Мэйсон (ЛП) - Шейд С. М. - Страница 27

      — Мэйсон Рид, — выдохнула я. – Его привезли на скорой. Как он? Где он?

      — Вы являетесь членом его семьи?

      — Да какая на хрен разница? – Крикнула я. – Скажите, он жив?

      — Эв, — предостерег Ян, чарующе улыбаясь этой даме. – Она его жена, — соврал он. – Нам только что позвонили, что в него стреляли.

      Женщина ввела информацию в свой компьютер – Он в операционной. Вы можете пройти в зал ожидания на третьем этаже. В ближайшее время к Вам подойдет доктор и расскажет о его состоянии.

      Алекс побежал к нам по коридору, как только мы вышли из лифта. Мы обняли друг друга, и он сказал, — Он жив, он в операционной, это все, что нам говорят.

      — Что случилось? – Спросил Ян, по дороге в небольшой зал ожидания, где находился Паркер, облокотившись на стену, со свирепым выражением на лице.

      — Офицер Робертс позвонил ему, попросив помочь со случаем домашнего насилия. Парень вернулся как раз, когда Мэйсон уводил женщину и ребенка. Прежде чем кто-либо увидел пистолет, он выстрелил в него…дважды. Робертс открыл ответный огонь и застрелил его. Вызвал скорую помощь и позвонил мне.

      Глубоко внутри меня поселился страх, и я едва узнала свой голос. – Выстрелил в него куда?

      — В грудь и живот.

      У меня подкосились ноги, и я упала на стул. – Нет, нет, этого не могло с ним случится.

      Паркер развернулся и ударил кулаком в стену, а потом вышел из комнаты. – Оставь его, — сказал Алекс. – Он вернется.

      — Семейство Рид? – Высокий мужчина в операционном халате вошел в комнату.

      — Да, — ответил Алекс, когда мы оба вскочили на ноги.

      — Я доктор Марч. Мистер Рид получил два огнестрельных ранения. К счастью, сердце и другие жизненно важные органы не задеты, но он потерял достаточно много крови. Чтобы остановить кровотечение, нам пришлось удалить его селезенку, но теперь у нас все под контролем.

      — Он будет жить? – Прервала я его.

      — Он очень слаб, и у него дважды останавливалось сердце. Следующие несколько часов будут решающими.

      О Боже. Он говорит, что возможно Мэйсон не выкарабкается. Что он может умереть. – Мы можем его увидеть? – Спросил Алекс, обнимая меня за плечи.

      — Его переведут в реанимацию, как только он отойдет от наркоза. Медсестра позовет вас.

      — Спасибо, — прошептала я. Алекс убежал, чтобы найти Паркера, и рассказать ему новости.

      Ян обнял меня, и я нашла утешение в его знакомых объятьях. – Он жив, дружок, и он сильный сукин сын. Он выкарабкается.

      — Я должна сказать ему да, — всхлипнула я.

      — Да?

      — Он попросил меня выйти за него, а я сказала, что мне нужно подумать. Почему я это сделала? Он должен поправиться. Мне нужно сказать ему да.

      — Ты скажешь. Ты еще поговоришь с ним. – Он отодвинулся и убрал волосы с моего лица. – И я хочу получить фото тебя в свадебном платье, как доказательство, — добавил он с дразнящей улыбкой.

      — Тебе придется надеть костюм.

      — Я достану костюм тройку. И лучше бы тебе выбрать по крайней мере одну горячую подружку невесты. – Он взял меня за руку и подвел обратно к моему стулу. – Ладно, сейчас все что нам остается, это ждать.

      Вернулись Алекс с Паркером, и началось ожидание. Это были самые трудные четыре часа моей жизни. Меня переполняли воспоминания о Мэйсоне. Вот он стоит перед дверью моей квартиры и настаивает, чтобы я пошла с ним на свидание, улыбается мне, когда я кормлю детеныша панды, шепчет мне грязные слова мне на ухо, когда трахает меня. Выталкивает меня за пределы моей зоны комфорта, учит меня доверять, меняет меня. Любит меня.

      — Где Коди? – Спросила я.

      — С Мэйси и Девоном в доме Мэйсона. Он в порядке. Он не знает, — ответил Паркер.

      — Ты как? – Спросила я Паркера, присев рядом с ним. Я так зациклилась на своем собственном страхе и боли, что даже не подумала о его братьях.

