Вечная Любовь - Нагорнов Николай - Страница 27

Седой Мудрец в белых одеждах с золотым шнуром на плече благословляет пришедших к нему Воина, Земледельца и Слугу. Они кланяются ему, отдают дары и садятся у его ног слушать слово Истины, Милосердия и Гармонии. И так проходят века и тысячелетия, и нет вражды между людьми, нет войн, ненависти и зависти, нет нищеты, голода и болезней... Люди живут по тысяче лет с сотнями своих сыновей. На всей планете один народ, у него одна Вера, одна Истина. И седые Мудрецы достойно управляют всем и вся.

Но вот уже Воины и Князья тихо переговариваются друг с другом, глядя искоса на Мудрецов. И вот уже теснят они Мудрецов с их престолов и осмеивают их, и отстраняют их. Кланы воинов начинают вражду друг с другом. Власть и дары ценят они более всего. Вспыхивают войны, и кланы навсегда отделяются друг от друга. Данавы и Дайтия уходят на Запад, Ришия - на Север, Ария остаются на Юге. Их потомки уже говорят на разных языках и наречиях и поклоняются разным богам. Начинаются битвы из-за женщин.

Земледельцы и Торговцы глядят на это, и сердца их преисполняются завистью к Воинам и Князьям. Они поднимают на своих плечах лже-мудрецов и лже-пророков, и те начинают внушать людям превосходство расчета и пользы над Верой и Истиной, Красотой и Любовью. Планета, разделенная границами, конвульсирует в войнах, больные нищие люди не доживают и до ста лет и умирают в муках и злобе. Воины и Князья запутались в своих распрях и поединках и утратили всякую силу и власть. Мерилом чести стало золото. Планета в руках Торговцев.

Слуги видят беззаконие и обман. Тьма и хаос наступают в их душах. Они идут армия за армией и затопляют планету в крови. Обезумевшие люди метаются между странами и материками, спорят друг с другом том, что есть Вера и что есть Дух, что есть Истина, и Красота, и Любовь, но никто не слышит никого и никто не может согласиться. Нечестность стала общим способом существования, слабость поводом к зависимости, угроза и самонадеянность заменили ученость, женщины превратились лишь в объекты чувственного наслаждения, хорошая одежда - в признак достоинства, властвует лишь тот, кто наделен грубой силой и лишен совести... Люди собираются вместе, чтобы идти спасать гибнущую планету, но тут же ссорятся и дерутся друг с другом. Люди бьются пойманными птицами в стеклобетонных городах. Планета затянута колючей проволокой военных зон и завалена оружием. Слуга в украденных золотых одеждах поучает Земледельца, Воина и Мудреца, щелкая затвором автомата.

И планета тонет в кипящей плазме, ее раскалывают взрывы, исполинские огненные столбы низвергаются с небес и сжигают людей, звезды падают вниз и горы сходят со своих мест, чтобы вразумить людей в последний раз... Железная саранча летит по небу с грохотом тысяч боевых колесниц и жалит людей, люди умирают от жажды и зноя, но звезда Полынь упала на источники вод, и воды стали горьки...

Но Белый Всадник на белом коне летит над планетой.

И Летающий Город спускается с небес. Сто сорок четыре тысячи воинов в белых одеждах сходят на землю, и сияние вокруг их голов ярче тысячи солнц...

Последние цветные отблески пробегают по сфере, и все исчезает...

И снова огромная планета привычно висит над горизонтом Луны.

Генерал вышел из лунохода, отдать поклон ему было стыдно и непривычно, и он как-то застенчиво положил пульт управления на лунную пыль и сел рядом с человеком в белых одеждах, с какой-то детской наивностью пытаясь посмотреть ему в глаза сквозь свой гермошлем.

Генерал никогда не видел таких. С детства ему и миллионам подобных ему во всех странах Земли настойчиво или молча внушалось, что таких людей нет, не бывало, да и не может быть...

Он вдруг вспомнил сверх-секретную информацию о стыковке посадочного модуля "Аполлона-15" на лунной орбите, где астронавтам не удавалось соединить орбитальный блок с лунным, и вдруг им помог появившийся прямо в вакууме с температурой -271 по Цельсию человек в белых одеждах. После чего командир корабля Джеймс Ирвин, вернувшись на планету, навсегда оставил астронавтику и стал проповедником в основанной им "Организации Высокого Полета": "Важнее Богу быть на Земле, чем человеку на Луне", сказал он...

