Мэйсон (ЛП) - Шейд С. М. - Страница 30

      — Так и мы тоже.

      — Я охрененно тебя люблю, Эви. – Ее губы раскрылись от удивления, и я скользнул между ними. Если бы Коди не находился в соседней комнате, я бы уложил ее и насладился каждым дюймом этой женщины. Она сводит меня с ума.

      Ее руки пробежались по моим волосам, остановившись на моем затылке. – Так тебе понравилась идея?

      — Очень. Хотя это больно, милая. Для первой татуировки руки болезненный выбор. – Смешно, хотя сам я весь покрыт татуировками, я не могу вынести мысли о том, что ее будут колоть иглой. О том, что ей будет больно.

— Она не будет первой. Я хочу одновременно сделать еще одну на бедре. – Улыбка смягчает ее лицо. – Ты говорил, что татуировка должна что-то значить для тебя. Что-то, что ты хочешь на всю жизнь. Теперь я знаю, что это. – Она положила два пальца на впадину между бедром и тазом. – И где я хочу это.

      — Скажи мне.

      Она захихикала, когда я поднял ее и усадил на кухонный стол. – Не-а. Пока не сделаю. Мэйси великий художник. Она нарисовала ее для меня. Я просто не знаю, куда пойти.

      — Ты пойдешь к моему парню.

      — Пойду, а? – поддразнила она, и я встал между ее ног.

      — Да, а так как ты будешь практически голой в его кресле, я пойду с тобой. – Ее губы прошлись по моей шее, когда я провел руками вверх по внутренней стороне ее бедер.

      — Неандерталец, — ласково сказала она. – Когда мы сможем пойти?

      — Я узнаю, сможет ли Тони принять нас сверхурочно сегодня вечером, если ты уверена.

      — Я уверена.

      По дороге в салон Тони Эви ерзала от волнения. Я положил свою руку ей на колено на секунду, прежде чем мы вышли из машины. – Это не настолько болезненно, как ты думаешь. В любой момент, когда тебе понадобиться передохнуть, просто скажи об этом.

      — Я справлюсь, — сказала она с нерешительной улыбкой.

      — Я знаю, детка.

      Когда мы вошли, над дверью зазвенел колокольчик, и Тони вышел к нам, чтобы закрыть за нами дверь. Тони ростом больше 190 см, весь в татуировках и пирсинге, и глаза Эви расширились, когда она пожала ему руку. – Добро пожаловать, дорогая. Слышал, это твоя первая татуировка. Нервничаешь?

      — Немного, — улыбаясь ему, призналась она.

      — Рид выглядит более взволнованным, чем ты. Большие парни всегда такие. Сами покрыты татушками, а не могут выносить вида своих девушек под иглой. У тебя есть для меня набросок?

      Эви кивнула и махнула мне, чтобы я ушел. Несколько минут они обсуждали рисунок, внеся пару изменений. Когда они договорились, Тони исчез в подсобке, чтобы подготовить трафарет.

      — Ты не можешь пойти со мной, — настаивала Эви, — Я не хочу, чтобы ты увидел ее, пока она не закончена.

      — Эви, ты будешь сидеть в его кресле со спущенными трусами. Я иду с тобой. Я не буду смотреть. Просто буду держать тебя за руку.

      — Я сама могу это сделать. – Боже, иногда мне хочется отшлепать ее за ее упрямство.

      — Ты можешь, но не будешь.

      — Ладно, — раздраженно сказала она. – Что ты еще будешь делать, кроме кольца?

      — Э, нет. Я покажу тебе свою, когда ты покажешь мне свою.

      — Справедливо. – Засмеялась она. Я последовал за Эви и Тони в отдельную комнату и наблюдал, как Эви, нервничая, забралась в кресло.

      — Опусти свои трусы вниз, — дал указание Тони, и она взглянула на меня, подчинившись. Что-бы она не сделала, это будет чертовски сексуально, но мне не нравится, что Тони видит ее в таком виде.

      Я обещал, что не буду смотреть, поэтому я поставил стул к изголовью кресла и сел лицом к ней. Я не буду подглядывать, если она действительно не хочет, чтобы я видел. – Нужно спустить трусы еще на пару сантиметров, — сказал Тони, и лицо Эви залилось румянцем, когда она спустила их почти до самой линии роста волос. Эви наблюдала, как Тони открыл иголки и подготовил свою машинку. – Ты готова, дорогая?

