Зарождение тьмы (ЛП) - Дюваль Дайан - Страница 15

Спустившись с крыльца, Сара пошла за ним по неровной лужайке перед домом, затем оглянулась назад – на фонарь.

Дом такой же старый, как и проводка. Может, ей не следовало менять тусклую желтую лампочку в древнем патроне на новую в сто ватт. Но слишком уж часто приходилось спотыкаться на ухабистой почве между покрытой гравием дорожкой и ступеньками у входа, потому что менее мощной лампочки хватало лишь на крыльцо.

Яркий серебристый свет падал на ступеньки, на траву – до самого черного, блестящего «приуса» Маркуса, припаркованного сразу за ее неопрятной шестнадцатилетней развалюхой – «гео призм» белого цвета.

Маркус протянул товарищу портфель, отпер дверь со стороны пассажира и начал обходить машину спереди.

Роланд, отпустив ладонь Сары, потянулся к ручке пассажирской дверцы – и вдруг замер.

Маркус остановился.

Оба склонили головы набок, словно животные, прислушивающиеся к звуку, неразличимому для человеческого уха. Они одновременно бросили поклажу и повернулись к деревьям, растущим по другую сторону дома.

Ледяные мурашки побежали по спине Сары, когда Роланд и Маркус посмотрели на небо, глубоко вздохнули и задержали дыхание.

Боже, эти ребята умеют испугать.

Роланд кивнул.

– Они здесь.

Глава 5

Темные глаза Роланда так угрожающе блеснули, что Сара невольно отступила назад.

Будто заметив это движение, он взял ее за руку и потянул себе за спину. Маркус подошел к другу, теперь они оба надежно защищали Сару спереди, а машина – сзади.

– Я насчитал восемь, – прошептал Маркус, принимая боевую стойку.

– И я.

«Восемь человек? Как они могли насчитать восемь человек, – нервно думала Сара, – если вокруг слышно лишь кваканье лягушек и жужжание неизвестного жука, которого я прежде и не встречала до переезда в Северную Каролину. Вроде и цикада, а не совсем так».

Ч-ч-ч… ч-ч-ч… ч-ч-ч.

– Ты же говорил, что вырубил четверых, – сказал Маркус, пока Сара пыталась уловить то же, что и цэрэушники.

– Точно. – «Вырубил» значит «убил»? – И серьезно ранил двух других.

– Так какого хрена у нас сейчас творится?

Роланд покачал головой.

– Я не знаю, кто он и чего хочет, но, похоже, наш противник создал целую армию.

– Тот, кто прибил тебя к земле?

– Да.

– Невероятно.

Сара согласилась: все тут невероятно. Разве эти парни не должны волноваться, напрячься, вспотеть или что-то тому подобное? Может, броситься в машину и убраться отсюда к чертовой матери? Особенно если вспомнить, чем закончилась предыдущая стычка.

Вместо этого ребята, видимо, расслабились душой и телом, и говорили совершенно обычно.

В отличие от них, мисс Бингем слегка расклеилась. Ладони вспотели, все мышцы напряглись. Она мертвой хваткой сжимала «глок».

На противоположной стороне большого двора в нескольких местах раздвинулась листва. Из тени выступили фигуры, которые становились тем яснее, чем ближе они подходили к тускло освещенному светом с крыльца участку. Мужчины. Шестеро – нет, семеро. Все молодые, примерно лет двадцати или слегка постарше.

Маркус и Роланд замерли в позе «руки по швам, ноги на ширине плеч».

Смерив взглядом обоих своих внушительных защитников, Сара с тревогой обратила взор на незваных гостей.

Трое двадцатилеток вырядились готами: в черные футболки с черепами и броскими рисунками. Потрепанные черные джинсы, большие черные ботинки. Множество цепочек, колышков, гвоздиков и пирсинга на теле. Все ростом примерно под метр восемьдесят с одинаковыми прическами: стоящими дыбом, как от электрошока, и напоминающими иглы дикобраза. Молодчиков отличал лишь цвет волос: один выкрасился в вишнево-красный, другой – в ярко-синий, а третий – осветлился.

Следующим оказался мальчик не старше шестнадцати-семнадцати лет. Метр семьдесят, медно-рыжие волосы и множество веснушек. Дикий взгляд наводил на мысли о будущем серийном убийце.