- Не прогоняй меня, пусть я буду жить здесь с тобой, научи меня быть таким как ты, - сказал генерал.

Человек в белых одеждах мягко улыбнулся ему как взрослый младенцу:

- Возвращайся.

Никакие телерадиоканалы и пресс-агенства Земли не сообщали в тот день о плывшем от Луны к Земле корабле, ни "Ассошиэйтед пресс", ни "Юнайтед пресс интернейшнел", ни "Франс пресс", ни "Дойче велле", ни "Бритиш Броадкастинг Корпорейшн"... И уж тем более не ТАСС.

Лишь орбитальные станции Земли определили его координаты и скорость, и телеметрия ушла на Землю в Центр управления полетами и в NASA. Тем все и ограничилось. Благо между мысом Канаверал и Байконуром связь на случай подобных нештатных ситуаций работает всегда хорошо. Его не стали сбивать на подлете к орбите планеты.

Орбитальный модуль шел к Земле медленно... Прозрачная синяя дымка атмосферы как будто таяла в лучах Солнца, выходящего из-за края планеты на фоне фиолетово-черного космоса и серебряных созвездий...

Растерянный генерал сидел в спускаемом аппарате, шедшем к земле и слушал радио своей страны.

Бортовая радиостанция уже могла принимать передачи России и донесла далекий женский голос.

Пела какая-то незнакомая молодая певица, таких совсем еще не бывало в те незапамятные времена, когда он улетал, так никто еще тогда не пел:

- Скоро птиц начнет будить рассвет,

А неба темный свод еще в созвездьях весь...

Много звезд на небе и планет,

Но людям хорошо только здесь...

Где-то так далеко внизу лежал мир, когда-то любимый и знакомый.

"Я научусь жить заново", - думал генерал. - "Я как-нибудь научусь их всех любить, в конце-то концов... Вон, девчонка эта, певица, любит ведь... Что я, хуже нее, что ли? Стыдно..."

"Я стану другим, когда вернусь..." - думал генерал. - "Любить... Вначале Того, Кто нас создал, потом всех людей..."

Эпилог

Искусственные алмазы

Как долго просыпается весь Старый Город... Как медленно меняются жидкие кристаллы цифр на электронных часах:

Time 10:15 Date 20.05.1979 Sunday Двадцатое мая...

Как долго идет машина через весь Старый Город... Как медленно меняются жидкие кристаллы цифр на электронных часах...

Машина спускается с холма. Вот уже видны волны горячего воздуха, медленно вибрирующие над бескрайним морем голов.

Белая машина Поля на месте. Все в порядке. Да и что с ним может быть не в порядке, если он в дружбе со столоначальниками разных присутственных мест и только ли с ними?

Все они лишь люди из плоти и крови...

А здесь... Здесь все лишь продавцы и покупатели. Больше здесь никем быть невозможно. Раскрасневшиеся лица, толкающиеся локти.

Все судороги души пульсируют здесь - страх и жадность, хитрость и зависть, любопытство и лживость. И всегда скрипят песок и пыль...

Насколько же все изменилось в жизни за эти три месяца... Стоит лишь вспомнить последние дни...

Где-то здесь должен быть Левченко. Теперь он дирижирует Труфаном, Бейкером, Волковым, получает для них у знакомых Поля джинсы, пленки, диски и фотографии рок-групп, блоки "Мальборо", шотландские шарфы, еще что-нибудь доходное и ходовое, а их дело - продажа.

И сегодня, как и всегда в эти три месяца, он спокойно отдаст все, что положено, и лист со списком.

Он не будет и пытаться обмануть, скрыть что-то для себя. Он уже знает достаточно будет просто посмотреть ему в глаза, и все выйдет наружу. А это не в его интересах и не в интересах его корпорации.

И калькулятор выдаст цифры одну за другой, общая сумма будет равна 10500. Полю 7200. Себе 3300. Из них 300 Левченко и его корпорации за работу.

С Мариной все было тоже очень просто. Однажды с ней поговорил в пpисутственном месте один из знакомых Поля, и она успокоилась.

И снова тянется и длится 20 мая среди моря людей, торгующих вещами и собой.