Океан Надежд. Весна перемен (СИ) - Бер Игорь М. - Страница 57

   - Как-то раз я побывал во второй раз в губернии Лиамин объединение Зиам. И одна распутная девица, знакомая мне еще по первому посещению тех мест, пристала ко мне с требованием оплатить ее расходы и труды за те два года, которые она растила в одиночестве нашего совместного отпрыска. Я не стал отпираться, но прежде чем заплатить ей, я пожелал увидеть дитя. Девица решила пойти на хитрость и отказать в моей просьбе, но когда я пригрозил неуплатой, она все же привела меня в свой дом. С ней жили пять малышей, из которых самый младший был грудного возраста. Ни одного двухлетнего я не увидел, но она подвела ко мне пятилетнего мальчугана и заявила, что это и есть мой сын. Мальчуган даже принялся звать меня "папой", что она выдавала за доказательства нашего с ним родства. Да только он ни капельки не был похож на меня: черноволосый, с большими ушами и носом, он скорее походил на маленького гоблина, чем на меня.

   Кевин не смог удержаться от нового порыва смеха, а Марк продолжил:

   - К тому же, я был уверен, что я видел уже этого мальчугана три года назад, пусть он и подрос с тех пор и немного изменился. Под конец, я все же сжалился над ней и дал ей две серебряные монеты. Спустя два дня я покинул Лиамин. Эти два дня я прожил в ее доме. Так что, если ноги меня вновь приведут в ту губернию, девица, наверняка, потребует еще денег в качестве алиментов. Без сомнений, в других губерниях, где мне удалось побывать, живут мои настоящие дети, но я он них ничего не слышал. Но, в губернии Шавиат, что в Атуне, живет сын моей сестры, которой нет уже в живых. Изредка я его навещаю. Вот и сейчас еду к нему. Пусть мой племянник и не Уотер, но он единственный кого я знаю из тех, с кем я связан кровными узами.

   Фаундэр сошел с тропы и принялся щипать траву. Кевин не стал его торопить, да и Марк выразил желание спуститься вслед за Кевином на землю.

   - Дальше я пойду пешком, - сказал он. - Думаю, я смогу пройти несколько тысяч шагов.

   Какое-то время помолчав, они смотрели на холмы и луга и вслушивались в дуновение легкого ветерка, что разносил по свету запахи ранних весенних цветов.

   - Знаешь, - нарушил тишину Кевин.- О Летописце я узнал от ведьмы, живущей на болоте. По пути к ней я повстречал женщину в белом. Внешне она походила на утопленницу.

   - Бэнши, - уверено произнес Марк, любуясь просторами.

   - Они опасны?

   - Бэнши - не опасны. Они только издают крики и плач, не слишком приятные для человеческого слуха. Она плакала, когда ты ее повстречал?

   - Нет.

   - Тогда, не стоит беспокоиться на этот счет. На людей они не охотятся. Они даже стараются не подходить к нам близко.

   - Но бэнши, которую я видел, следила за мной, - хмуро заявил Кевин.

   Марк перевел взгляд с горизонта на Нолана и его губы растянулись в улыбке:

   - Наверное, ты ей понравился.***

   Въехали они в губернию за полдень. Песверс не особо отличался от Андора. Не было только огромных шатров, да и дворец губернатора не казался огромной пригоршней дорогих камней. Люди так же были не очень приветливыми с чужаками, а кареты разъезжали по улице в разные стороны.

   Прежде чем он покинул дом ведьмы, Диздэйн на короткое время выходила на улицу, оставив его одного, если не считать оставшегося с ним крупного черного кота. Кевин не собирался покидать места до прихода ведьмы, но хрустальный шар, который до этого стоял на столе и ничем не привлекал к себе его внимания, засиял розовым светом. Он сиял все ярче, пока не стал молочно-белого цвета. Кевин повернулся в сторону двери, ожидая, что Диздэйн сейчас войдет, но этого не произошло. А в это время, шар стал прозрачным и в нем появились образы.

   Кевин встал со стула и подошел к столу.

