Океан Надежд. Весна перемен (СИ) - Бер Игорь М. - Страница 106

   - Все мы грезим о Нем - кто-то больше, кто-то меньше.

   Кевин и Линин резко обернулись, увидев перед собой высокого улыбчивого старика в белой одежде.

   - На этой картине, - произнес Кевин, чувствуя покалывания в горле. - На ней изображен Океан Надежд, ведь так?

   - Он самый, - кивнул маг, после чего взглянул на картину так, словно видел ее впервые.

   - Но, откуда вам известно как Он выглядит?

   - Я не знаю, как именно Он выглядит, Кевин. Просто я Его себе таким представляю: Огромным, Безмолвным и Прекрасным.

   - Это ваша работа? - поинтересовалась Линин.

   Кевину тут же вспомнились слова сына Эрстана - Мэджика Шайна: "Это я их создал, при этом без никакой магии". Но, владыка Фаржэ оказался не столь банален:

   - Нет, я просто поделился своими образами и представлениями и силой мысли послал их в воображения великих мастеров из губернии Эвиан. Они и перенесли мои мысли на холст. Конечно же, я мог создать картину исключительно с помощью магии, но тогда ни в одной картине не было души, которую могут передать только руки великих художников-мастеров. А теперь, давайте пройдем в зал, что расположен в конце коридора. Там мы продолжим нашу беседу.***

   Есть Кевину совсем не хотелось, но он все же отведал от блюд, предоставленных столь любезно хозяином дворца. Линин, так же, как и он, проявила сдержанность в еде, хотя так же попробовала кое-что со стола, исключительно для того, чтобы не обидеть волшебника. Еда оказалось на вкус очень оригинальной и не похожей на все то, что им приводилось пробовать ранее. В остальном, весь вечер прошел в беседах. Чтобы не показаться настырным и неблагодарным, Кевин не стал затрагивать речь о призовом даре, решив подойти к сути их прихода постепенно и осторожно.

   - Как вам у нас в Фаржэ? - поинтересовался Эрстан.

   - Просто великолепно! - искренне ответила Линин. - Таких прекрасных мест, мне еще не приводилось видеть ранее...разве что в саду Мэджика Шайна.

   - Вы бывали у моего сына в гостях? - на лице Эрстана проявился неподдельный интерес, а с лица его и пропала улыбка.

   - Да, - кивнула Линин. - И, пожалуй, сад - лучшее воспоминание о нашей с ним встрече.

   После такого ответа Линин, Кевин ожидал от мага ответной реакции в виде гнева или обиды, или же просто желание услышать всю историю целиком, но вместо всего этого, маг Фаржэ только весело рассмеялся и сообщил им, что прекрасно их понимает.

   - Мы с сыном давно уже не в ладах. С ним трудно найти общий язык, так как он никогда не идет на компромисс. Возможно, он вам поведал даже причины нашего отдаления друг от друга.

   - Да, - кивнул Кевин и, словно извиняясь, добавил: - Он сказал, что вы были слишком заняты своими делами и мало интересовались его жизнью.

   - Что же, - вздохнул маг, - Вполне возможно, что он и прав. К десяти годам, когда у него начало проявляться магическое начало, я взял полностью его под свою опеку, пытаясь вырастить из него в первую очередь сильного мага. Возможно, мне стоило больше замечать в нем сына, а не приемника. К двадцати годам ему надоело чувствовать себя просто "сыном владыки Фаржэ", и он решился доказать всем и, в первую очередь мне, что его сила ничем не уступает моей.

   На миг Эрстан замолчал, и Кевин уже решил, что знает продолжение рассказа. Скорее всего, Мэджик Шайн попытался занять место отца, прибегнув к заговору своих сторонников, но его подлый план был вычислен и подавлен, а его самого изгнали на Пустынное Плато.

   Но, как оказалось, правда была гораздо гуманнее.

   - Мой сын захотел произвести впечатление на жителей Фаржэ и одарить их магическими дарами. Но из-за малого опыта и силы, вышло так, что дары оказались с побочными эффектами.

   - Например? - поинтересовалась Линин, слушая мага с нескрываемым интересом.

