Сияние ангела - Уэзерли Ли - Страница 23

Никто не предвидел появления Церкви ангелов — самой быстрорастущей религии в истории. Хотя ее основали люди, ангелы быстро этим воспользовались, особенно Разиэль. Его всегда раздражало, что Двенадцать правят только благодаря своему происхож­дению. Можно было потратить вечность и стать их ла­кеем — или найти себе другое место. Массовое распро­странение ангелов в новом мире дало Разиэлю возможность, о которой он мечтал тысячелетиями. Он быстро взял контроль над Церковью и стал ее главой.

Под его руководством Церковь ангелов стала самой влиятельной церковью в мире. Ангелы так прочно укрепились в человеческом сознании, что даже те, кто не стал­кивался с ними, искренне вступили в ряды их поклонни­ков. В Мехико Церковь ангелов недавно подчинила себе древний Кафедральный собор. Этот поразительный пе­реворот остался почти без внимания прессы, словно это было естественно. Разиэль планировал взять этот собор в свои руки и стать главой Церкви в США и Мексике. Поговаривали, что в Лондоне ангелам скоро достанется собор Святого Петра, а в Париже — Нотр—Дам.

Пока что это были только разговоры. В Европе анге­лы не имели сильного влияния. Но Разиэль не сомне­вался, что после Второй волны ситуация изменится. К тому времени он собирался прибрать к рукам Южную Америку и стать для ангелов Папой. Если Совет оконча­тельно поселится здесь и увидит, что происходит, нач­нется страшная война за власть. К тому времени у него должно быть достаточно союзников, чтобы победить.

Сейчас Церковь была готова захватить власть над миром, и ангелы, которые были с Разиэлем заодно, могли ему в этом помочь. Поэтому в любых отчетах Совету значение Церкви ангелов и растущее влияние Разиэля значительно преуменьшались.

По крайней мере он так думал.

Он закрыл кран и внезапно понял: Мехико. Полуангел была там и знала о Совете. Эта мысль промелькнула и тут же лопнула, как мыльный пузырь. Разиэль нахму­рился: не сходит ли он с ума?

«Забудь про нее», — подумал он. Ему было все так же невыносимо называть ее дочерью. Сейчас были более важные дела, которые требовали его внимания.

Он надел дорогие серые брюки и вышел. Кармен сидела в гостиной, свернувшись калачиком в его лю­бимом кресле. Он знал, что когда—то они были порази­тельной парой — Кармен с ее нежной лунной красотой и Разиэль с кудрявыми черными волосами и поэтиче­скими чертами лица. Будь он более сентиментальным, он сейчас смотрел бы на нее с меньшим подозрением. Но он, к счастью, таким не был.

— Так что ты затеяла? — спросил он, застегивая тем­но—синюю рубашку. — Почему ты предупредила меня о проблемах?

— По старой памяти! — изумилась Кармен.

— Какое удивительное самопожертвование. Ты же говоришь со мной, а я тебя очень хорошо знаю. Что ты задумала?

— Ничего.

Ее красивое озорное лицо было невозможно про­читать. Она встала, подошла к нему и лениво поскребла ногтем пуговицу.

— Я чувствую, что тебе очень скоро понадобится друг, только и всего. А наши стремления неплохо соче­таются.

Разиэль посмотрел на нее сверху вниз, не меняя вы­ражения лица.

— Совет знает о нас?

Она гладила его шею и играла с волосами.

— Конечно. Они заглянули мне в душу и увидели все, что я хотела им показать. Они знают, что я тебя очень сильно ненавижу и сделаю все, чтобы отомстить тебе.

Разиэль хотел что—то сказать, но остановился. Они оба почувствовали, как в их души кто—то заглядывает, словно они были рыбками для невидимых рыбаков.

— Это им не шоу, — пробормотала Кармен и выдернула руку. — Кстати, твой собор хотят использовать для чего—то неприятного. Необходимого, но неприятного.

Его вдвойне раздражали эти загадки, потому что это происходило на его территории. Разиэль не ответил и обернулся ангелом. Он вылетел из комнаты, бесшумно скользя вдоль стен. Кармен последовала за ним. Они влетели в главный зал с высоким сводчатым куполом. Внизу, рядом с кафедрой, украшенной белыми крылья­ми, Разиэль увидел Двенадцать в человеческом обличье. Забавно, что они привели с собой целую толпу — по скамьям расселось с полсотни ангелов.

