Хроники крови. Пенталогия (ЛП) - Хафф Таня - Страница 357

– Майк? Ты слышишь меня?

Ответа не было. Женщина бегло осмотрела друга. На первый взгляд, ничего серьезного.

– Майк, давай же! Приходи в себя!

Пульс был ровным. Вики нежно провела рукой по его разбитому лицу, по взъерошенной копне волос.

Генри все это время стоял на пороге. Найти в себе сил подойти ближе он не мог. Вики совсем про него забыла, и только сейчас вампир понял, насколько сильно это его ранит. За всеми их выяснениями отношений, взаимными нападками, борьбой за передел территории он успел забыть, как сильно любил ее когда-то. Да и теперь любит. Несмотря ни на что. В этот момент Генри Фицрой ненавидел своею соперника сильнее, чем когда-либо.

Однако это яростное ощущение оказалось мимолетным.

Имеет ли смысл ревновать к смертному? Разве может он тягаться с подобными им существами? Их любовь с Вики была скреплена кровью и возродилась в крови…

Вампир не смог сдержать торжествующей улыбки. Все многовековые традиции рассыпались в прах. Эта страсть, охватившая их по окончании ужасной резни, кровью омытое перемирие и то, что можно было бы, хоть и с определенными оговорками, назвать, несмотря на все их многочисленные разногласия, дружбой – все это значило чрезвычайно много.

Он не мог ненавидеть Селуччи теперь, когда ему, Генри, почти что удалось вернуть любимую женщину, получить от нее столь много, что это просто не укладывалось у него в голове.

– Я чувствую запах седативных средств. Постарайся разбудить его.

Вики ринулась к двери, пытаясь собственным телом заслонить дорогого ей человека. Потребовалась пара секунд, чтобы она поняла, что к ней обращается Фицрой, и еще какое-то время, чтобы вспомнить, что он ей не враг.

– А откуда ты это, собственно, знаешь?

– Приходилось иметь с ними дело.

– Честно говоря, знать, где ты набрался подобного опыта, – пробормотала, склонившись над Селуччи, Вики, – мне не слишком бы и хотелось.

Аккуратно сняв с правой ноги Майка носок, она сильно надавила на точку между большим и соседними с ним пальцами.

Нога дернулась.

– Что ты делаешь?

– Акупунктуру. Я разрабатываю точку на стопе, которая при воздействии на нее помогает выйти из состояния наркотического опьянения.

– Каким образом это происходит?

– Понятия не имею, – огрызнулась Вики. – Мне этот способ показал один пожилой кореец. Мы его обычно использовали, чтобы привести в чувство задержанных в состоянии наркотического опьянения. Если этот прием не помогает, значит, человек уже мертв. Ну давай же, Майк! Приходи в себя!

Через несколько секунд детектив застонал и уже самостоятельно дернул ногой. Когда ему удалось наконец открыть глаза, Вики обняла его за шею. Окинув подругу затуманенным взором, он моргнул, и его веки снова стали медленно опускаться.

– Майкл Селуччи! Не смей закрывать глаза, когда я с тобой разговариваю!

– Господи, Вики… ты говоришь… совсем как… моя… бабушка!

– Вот, значит, как!

Прижавшись к его разбитым губам, она нежно слизнула с уголка его рта капельку крови.

– Я… не хотел… тебя обидеть. – Селуччи с трудом сфокусировал взгляд. – Где это я? Эй, ты что делаешь?

– Хотела удостовериться, что у тебя нет переломов, до того как мы двинемся отсюда.

– Разумно. – Майк нахмурился. – В каком смысле “мы”? – Он медленно поднял глаза и заметил по-прежнему стоящего в дверях Генри. – Что это… перемирие?

Взгляды мужчин на секунду скрестились, затем Генри мягко произнес:

– Пропали не только вы, но еще и фургон. Пришлось ехать на моей машине.

– Вы могли просто… одолжить Вики свой “БМВ”.

– Ну уж нет. Помнится в прошлый раз, когда она воспользовалась моей машиной, ее тут же сбил грузовик.

– Да… Но в тот раз за рулем сидела не она.

– Хватит выяснять отношения! Между нами в самом деле перемирие. Ясно? – Вики нежно повернуло голову Селуччи так, чтобы он мог снова посмотреть на нее. – И так как ясно, словно божий день, что эти милые люди, вырезающие чужие почки, очень скоро сюда заявятся, нам следует поспешить. Как ты себя чувствуешь? Мы можем тебя отсюда забрать?