   - Люди, которые приобрели способность дышать под водой, постепенно начали терять способность дышать простым воздухом. Люди, владеющие магией огня, теряли над ним контроль, что приводило к локальным пожарам. Те, кто могли становиться невидимыми, теряли способность возвращения видимости. - Маг грустно усмехнулся, смотря в сторону, туда - где проецировались его воспоминания. - Те, кто еще недавно благодарили моего сына за доброту и бескорыстие, кляли его и ругали, требуя забрать свои дары назад, и сделать все как было раньше.

   - Вполне понятное желание, - заметила Линин.

   - Да, конечно. Но Артур, как оказалось, не был в силах что-либо исправить, по одной простой причине - незнания. Я так же был бессилен, так как наложенные чары были не моими, и мне пришлось долго успокаивать жителей Фаржэ, обещая все исправить.

   - И как вам это удалось? - поинтересовался Кевин.

   - Я продолжил обучение сына, делая уклон на магию исправления и возврата. Спустя год интенсивной учебы, Артур смог снять заклятие, забрав назад дары и исправив их побочные эффекты. Как только это произошло, Артур решил покинуть Фаржэ навсегда, и я не стал его отговаривать от принятого решения, понимая, что это будет просто невозможно сделать, не прибегая к магии. А останавливать его силой, я не хотел. С тех пор мы больше не виделись.

   - Позвольте уточнить: именно из-за поступка Мэджика Шайна в Фаржэ появилась традиция на каждой ярмарке одаривать победителей призовыми дарами? - поинтересовался Кевин, понимая, что его предположение верно.

   - Так оно и есть. Вначале жители Фаржэ отнеслись к моему предложению с настороженностью, но после чего несколько смельчаков получили свои ценные дары, которые не имели за собой никаких нежелательных последствий, все жители поддержали эту идею. Таким образом, каждая ярмарка напоминает мне о сыне. - Маг замолчал, медленно поглаживая свою белоснежную длинную бороду. - Я не единожды пытался наладить отношения с сыном, но он всегда избегал наших с ним встреч. Я думаю, что он меня даже ненавидит, считая, что я навсегда останусь сильнейшим магом в Молодом Мире, а ему, со временем, будет уготовлено лишь забвение. - На глазах мага начали наворачиваться слезы, от чего в груди Кевина защемило от жалости к старику. Но, волшебник быстро вытер их рукавом своего белого халата, после чего вновь улыбнулся, как ни в чем не бывало. - Думаю, я рассказал о себе достаточно много, а теперь мне бы хотелось услышать вашу историю. Уверен, она гораздо интереснее моей.***

   Кевин начал свой рассказ с того момента, когда он по возвращению с рынка, нашел на дороге раненого Марка Уотера, мимолетно упомянув, что потерял жену и дочь, при этом, упустив подробности произошедшего с ними - он видел грусть в глазах волшебника, и не хотел чтобы эта грусть, под конец, перешла в жалость. Он упомянул о том, как попал в темницу, по непонятной для него самого причине, и о том, как придумал историю про неуплату налогов, которую рассказал Тифу и Линин.

   По мере продвижения истории, лицо мага начало меняться, вначале проступило непонимание, затем недоумение, а когда Кевин дошел до истории своей встречи с ведьмой живущей на болоте, волшебник остановил его, приподняв руку вверх:

   - Что-то не так? - спросил Кевин.

   - Погоди, по твоему рассказу, я смог понять, что ты не из одного объединения Молодого Мира, возможно даже, что и не из Ближних Миров.

   - Разве вам это не было известно изначально, как магу?

   - Нет! Откуда я это мог знать?!

   - Но ведь Мэджик Шайн изначально знал кто я!

   - Разве?

   - Да!

   - Этого не может быть! Наша магия сильна, но она не распространяется за пределы Молодого Мира. Он не мог заранее знать, что ты Пришелец, если только...

   - Если только что? - торопливо переспросил его Кевин, желая поскорее услышать ответ волшебника.

   - Если только ему заранее кто-то об этом не рассказал.

   "Один из твоих спутников предатель", вспомнил он слова Зиамского волшебника, и по его спине пробежался холодок. О ком он мог говорить? О Марке? О Тифе? О Линин? Кто мог поведать Артуру Клэнси всю правду о нем, и с какой целью?