   Шар показал ему улицу некой губернии, а изображение все увеличивалась, выводя на первый план строение. В свойствах шара не было способности передавать и звуки, но ему стало очень легко их представить, стоило изображению пройти сквозь двери и оказаться в таверне, забитой почти полностью людьми, которые веселились и смеялись, при этом тратя деньги в большей степени на алкогольные напитки. Картинка остановилась у одного из столов, за которым сидел человек, которого Кевин легко узнал. Это был Тиф. Он пил и играл в карты и, судя по серебряным монетам, что лежали рядом с ним на столе, он был хорошим игроком.

   Линин ему не удалось увидеть в таверне, так как за дверью послышались шаги, и Кевин поспешил занять свое место. Но его стул уже был занят котом, который с явным неодобрением глядел на него своими зелеными глазами. Кевин, без церемоний, сбросил его со стула и занял вновь освободившееся место. Шар погас. Кот недовольно прошипел и, нервно дергая хвостом, поспешил к двери, пристально глядя вверх. Похоже, котяра был полон решимости поябедничать хозяйке на гостя-грубияна.

   Ведьму встретили протяжным мяуканьем и трением о черную накидку. Она молча постояла в дверях, словно вспомнив, что забыла что-то сделать важное, после чего закрыла дверь и подошла к столу. Она дала ему факел и проводила на улицу.

   Теперь, Кевин искал знакомую по образу из шара таверну, надеясь, что ему удастся найти ее именно в этой губернии.

   - Ты бывал здесь раньше? - спросил Кевин Марка. Они оба шли пешком, и Нолан тянул Фаундэра за узду. Мимо них проехал солдат в синем мундире, презрительно оглядев их с высоты всадника.

   - В Эриском объединение я бывал и раньше, но в Песверсе, так же, как и в Андоре, я впервые. По мне, здесь не так уж и плохо.

   Им навстречу прошли две молодые женщины в длинных коричневых платьях, белых передниках и чепцах. В руках они держали плетеные корзины с овощами. Марк улыбнулся им и кивнул головой. И девушки ответили ему тем же, после чего весело засмеялись.

   - Здесь мне определенно нравится. - Марк проводил их взглядом, пока они не сравнялись с каким- то мужчиной, который взял их корзины и поцеловал одну из них в губы. - Жизнь прекрасна, когда тебя кто-то любит, - возвышено произнес Уотер, глядя на синеву неба.

   Он взглянул на Кевина, поняв, что его неосторожные слова, могла привести его спутника к грустным воспоминаниям. Кевин молча смотрел по сторонам, продолжая выискивать нужную ему таверну и, казалось, он даже не слышал слов Марка.

   - В этой губернии можно найти много, что могло бы нам пригодиться в пути, да вот жалко, что ни у меня, ни у тебя, почти нет денег. - Сказав это, Марк резко остановился. Перед ним, в прорезе между камнями, которыми была вымощена дорога, лежала монета, и Марк поспешил ее поднять. - Теперь, у нас есть на кусок хлеба.

   Марк подбросил монету на ладони, после чего ловким движением пальцев, заставил ее исчезнуть.

   - Ты сможешь заработать немного денег, показывая людям фокусы, - заметил Кевин, после чего резко остановился. Слева от них находилась именно та таверна, образ которой он видел в шаре.

   - О каких фокусах ты говоришь, друг? - Марку, чтобы не отстать от неожиданно сделанного Кевином поворота, пришлось прибавить шагу. - Я тебе показал истинное волшебство. Меня ему научил настоящий волшебник.

   - А разве магия в Молодом Мире не считается вне закона? - Кевин подвел Фаундэра к стойлу и привязал его крепче к деревянной перекладине.

   - Только если это черная магия, направленная во вред людям. А кому будет хуже от исчезновения монетки?

   - Ее хозяину, я думаю.

   Они вошли в таверну вместе. В это время суток она была почти пустой. У стойки стоял бармен - здоровый мужчина лет сорока, с маленькой бородкой и длинными усами. На его гладко выбритом черепе виднелись множество шрамов разной толщины и форм. Рукава его рубахи были закатаны по локоть, а она сама была вся в пятнах разных цветов.

   У стойки сидел всего один человек и грустно смотрел на свой пустой стакан. На пролете между первым и вторым этажом стояла толстая женщина и подметала пыльную лестницу.

   Кевин подошел к бармену, чувствуя тяжесть его взгляда на себе.