– Нет.

– Что “нет”?

– Вам нельзя забирать меня отсюда.

– Почему? Что они с тобой сделали? – Голос женщины задрожал от гнева.

– Ничего особенного, только похитили. По-прежнему ощущая страшную слабость, Майк попытался сесть, но потерпел неудачу. У детектива даже не было сил протестовать, когда Вики без малейших усилий приподняла его одной рукой, поправила поудобнее подушки и бережно помогла лечь обратно.

– Вы должны оставить меня здесь…

Селуччи пытался найти слова, которые могли бы убедить подругу сделать так, как он говорит. Убедить Вики никогда не было простым делом!

– Если вы увезете меня отсюда, нам не удастся выяснить, что происходит в клинике.

– Послушай, мы прекрасно знаем, что здесь происходит!

– Ерунда! Мы не знаем ничего, кроме того, что кто-то сильно занервничал, заметив за собой хвост, который мог оказаться полицейским, вот и все.

Детектив коротко рассказал о том, что с ним произошло. Вики слушала его не перебивая, не удержавшись от разочарованного возгласа лишь раз, когда поняла, что он не имеет ни малейшего представления о местонахождении их фургона.

– Мы начнем беспокоиться о фургоне чуть позже, когда у нас будет больше времени, – попытался убедить ее Селуччи.

Вики бросила на приятеля сердитый взгляд.

– У нас было бы значительно больше времени, если бы у тебя была голова на плечах!

– Будем считать, что я работаю под прикрытием.

– Твоя безумная затея мне скорее напоминает балансирование над пропастью без страховки, – криво улыбнулась женщина.

– Вики, постарайся понять. Может быть, эти люди вовсе не те, кто нам нужен. Вполне возможно, что торгуют они наркотиками, а вовсе не трансплантатами. Что тогда? У нас нет никаких улик, только похищение и незаконное удержание. Этого недостаточно.

– И угнанный автомобиль. – Слегка дотронувшись до синяков на его щеке, она добавила: – И еще избиение.

– Удастся квалифицировать как самозащиту. Я его тоже неплохо отделал.

– Майк, мы на правильном пути. И ты прекрасно это понимаешь. И ты, и мы не случайно оказались в одном и том же месте. Уж слишком часто упоминается в последнее время имя Рональда Суонсона. Это никак не может быть совпадением. Сначала выясняется, что этот благодетель человечества является основателем клиники для больных с последней стадией почечной недостаточности, затем мы находим здесь тебя, причем привязанного к кровати и избитого. На мой взгляд, вполне достаточно.

Ее глаза опасно засеребрились. Селуччи успокаивающе погладил подругу по руке.

– Сейчас не время для действий. Надо сделать паузу и хорошенько все обдумать. Предположим, ты проникнешь в дом Суонсона и выбьешь из него чистосердечное признание. И что? Это ничего не даст. У нас нет улик, которые можно было бы представить в суде. Одни подозрения! Нужно провести серьезное расследование, только так мы сможем окончательно покончить с этим делом.

– А я чем, по-твоему, занимаюсь? Просто бесцельно болтаюсь где-то по ночам?

“Одиннадцать трупов на складе в Ричмонде. Если бы она болталась без каких-либо целей, все могло бы быть не так уж и плохо”.

– Чаще всего да. Если ты будешь действовать в этом направлении, мы потеряем даже ту возможность, которой пока обладаем.

– А если я добуду признание Суонсона, у нас как: раз и окажется достаточно возможностей, чтобы с ним справиться.

– Нет.

Вики поняла, что спорить дальше нет смысла. Серебряные искорки в ее глазах угасли.

– Что значит “нет”?

– Если Суонсон умрет – то есть я хочу сказать, если ты его убьешь, я больше не смогу игнорировать твои действия.

Вики медленно высвободила свою руку и дотронулась до того места, где только что была его ладонь. Не сможет игнорировать. Именно так говорят, когда собираются… попрощаться.

– Майк…

– Да я уже почти сорок лет Майк. Ты должна наконец понять, Вики! – Селуччи обнял ее за плечи и слегка потряс: ему очень хотелось, чтобы подруга наконец его услышала. – Всему есть предел.