Зарождение тьмы (ЛП) - Дюваль Дайан - Страница 20

Что он?..

Сара моргнула. Его ладонь опалила ее, а боль уменьшилась. Казалось, что Роланд приложил грелку к ране.

Задержав взор на неодобрительно хмурящемся Маркусе, Сара посмотрела на целителя.

Неужели он стал еще бледнее, чем минуту назад?

Уорбрук высвободил руку и дотронулся до пореза на лбу – результат удара о боковое окошко рядом с водительским креслом.

И снова Сара почувствовала странное тепло там, где он к ней прикасался.

Роланд опустил веки и стиснул зубы.

Боль ушла.

Сара собиралась поблагодарить его и спросить, что он сделал, но только удивленно вздохнула. На ее глазах на левой стороне лба Роланда рядом с корнями волос появилась ссадина. Она потемнела, расширилась, воспалилась. Открылся глубокий порез, а по щеке потекла кровь.

Чертыхаясь, Маркус потянулся и отвел руку приятеля от лица Сары.

Тот распахнул глаза и хриплым голосом спросил:

- Что произошло?

- Ты знаешь, что, - рявкнул Маркус, отпуская товарища.

Роланд пощупал свежую рану, изучил пальцы - мокрые от крови.

- Ох.

Он посмотрел на Сару, затем поспешно вытер ладонь об рубашку, будто надеялся скрыть все, что случилось.

Сара коснулась своего лба, чтобы подтвердить догадку.

Порез и воспаление пропали. Все исчезло.

Но у Роланда появилось.

Большая шишка на ее затылке тоже испарилась. Интересно, если она осмелится дотронуться до затылка целителя, обнаружит ли она там эту большую шишку?

- Тебе лучше? – спросил Уорбрук натянуто от сдерживаемой боли.

- Намного.

Голова и ребра уже не беспокоили. Что он сделал?

- Прошу, не бойся, Сара.

- Я и не боюсь, - машинально ответила она, удивив даже себя.

Это правда. Она больше не боялась.

- Извини, мне нужно выйти на минутку.

Поднявшись, Роланд зашатался и упал бы на стеклянный журнальный столик, если бы Маркус не перемахнул через диван в мгновение ока и не подхватил друга.

Сара села, чувствуя, как участилось сердцебиение.

- Роланд?

Стараясь не касаться сломанной руки, Маркус обхватил его за плечи и потащил в столовую.

- Я же просил сначала поесть, - яростно ворчал он.

Теперь до Сары, кажется, что-то дошло, пусть и не все.

Она встала и спросила:

- С ним все будет в порядке?

Маркус кивнул и дал ей знак остаться на месте.

- Да, просто… побудь здесь. Мы вернемся через минуту.

Он не хотел кормиться в ее присутствии.

- Я могу чем-то помочь? – робко поинтересовалась она.

- Не уходи, - прошептал Роланд, и друзья прошли через столовую, кажется, в кухню, скрывшись с глаз.

- Садись сюда, - донесся приказ Маркуса.

Послышался стук, когда он сначала открыл холодильник, а потом снова закрыл.

Сара рассматривала гостиную - уютную комнату, обставленную красивой, современной мебелью, но не загроможденную.

Вот и возможность ускользнуть. Роланд и Маркус ослаблены ранами. Ее бывшему пациенту стало еще хуже после того, как он ее исцелил, то есть принял все ее травмы на себя. Его товарищ занят, ухаживая за ним. Они, вероятно, не сразу сообразят, что она ушла.

Сара поднесла руку ко лбу, проводя пальцами по зажившей коже, которую скрывала подсохшая кровь.

«Не уходи».

Роланд не угрожал, а всего лишь просил, почти умолял.

Она посмотрела в сторону кухни.

Глубоко вздохнув, в надежде, что не пожалеет о своем решении, Сара села на диван - ждать.

Роланд был не в силах в это поверить: она осталась.

Он выпил несколько пакетов крови так быстро, как только мог, напрягая слух, чтобы услышать скрип половицы или хлопанье дверью, а то и звук разбивающегося стекла. Хоть что-то, указывающее на попытку тайком скрыться. Он лишь задержался, чтобы смыть кровь с лица, и прошел через столовую в гостиную, а там…

Она не ушла. Сара, устроившись на диване, изучала свои руки.

Сбитый с толку, но испытывающий облегчение, страж какое-то время смотрел на нее.

Почему она не паникует? Может, просто притворяется спокойной, чтобы завоевать его доверие и уйти, а затем вернуться с толпой людей и убить его?

Сара подняла взгляд и заметила Роланда.

– Как ты?