Рядом с ним виднелась парочка идентичных близнецов, ростом почти не уступающих Роланду и Маркусу. В отличие от своих худосочных и долговязых приятелей, двойняшки обладали широкими плечами и крепкими мускулами, что явно подчеркивали обтягивающие серые футболки и полинявшие джинсы. К длинным прямым волосам льняного оттенка больше бы подошел наряд средневековых викингов.

Последний парень, тоже около метра восьмидесяти, с грязными каштановыми волосами и в клетчатой футболке, словно ступил с плаката гранж-группы 1980-х.

Только Сара закончила зрительно оценивать вновь прибывших, как из темноты появилась восьмая фигура и встала впереди остальных, окруживших ее подковообразным полукругом.

Мисс Бингем сглотнула.

Этот мужчина был почти таким же пугающим, как Роланд, который сейчас выглядел донельзя устрашающим.

Незнакомец оказался высок – под метр девяносто, со смоляными волосами до плеч. Крепкое мускулистое тело упаковано в черные джинсы и футболку, а широкие плечи скрывает длинный плащ того же цвета. Лицо с твердым подбородком гладко выбрито.

Не исходи от него жуткие флюиды, вожак был бы весьма красив.

– Значит, это правда, – заговорил он, не сводя глаз с Роланда. – Ты представить не можешь мое разочарование, когда я проснулся, ожидая, что мне принесут твои останки в банке из-под кофе, а вместо этого мне сообщили о твоем спасении.

Сара узнала голос с британским акцентом, что приказал парню, пырнувшему Роланда, оставить пленника умирать на солнце.

Маркус, стоящий рядом с Роландом, фыркнул.

– И это тот придурок, о котором ты мне рассказывал?

– Да, он самый.

Рыжеволосый психопат повернулся к предводителю:

– Хочешь, чтобы я его прикончил?

– Да.

– И другого тоже?

– Этого живым.

– Слушай, – по-дружески извиняюще сказал Маркус, – я знаю, что из нас двоих я симпатичней, и я польщен. Правда. Но мне кажется, нужно предупредить тебя… парни не в моем вкусе.

Очевидно, они все были гомофобами.

Во дворе вспыхнула драка.

Сара, не в силах пошевелиться от шока, смотрела, как паренек из гранж-группы, викинги и рыжий тип напали на Маркуса, тогда как вожак и три гота предпочли Роланда. Сильнейший страх, который она только испытывала в своей жизни, пригвоздил ее ноги к земле и заставил сердечко бешено колотиться о ребра.

Это неправильно.

Это ненормально.

Роланд выхватил парочку сай – длинных стальных кинжалов, у которых по бокам от основного клинка выступали острые зубцы, а Маркус вытащил короткие мечи. Вместе они умело отражали удары противников, вооруженных складными ножами, мачете и тоже короткими мечами. Одновременно сражаясь с тремя-четырьмя, Маркус и Роланд заставили врагов отступить и не давали приблизиться к Саре. Прямо Нео с друзьями из фильма «Матрица», только у этих ребят смертельно опасные клинки. И перемещались они так стремительно, что и не рассмотреть.

«Это невозможно», – шептало Саре испуганное сознание.

Никто не двигается настолько быстро, даже олимпийские атлеты-рекордсмены!

И из них всех самыми быстрыми были Роланд и Маркус.

Свет с крыльца отразился от алых капель в пролившейся дугой струе крови, когда синеволосый гот отшатнулся со вспоротым горлом. Он даже не успел поднять руку, как Роланд вонзил один из своих клинков ему в грудь, повернул и парировал удар главного, коротким мечом целившегося уже в спину ему самому.

Глаза Роланда снова засветились. И не только у него: у Маркуса, у вожака, у викингов. У всех глаза полыхали зеленым, голубым или янтарным цветом.

У всех, кроме Сары.

И их зубы…

Синеволосый гот упал на колени, издавая тошнотворные звуки и булькая, его разинутый рот демонстрировал нечто, напоминающее клыки.

Сердце замерло на мгновение. Сара посмотрела на предводителя нападавших, чьи губы были приоткрыты в гримасе ярости, также показывая клыки.

Вот дерьмо.

У викингов клыки.

У рыжего паренька – клыки.

Эти парни не…

Они ведь не… вампиры?