Океан Надежд. Весна перемен (СИ) - Бер Игорь М. - Страница 98

   - Мы только первый день в Диллеме, - пояснил Марк, откусив от протянутого ему яблока большой кусок.

   Мужчина понимающе кивнул, после чего принялся за фрукты.

   Когда их легкий ужин был завершен, мужчина встал на ноги и все последовали его примеру.

   - Благодарю вас за помощь, добрые люди и, как я и обещал, я готов предоставить вам ночлег на тот период времени, который вам потребуется.

   - А он далеко от этих мест? - поинтересовался Кевин.

   - Довольно далеко, - кивнул в ответ мужчина.

   - И, конечно же, мы до него дойдем пешком, несмотря на то, что у нас есть кони.

   - Извините, но таковы у нас правила - кони в качестве быстрого средства передвижения используют только люди, которые предпочитают замечать течение времени, а в объединение Фаржэ ему не отдают никакого значения. Как бы ты не торопился - время все равно не замедлит своего бега.

   - Надеюсь, мы не стесним вас, - сказала Линин.

   - Ни коим образом, мой дом вполне вместителен.

   - В Фаржэ даже простолюдины имеют большие дома? - озадачено произнес Тиф. - Или же только те, кто в одиночку занимаются посевами с утра до ночи?

   - Размер моего дома не зависит от моего увлечения.

   - Сеянье - ваше увлечение? - переспросил Кевин.

   - Да, - кивнул мужчина. В свете фиолетовых, красных и желтых деревьев, что росли по обе стороны дороги, их белоснежные одежды сияли разноцветными красками, смешиваясь словно на холсте одаренного художника. - Когда я закладываю зерна в землю, этим давая им новую жизнь, мое сердце наполняется приятным теплом и радостью.

   - А помимо увлечений, у вас есть работа? - спросил Кевин.

   - О да, и она - мое главное увлечение. Правление губернией приносит мне не меньшую радость, чем пешие прогулки, и работа в поле.

   - Вы губернатор Диллема? - практически в унисон, воскликнули путники.

   - Извините меня за бестактность, но я забыл вам представиться. Мое имя Фернандо Блу из ордена Лоубридж, и да - я правитель этой губернии.***

   Чем темнее становилось небо над их головами, тем ярче горели деревья, расчищая им дорогу от мрака. Голосили ночные птицы и пищали летучие зверьки. Кевин решил, что это большие летучие мыши, но не был уверен в своем предположении наверняка. Вдали раздался вой одинокого волка, а спустя какое-то время ему ответила стая его собратьев. Были ли это на самом деле волки, Кевин так же не мог утверждать. Линин вздрогнула и прижалась к Кристину с правой стороны. Он приобнял ее за плечи и Линин улыбнулась ему в знак благодарности, после чего положила ему голову на грудь и обвела рукой его талию.

   - Я дворянин в тридцать шестом поколении, - держал свой рассказ Фернандо Блу. - Мои родственники не видели, как растет кукуруза или свекла, а я с раннего детства любил наблюдать за работой нижнего класса и даже принимать в этом участие. Я, если можно так выразиться, рос в поле. Мое лицо было с детства загорелым, руки быстро загрубели, а к двадцати годам я и вовсе перестал быть похожим на дворянина. Отец был против моего увлечения и часто грозился передать по наследству губернаторский трон не мне, а моему двоюродному брату Френсису. Когда мне исполнилось двадцать четыре года, я согласился с отцом и предложил ему сделать губернатором не меня, а моего кузена. Я давно слышал об объединение Фаржэ и поставил перед собой цель - попасть в эти края, во что бы то ни стало. Мои слова сильно удивили отца, он ведь только пугал меня, а я взял и отрекся от трона самостоятельно, сказав, что губерния Карун справиться и без моего правления.

   - А в каком объединении находится данная губерния? - спросил Уотер.

   - Это Ливеранское объединение, расположенная в западной части Третьего Великого Озера. Отец был в гневе, после сказанных мной слов. Я и раньше видел его негодование, но тогда оно впервые было обращено именно на меня. Мне было страшно видеть его таким, но я принял свое решение и не хотел его менять. Тогда отец сказал мне: "В Коруне ты можешь быть только губернатором, в любом другом случае я тебе приказываю покинуть губернию навсегда". На какое-то мгновение у меня появилось желание подчиниться, но у меня все же хватило смелости не отрекаться от своей мечты, как ранее от престола, и я выбрал изгнание.