Эфирные глаза Разиэля сузились, когда он увидел разрушения в соборе. Выдранные половицы, выпавшие панели, разбросанная арматура... Ярость пронзила его при мысли, что она посмела такое устроить — и что сейчас плоды ее трудов видели Совет и его подхалимы. «Она в Мехико», — опять подумал Разиэль. И хотя он старался об этом не думать, в глубине души он надеял­ся, что это правда. Зная, где обретается эта тварь, он мог легко достать ее и ее парня.

Он приземлился перед Советом и принял человеческий облик. Кармен последовала его примеру. Двенадцать были не похожи друг на друга, но все же между ними было что—то общее — возможно, непроницаемое выражение лица или то, как они себя держали. Шесть мужчин и шесть женщин управляли ангелами уже несколько тысяч лет. Как слышал Разиэль, большин­ство из них ненавидели друг друга, но были так крепко связаны и душевными, и политическими узами, что уже не могли разделиться.

— Добро пожаловать в мой собор. — Разиэль скло­нил голову.

Он смог произнести это без иронии, знал, что они все равно прочитают ее у него в мыслях, и особенно не скрывал ее.

— Спасибо, — сказала Изида. Обычно она говорила от имени Двенадцати. — Здесь приятно находиться. — Высокая и статная, она напоминала скульптуру. Она равнодушно посмотрела на Разиэля. — Мы можем сна­чала уладить некоторые недоразумения?

— Пожалуйста, — спокойно ответил Разиэль, стара­ясь подавить тревогу. О каких именно недоразумениях она говорит? Тут он увидел, что, помимо привычных подхалимов, тут сидят и ангелы из Первой волны, кото­рые все это время поддерживали телепатическую связь с Советом. Он чувствовал, как они трясутся от волнения. Они рассчитывали, что Разиэль будет иметь куда боль­ше власти, когда об их предательстве станет известно.

— Хорошо. Вы с Кармен можете сесть. — Изида кив­нула на соседнюю скамью.

Замечательно, ему позволили сесть в собственном соборе. Разиэль опустился в полной тишине. Кармен примостилась рядом, глядя перед собой.

Двенадцать стояли в ряд, спиной к скамьям. Высокие витражи блестели на солнце. Несколько дней назад именно сюда прибыла Вторая волна.

— Приступим, — сказала низким голосом Изида.

Открылись гигантские двери, и вошли сто анге­лов в человеческом обличье со скованными руками. Разиэль вскочил. У него бешено забилось сердце, когда он увидел отступников — ангелов, с которыми он хотел покончить при помощи Килара. Отступники счита­ли, что ангелы не имеют права использовать людей в своих интересах, и хотели помочь человечеству, даже если это означало гибель всех ангелов. Разиэль узнал их имена случайно около года назад, от одного из мер­завцев, который попал в плен и выдал всех остальных, чтобы спастись. Разиэль все равно убил его, но это была очень полезная встреча.

Так вот в чем заключались недоразумения. Совет с са­мого начала знал их имена. Кто—то благоразумно донес. И они знали, что только предатели, в данном случае — Нейт, могли бы помочь полуангелу с атакой на ворота. В результате отступники сами себя выдали и заслужили публичное осуждение. Совет легко заманил предателей. Больше всего в Двенадцати раздражало, как легко они могли с помощью телепатии подчинить тебя, хотел ты этого или нет.

Разиэль смотрел на отступников и не понимал, поче­му они не пытаются вырваться И тут он сообразил, что причиной тому Совет. Двенадцать объединили мен­тальные усилия, чтобы удерживать пленников.

Предатели неподвижно стояли перед Советом и жда­ли своей участи. В соборе наступила гробовая тиши­на. Кармен не шевелилась. Двенадцать молчали, но вокруг них клубилась, потрескивая, мощная энергия. Постепенно Разиэль почувствовал, что власть Совета над пленниками приобретает новую форму: их пере­воплощали в уязвимых ангелов. Они сопротивлялись как могли, их лица исказились, а мышцы напряглись. Разиэль поежился. Он был не против посмотреть на казнь предателей, но от этой демонстрации власти ему было... неуютно.