат Хольдур, не выспавшийся, с угрюмым лицом и сопровождавший их рыцарь сэр Венсан. Не дожидаясь своей свиты из солдат и знаменосца, Бахорн торопливой походкой направился в замок. Принц без разбора сбивал и отталкивал мирных граждан на своём пути, преисполненный негодования и злости. Взойдя на ступени, мужчина приказал сэру Венсану никого не пропускать, после чего с грохотом отворил ворота замка и, как рассвирепелый медведь, ворвался внутрь.

В стенах замка было просторно и свежо, приятно веяло лёгких ароматом дуба. С больших прямоугольных окон свисали бронзово-золотистые атласные шторы, доходя своей роскошной красотой чуть ли не до самого пола из серо-белого мрамора. На плитках были изображены медно-жёлтые четырёхконечные звёзды. От входной резной дубовой двери к золочёному узорчатому трону через мраморные ступени тянулась длинная зала с серыми колоннадами, которые были оплетены солнечно-жёлтыми лентами. Только серые невзрачные стены разбавляли пасмурностью всю эту приторность роскоши тронного зала.