Зарождение тьмы (ЛП) - Дюваль Дайан - Страница 27

– Что случилось?

К удивлению стража Сара взяла его ладонь, которая только что ласкала ее руку, и уставилась на темно-розовые шрамы. Их было два: там, где колышек вошел в ладонь, и там, где вышел.

Она осторожно провела пальцами свободной руки по коже, и чувственное покалывание пробежало по руке Роланда. Казалось, ему недоставало прикосновений Сары, какими бы легкими и невинными они не были.

– Ты так быстро исцеляешься, просто невероятно.

– Все бессмертные обретают эту способность после превращения. Но я обладал таким даром еще когда был человеком. Я с ним родился.

Краем глаза Роланд увидел, как Маркус открыл дверцу холодильника, вытащил пакет с кровью из отделения для мяса и снова закрыл. Пластик немного затрещал, когда он поднес упаковку к губам и вонзил клыки.

Уорбрук хмуро посмотрел на друга, не желая, чтобы он кормился на виду у Сары – с вампиризмом легче смириться, если не сталкиваешься с его неприятными особенностями на каждом шагу.

Маркус пожал плечами.

Сара крепче стиснула руку Роланда. Ее глаза распахнулись, показывая, что она догадалась, чем занимается Маркус, но она не обернулась, чтобы взглянуть.

– Он пьет кровь? – прошептала гостья.

– Да.

– Из пакета?

– Да. – Выражение ее лица не выдавало мыслей. – Что скажешь?

Маркус тоже с любопытством уставился на Сару, ожидая ответа.

– Не знаю. А кровь на вкус такая неприятная, как я думаю?

Роланд едва сдержал улыбку.

– Помнишь, что я говорил тебе о запахе крови?

Сара кивнула.

– Ее запах делает с тобой то же, что со мной аромат плитки шоколада.

– Бессмертным и вампирам нравится вкус крови.

– Гм.

Маркус выбросил пустой пакет в мусорку. Он наполнил тарелку, унес ее, приборы и стакан в столовую и сел напротив Сары.

– Ты же не считаешь, что мы прокляты только потому, что пьем кровь? – саркастично спросил он.

Всю жизнь их сопровождали обвиняющий шепот и выкрики от людей.

Сара мгновение размышляла.

– В Библии встречается множество заповедей о еде. Одна из них – не употреблять в пищу кровь. Так что если вы двое прокляты за то, что пьете ее, тогда те, кто едят крольчатину, свинину, мясо с кровью, моллюсков, роевые насекомые, и хищные птицы, и падальщики тоже прокляты. И это только то, что сразу пришло на ум.

Какой у нее удивительно логичный и прагматичный подход.

Маркус поднял брови.

– А ты ешь такое?

Сара поморщилась.

– Нет, по-моему, это вовсе не здоровая пища, поэтому ее, наверное, и запрещали? Свиньи едят собственное дерьмо и являются носителями болезней и паразитов. Кролики тоже нечистоплотны, так что… фу. Моллюски, словно пылесосы океанских глубин, набирают высокий уровень токсинов. Нет, спасибо. Птицы-падальщики питаются животными, сбитыми на дороге. И я вообще не понимаю, что приятного в муравьях и тараканах, покрытых шоколадом.

Роланд рассмеялся.

– Как и я. А как же мясо с кровью?

– Нет. Я не ем ни красное мясо, ни бифштексы с кровью. Я покупаю органическую птицу, которую затем либо варю, либо запекаю до тех пор, пока мясо не становится таким нежным, что отделяется от кости. Думаю, что вся кровь, которая там остается, испаряется при варке.

– Ну, технически мы не пьем кровь, – пояснил Роланд. – Наша цель – влить ее в наш кровоток, а не в пищевод. Так что наши клыки скорее как иглы капельницы – втягивают кровь и переносят ее прямо в наши вены.

Сара поджала губы.

– Но вы все равно глотаете немного.

Маркус кивнул.

– Всегда остается пара капель.

– И вам нравится ее вкус?

– Да, – ответили оба в унисон.

Мисс Бингем снова сморщила носик.

– Странно.

Мужчины рассмеялись.

Маркус опять принялся за еду, а Роланд задумался, когда же Сара сообразит, что так и не отпустила его руку. Он надеялся, что еще не скоро.

– А что сказала Лизетт по телефону?

– Что, похоже, все вампиры сбежали из Райли. Она не заметила ни одного за последние две ночи.