      — Хотел бы я, чтобы Робертс не убивал того парня. Тогда бы я смог это сделать…медленно.

      — А я бы наблюдала и подбадривала тебя, — согласилась я. Наши планы мести были прерваны вошедшей медсестрой.

      — Семья Рид? Мэйсона перевезли в его палату. Теперь вы можете навестить его.

      — Спасибо, — закричала я, вскакивая на ноги.

      Она провела нас в другую комнату для ожидания, еще меньшую по размеру. – Одновременно могут зайти только двое, — предупредила она. – Он находится под действием сильных препаратов.

      Как бы сильно я не хотела ворваться к нему в палату, я не могла так поступить с его братьями. Сжав руку каждого из них, я прошептала, — Идите.

      Через пятнадцать минут, показавшихся мне вечностью, вернулся Алекс, с красными и опухшими от слез глазами. – Заходи, Эв. Паркер все еще там с ним.

Ничто не могло подготовить меня к тому, что я увижу моего огромного, сильного, больше-чем-жизнь мужчину таким маленьким и беззащитным. У него были круги под глазами, его кожа такая же белая, как простыни под ним. Провода и трубки ведут во все стороны, и монотонно пищит монитор сердечного ритма.

      Я также шокирована видом Паркера, уткнувшегося лицом в край кровати, его плечи тряслись от рыданий. Я погладила его по спине, и он повернулся, обхватив меня за талию, и уткнулся лицом в мой живот. Не знаю, сколько времени мы провели так, рыдая и обнимая друг друга.

      Я провела рукой по волосам Паркера, таким же как у Мэйсона. Его волосы только начали отрастать. – Извини, Эв, — сказал Паркер охрипшим голосом.

      — Не стоит извиняться.

      — Он практически вырастил нас. Тетя Линда и дядя Логан забрали нас, но именно к Мэйсону мы обращались, когда у нас были проблемы.

      — Он тоже на вас полагается. Я видела это. Никогда не видела братьев настолько близких друг к другу, как ваша троица.

      Паркер потянулся к руке Мэйсона и сжал ее. – Ты, мать твою, должен очнуться, ублюдок. У тебя есть люди, которые любят тебя. Зависят от тебя. Ты нужен Коди, чтобы научить его, как стать мужчиной. И есть прекрасная женщина, которую ты должен сделать своей женой. Проснись, приятель, иначе она станет легкой мишенью.

      — Он сказал тебе? – Прошептала я.

      — Да.

      — Я не сказала да. Я должна была сказать да.

      Паркер тихо засмеялся и покачал головой. – Ты хоть когда-нибудь делала что-то с первого раза, когда он просил? Я живот себе надорвал от смеха, наблюдая как он бегает за тобой. – Он взял меня за руку. – Он знал, что ты выйдешь за него замуж, Эв. Его самодовольный маленький мозг ни разу не усомнился в этом.

      — Я собираюсь выйти за него. Потому что он выкарабкается. Можешь оставить меня ненадолго с ним?

      — Конечно, дорогая. – Он поцеловал меня в щеку. – Я всегда хотел сестру, — добавил он, выходя за дверь.

      Равномерный сигнал сердечного монитора монотонно пищал, когда я осторожно легла рядом с Мэйсоном, стараясь не задеть провода и трубки. Я прижалась лбом к его голове, закрыв глаза, его волосы щекотали мое лицо. – Да, Мэйсон. Да. Я выйду за тебя. Ты слышишь меня, любимый? Ты должен бороться сильнее, чем ты когда-либо боролся на ринге. Ты чемпион. Ты сможешь сделать это. Я люблю тебя и жду. Я рядом с тобой, я там, где мое место. Я жду.

      Прошло два дня, как я обосновалась около кровати Мэйсона. Два мучительных дня в мольбах, чтобы он открыл глаза, чтобы сжал мою руку, чтобы показал, что он все еще здесь. Все еще рядом со мной.

      Доктора не уверены, почему он все еще не пришел в сознание, и не могут прогнозировать, когда – или если – он очнется. Они начали говорить о возможном повреждении головного мозга из-за недостатка кислорода. Комната ожидания всегда полна народа. Его братья, борцы и члены его клуба, и женщины, которым он помог за прошедшие годы, приходили в знак поддержки. По правде говоря, я почти никого из них не видела, потому что не покидала его палату. Я должна быть там, когда он придет в себя. Он должен очнуться.