– Хорошо, спасибо.

– Ты и выглядишь намного лучше. – На ее лице промелькнуло беспокойство. – Это потому… потому что перекусил?

– Да. – Не имеет смысла отрицать, хоть Роланд и чувствовал себя не в своей тарелке из-за признания.

– О.

«О?» И это все?

– А ты не кричишь.

– А крик – обычная реакция на сообщение, что ты…хм…

– Другой? Да, обычная.

Маркус встал рядом с другом.

– Кроме воплей и проклятий, люди частенько писаются от ужаса, обделываются… – Сара поморщилась. – …читают молитвы…

Она вскинула брови.

– Читают молитвы?

– Ну, знаешь… Изыдьте, вы, э… – Маркус подтолкнул Роланда локтем. – Как там нас назвал тот священник?

Уорбрук закатил глаза.

– Который из них? Мы с ними частенько сталкивались.

– Лондонский.

– В каком веке?

– В восемнадцатом.

Мисс Бингем разинула рот.

– Тот, с волосами, как у Альберта Эйнштейна?

– Да.

– Отродья Сатаны.

– Точно. – И, погрозив кулаком в сторону Сары, Маркус драматично заговорил дребезжащим, как у старика, голосом: – Изыдьте, отродья Сатаны. Возвращайтесь в адские недра, где вам самое место! – Опустив кулак, он продолжил обычным голосом: – Затем он выпалил целые отрывки из Библии нам вслед. И это после того, как мы спасли его шкуру от жуткого вампира, которого священник считал простым прихожанином. – Грейден пожал плечами. – Но обычно и мужчины, и женщины кричат.

Сара была поражена.

– Да-а…

Маркус хлопнул в ладоши.

– Ну, твоя подопечная в сознании и спокойна. – Он повернулся к хозяину дома. – И ты, похоже, уже не на пороге смерти. Я не прочь принять душ. Так что, если вы не возражаете, я помоюсь и лягу, чтобы нога зажила поскорее.

Роланд кивнул, радуясь, что побудет с Сарой наедине, пусть и понятия не имел, что сказать.

– Воспользуйся комнатой для гостей. По коридору, вторая дверь справа. Там есть своя ванная.

– У тебя есть комната для гостей?

– Сет иногда заглядывает. – Грейден нахмурился. – Что? Я же его не зову. Он просто делает это назло, потому что знает: мне не нравятся чужие люди в моем доме. – Маркус красноречиво посмотрел на Сару. – Я говорил не о тебе, – поспешно заверил ее Уорбрук. – Я бы тебя не пригласил, если бы был против твоего присутствия.

– А мое приглашение потерялось на почте? – съязвил его друг.

Недоверие Роланда всегда его раздражало.

– Но ты же здесь.

– Да, потому что тебя нужно было подвезти.

Роланд на мгновение задумался, не слишком ли напугает Сару, если на ее глазах задушит Маркуса.

– Разве ты не хотел принять душ? – Он толкнул приятеля в нужном направлении.

– Хорошо, иду уже.

– Сначала позвони Лизетт и введи ее в курсе дела. Вампиры хотели убить меня, но также не прочь поймать какого-нибудь бессмертного, раз вожак приказал им взять тебя живым.

Маркус по-волчьи ухмыльнулся.

– И то, что они не пытались нанести мне смертельный удар, облегчило мою задачу.

– Везунчик.

Посмеиваясь, Грейден двинулся по коридору, открыл дверь в гостевую комнату и перед тем, как закрыть ее за собой, воскликнул: – Эй, а здесь уютно.

Роланд снова повернулся к Саре и увидел, что она серьезно смотрит на него. Тщетно он пытался придумать, что сказать, чтобы ее успокоить и… что? Чтобы понравиться ей?

– Я все еще не кричу, – тихо произнесла гостья.

Роланд почувствовал, как губы растянулись в улыбке.

– Я заметил.

Сара взглянула на свои руки, лежащие на коленях ладонями вверх.

– Может, я и вскрикну, когда ты станешь вытаскивать стекло из порезов. У тебя случайно не найдется пинцета?

Уорбрук зашел на кухню и добыл пинцет из аптечки. Захватив миску с водой и чистое полотенце, он вернулся к Саре в гостиную.

Стеклянный стол на крепкой деревянной раме и надежных стойках легко выдерживал вес бессмертного. Роланд расположился перед своей гостьей и, раздвинув для удобства колени, вытянул длинные ноги по обе стороны от ее ног. Пристроил рядом миску с водой и полотенце, наклонился вперед, уперся локтями в колени и, вооружившись пинцетом, протянул руку к Саре.