      Эви кивнула. Я взял ее руку, и, черт, она почти сломала мою, когда Тони начал набивать очертания. – Расслабься, — посоветовал Тони. – Это нежное место для твоей первой татуировки, но ты хорошо держишься. Дай знать, когда тебе потребуется передышка. – Постепенно, она ослабила хватку, и только иногда сжимала мою руку, когда он подходил близко к ее тазовой кости.

      — Больнее, чем ты ожидала? – Спросил я, заправляя волосы ей за ухо.

      — Сейчас все онемело. Хотя вначале действительно было очень больно.

      — На пальце будет еще хуже, дорогая. – Тони взглянул на нее. – Просто чтобы ты знала. – Машинка выключилась, и я понял по болезненному выражению Эви, что Тони убирает излишки чернил. – Все готово. Иди, посмотри. – Тони подвел ее к трехстороннему зеркалу.

      — Она великолепна, — вздохнула она. Мне позволили повернуться, как только татуировка была перевязана.

      — Давайте сделаем кольца. Рисунок Мэйсона займет несколько часов. Кто первый?

      — Давай я, — сказала Эверли. – Пока я еще могу терпеть.

      — Положи свою руку сюда.

      — Блядь, — прошипела Эви, когда игла начала двигаться. Связки на ее шее натянулись, и она сжала зубы от боли.

      — Ты так хорошо держишься, детка, — заверил я ее, сжимая ее другую руку.

      — Долго еще? – Боязливо спросила она,

      — Еще несколько минут, дорогая, — ответил Тони. – Держись.

      Когда он закончил, Эви облегченно вздохнула, ее глаза блестели от непролитых слез. Тони обернул татуировку тонким слоем марли и лейкопластырем. – Она у тебя крутая, Рид. Даже не заплакала. Девочки обычно плачут. У меня было пару случаев, когда парни отказывались от татуировок на пальцах руки или ног, как только я начинал.

      — Это моя девушка, — прошептал я, целуя ее в шею. – Как твое бедро, болит?

      — Горит как в огне.

      — Жалеешь, что сделала это?

      — Нет, я и не рассчитывала, что будет щекотно.

      — Выскочка. – Она подпрыгнула, когда я шлепнул ее по заднице. Я сел в кресло, и Эви осталась рядом со мной, пока мне выбивали черную полосу вокруг безымянного пальца, которая соответствовала ее татуировке – страшно больно – но я настоял, чтобы она вышла, когда Тони готовил трафарет для моих ребер.

      — Пульт от телевизора на столе, — сказал ей Тони, когда она отправилась в комнату для отдыха. – Будь как дома.

      — Мэйсон Рид женится. Никогда не думал, что доживу до этого дня. – Сказал Тони, когда она отошла на достаточное расстояние. Мы знали друг друга многие годы, поэтому ему есть что сказать.

      — Черт, чувак, я тоже. – Засмеялся я, снимая рубашку.

      — Уверен, что хочешь набить ее имя, парень? Ты знаешь мое мнение по этому поводу.

      — Ее имя для меня. Скоро я вернусь за еще одним.

      Тони засмеялся, приложив трафарет к моей коже. – Она залетела, не так ли? Ах ты ублюдок.

      — Ничего не могу поделать, мои пловцы супермены.

      — Мои поздравления, парень, — искренне сказал он. – Я рад за тебя. Теперь не дергайся.

      Через два с половиной часа, все в бинтах мы отправились домой.

* * *

      — Что значит он потерял один ботинок? – Спросил я, наклонившись посмотреть под диваном, и Эви засмеялась.

      — Он мальчик.

      — Нашел! – Закричал Коди, вбегая домой с заднего дворика и махая своим кроссовком. – Я забыл, что использовал его в качестве пандуса для своих машинок Хот Вилс.

      — Молодец, — сказала ему Эви, наблюдая, как он старательно завязывал шнурки. Я научил его этому пару дней назад, и сейчас он только приноравливается.

      — Почему мы должны переезжать? Мне здесь нравится.

      — Тебе понравится твой новый дом. У тебя будет своя комната, и полагаю, у твоего папочки есть сюрприз для тебя.

      Его глаза загорелись. – Что за сюрприз?

      — Тебе придется подождать и увидишь. – поддразнила его Эви.