– Это потому, что они слишком заняты охотой за мной. Или за нами, – предположил Роланд.

Маркус кивнул, прожевал и проглотил.

– Еще сказала, что с радостью присоединится к веселью, если нам понадобится.

Роланд задумался. Если число нападений будет увеличиваться, им понадобится подмога. Однако убийство не было единственным мотивом вампиров. Они хотели заполучить живого бессмертного, без сомнения – для отвратительных целей. И он никогда себе не простит, если поймают стражницу-француженку.

– Давай пока подождем, хорошо? Я не хочу, чтобы она попала в лапы вампирам.

– Согласен.

Мужчины обсуждали другую женщину с нежностью и заботой. Сару охватило беспокойное чувство, похожее на ревность.

- Кто такая Лизетт?

- Бессмертная стражница, живущая в Райли, - пояснил Роланд.

- Ты ее хорошо знаешь?

Боже, только не увиливай от ответа.

- Нет, за сотни лет мы встречались всего несколько раз.

Маркус улыбнулся.

- Он необщительный.

Не обращая внимания на сердитый взгляд Роланда, страж поддел еще кусочек и понес его ко рту, но на полпути остановился и озадаченно спросил приятеля:

- У тебя есть собака?

Тот устало вздохнул.

- Нет.

Опустив вилку, Маркус выглянул в кухню. Сара повернулась следом, но ничего не заметила. Что-то происходит за той дверью на другом конце комнаты?

- Что это, черт побери, такое? – продолжил Маркус. – Напоминает вой волка или койота.

Сара не сознавала, что держит хозяина дома за руку, пока тот осторожно не высвободился и, отставив стул, поднялся.

- Это Ницше, мой кот. Он воет, как собака, когда собирается с кем-то подраться.

Маркус нахмурился:

- Ницше? Разве у тебя не была кота с таким же именем лет сорок назад?

Роланд пожал плечами.

- Мне оно нравится. – Легонько коснулся плеча Сары. – Я мигом.

Ее сердце екнуло.

- Хорошо.

Завораживающе улыбаясь, страж прошел через кухню. За дверью оказалось помещение размером с Сарину спальню, напоминавшее прихожую или прачечную с двумя выходами. Роланд, не включая свет, пересек комнату, вышел за дверь, которая, похоже, вела в гараж, и выскочил на улицу через черный ход, закрыв его за собой.

В его отсутствие наступила тишина. Сара повернулась и заметила, что Маркус задумчиво смотрит на нее. Она робко ему улыбнулась.

Бессмертный как будто только этого и ждал, он опустил приборы, наклонился и положил руки на стол.

- Сара, я хотел бы воспользоваться представившейся возможностью и поговорить.

- Гм, ладно.

- Пока Роланд клянет своего кота и пытается удержать его от схватки с толстым енотом, он не услышит нашу беседу.

- Ты ведь не собираешься пригласить меня на свидание?

Страж улыбнулся.

- Нет, тебя интересует только Роланд, как и ты – его. Только слепой не увидит влечение между вами.

- Мы знакомы всего лишь день, - слабо запротестовала Сара. Маркус прав… по крайней мере, по поводу ее чувств. Роланд действительно заставлял ее сердечко биться быстрее, и с каждой минутой общения с ним нравился ей все больше.

Грейден пожал плечами.

- Такое иногда происходит. И так как это касается вас обоих, я подумал, что тебе не помешает кое-что узнать.

- Хорошо.

Сара понятия не имела, что еще сказать.

- Во-первых, Роланд не привык доверять.

Сара улыбнулась.

- Это я уже поняла.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться: Роланд не доверяет никому.

- Тот факт, что он привез тебя в свой дом, говорит о многом.

- Вообще-то нет. Я не предоставила ему иного выбора.

- Поверь мне, у него был выбор. Он мог с легкостью подсунуть тебя мне или Лизетт, или отправить в одно из убежищ под управлением наших смертных соратников, если бы не хотел тебя тут видеть.

Хм. Это наводило на некоторые мысли.

- Я подшучиваю над Роландом из-за его постоянного недоверия, но, если по правде, эту привычку он приобрел при трагических обстоятельствах, - серьезно продолжал Маркус. – Не буду вдаваться в подробности. Достаточно того, что он был обманут целых три раза теми близкими людьми, кого он любил и верил больше остальных. И каждое предательство едва не стоило ему жизни.