   Я два года бродил по миру, пока не попал в объединение Фаржэ. Прибыл я на корабле, а так как Диллем - единственная портовая губерния Фаржэ, мое знакомство с объединения началось именно с этих мест. Я влюбился в Диллем, в его образ жизни, в его жителей, в его природу. Мне здесь нравилось абсолютно все и я понял, что этих мест я больше никогда не покину. И я сдержал слово данное себе.

   - А как вы стали губернатором? - спросил Кевин, чувствуя приятное щекотание дыхания Линин на своей груди.

   - Благодаря жребию. В объединение Фаржэ губернаторский престол не передается по наследству, а по жребию. Когда губернатор оставляет свое тело навсегда и садиться в лодку к Харону, на его место может претендовать любой житель губернии, который прожил в ней не меньше двух лет. У меня не было ни малейшего желания становиться губернатором Каруна, но я сильно желал стать полезным для Диллема. Я записал свое имя на пергаменте и бросил ее в Ковш Истины, что храниться в замке владыки объединения Фаржэ.

   - Кто такой владыка? - осведомился Кевин.

   - О, он великий маг. Зовут его Эрстан. И он самый мудрый из правителей и самый сильный из магов. И вот, в Великий Праздник Возрождения, что празднуется в середине Аддара, владыка Фаржэ, в присутствии всех жителей Диллема, достал один и множества пергаментов и прочел с него мое имя. Так, я был избран губернатором. Таким образом, все мои мечты сбылись - я сохранил за собой престол, но при этом могу заниматься своим любимым занятием - посевом и сбором урожая.

   - Но почему вы занимаетесь этим в одиночку? - спросил Марк в недоумение. - Я понимаю, что вам по нраву это занятие, но ведь одному невозможно засеять все поле в определенные сроки.

   - У меня есть помощники. Их около сорока человек. Невозможно работать в поле изо дня в день и править губернией. Земледелием я занимаюсь исключительно свободное время.

   - Но это ведь очень сложно, - заметила Линин.

   - Я и не спорю. Но усталость и боль в теле быстро забывается, когда на твоих глазах из-под земли поднимаются первые нежные зеленые ростки молодых культур, которые ранее были всего лишь маленькими неприметными зернышками.

   - Будь я на вашем месте, я бы тоже стал сеять семя, только не кукурузное - а свое, и не в землю - а в женщин, - заявил Тиф, с обычной для себя прямотой. - Дети, знаете ли, тоже способны расти и радовать тех, кто поучаствовал в их создание.

   - Почему же, дорогой друг, я пробовал и сие занятие. И скажу вам - оно мне нравиться не меньше, чем земледелие.

   - И каковы ваши успехи?

   - Двадцать шесть детей.

   - Сколько?! - переспросили все разом.

   - Восемнадцать мальчиков и восемь девочек. И еще пять девушек беременны от меня.

   - Наверное, у вас большой гарем, - предположила Линин.

   - Никакого гарема у меня нет. У меня даже нет одной постоянной жены. Матери моих детей обычные женщины, которые имеют полное право покинуть мой дворец, стоит им найти подходящего мужа для себя.

   - Ну и нравы у вас, - с легким укором произнес Кевин. - Это больше похоже на пропаганду и поощрение распутной жизни.

   - Отчего же? - не согласился с ним губернатор. - Мы просто стараемся дарить друг другу любовь. К тому же стоит заметить, что в Фаржэ никто никого не обязывает - все делается по взаимному согласию и главной целью отношений является зарождение новой жизни, а получения удовольствия от контакта играет здесь далеко не самую главную роль.

   - Но откуда вам знать, что все дети ваши? - спросили Кевин, все еще озадаченный интимными подробностями из жизни губернатора Диллема.

   - Очень просто - девушки, ставшие матерями моих детей были девственны, а значит - я первый мужчина, который к ним прикасался. Когда они вынашивают моего ребенка, они вправе заводить семью с другим мужчиной. Некоторые так и поступают, другие остаются жить в моем дворце столько времени, сколько посчитают нужным. Кое-кто из матерей моих детей рожают от меня вторично.