Полдень 23 век. Возвращение Тойво (СИ) - Горячев Игорь Вениаминович - Страница 57

Да, «многих и многих отманить от стада — вот для чего ты пришел», вдруг вспомнилось мне.

9 августа 230 года

Максиму Каммереру

От Ростислава Нехожина

Максим, не мог бы ты поговорить с Геннадием Комовым и предложить ему пройти ментоскопирование в нашем институте. Я понимаю, это непросто, но что-то меня подзуживает затащить его на КСЧ-8. Возможно, тебя он послушает.

Если бы я прочитал это сообщение 2 года назад, у меня бы, наверное, отвисла челюсть от удивления. Но с тех пор прошло 2 года. И за эти годы я сильно переменился.

Как вы, наверное, уже поняли, Комов был последовательным, я бы даже сказал страстным противником всего того, что казалось люденов. На протяжении этих тридцати лет он писал разгромные статьи и книги, где обвинял «люденов» во всевозможных грехах. Чего стоят одни названия этих статей и книг: «Эволюционный цинизм», «Антиэтика люденов», «Равнодушные боги», а одна из статей называлась уже совсем в чисто русском стиле «Кто виноват?». Он ставил люденам в вину «высокомерное презрение», «равнодушие» к цивилизациям более низкого эволюционного уровня. Он обвинял их за то плачевное состояние, в котором оказалось человечество после Большого Откровения. Он говорил о том, что «Синдром Большого Откровения» — это их и только их вина, и они даже пальцем не пошевелили, чтобы как-то облегчить положение и что-то сделать для нас. Это все больше и больше напоминало мне обычное стариковское брюзжание, но он уже не мог остановиться. Людены стали его страстью, правда, в негативном смысле. Как он ратовал в свое время за «вертикальный прогресс»! Но реальность оказалось очень далека от его ожиданий, ибо его «вертикальный прогресс» был все еще «человеческим, слишком человеческим», и он не мог простить люденам то, что они никак не хотели укладываться в рамки его теорий и стройных умозаключений. Чем-то в своей абсурдной непримиримости он стал напоминать мне покойного Айзека Бромберга.

И вот теперь Нехожин просит меня поговорить с этим почтенным старцем, чтобы убедить его пройти ментоскопирование на «т-зубец». Значит, он имеет основания полагать, что у него этот зубец есть. Опять загадка. По все канонам логики, уж Комову то иметь этот зубец никак не полагается. Ну что же попробуем. Я набрал номер и когда на экране появился Комов, я сказал:

— Привет, Геннадий. Можно без всяких предисловий, я задам тебе гипотетический вопрос: а что бы ты делал, если у тебя тоже вдруг оказался «т-зубец» в ментограмме?

— Ты это серьезно, Максим?

— Вполне.

— Максим, я знаю тебя уже не один десяток лет. Хочешь, я догадаюсь, почему ты задаешь мне этот вопрос?

— Хочу.

— Нехожин попросил тебя убедить меня приехать к нему в ИМИ, и пройти проверку на «т-зубец».

— Отдаю должное твоей проницательности. Итак?

— Ни за что и никогда. Зарубите себе это на носу, что вам не удастся сделать из меня вашего союзника.

— Ну что же иного ответа я и не ожидал. Извини, что побеспокоил.

— Всего доброго.

12 августа 230 года

Максиму Каммереру

От Ростислава Нехожина

Максим,

Геннадий Комов побывал у нас в институте.

У него обнаружен «т-зубец» в ментограмме.

Помню, прочитав это сообщение, я расхохотался! Я очень хорошо знал Геннадия Комова. Несмотря ни на что, это был страстный ученый-исследователь. Не мог он упустить уникальную возможность, посмотреть на мир люденов своими глазами, даже если ему самому пришлось бы для этого стать люденом. Парадоксально, получается на появление «т-зубца» может влиять не только позитивное устремление, но и негативное. Т. е. если человек питает страстные негативные чувства против «люденов», он вполне может получить «т-зубец» в ментограмму. Как-то забавно это звучит: «получить т-зубец в ментограмму». Хотя почему парадоксально. Это один из законов психологии. Человек часто получает то, чего он страстно не желает, или боится, потому что подсознательно он этого хочет. Но каков Нехожин! В два счета просчитал Комова и сделал его нашим союзником.

Раздался вызов видеосвязи и на экране появился Комов собственной персоной. Как говорится, wie der Wolf in der Fabel[29]. Но это был уже совсем другой Комов, Комов — наш союзник, Комов — один из нас.

— Максим, я вынужден просить прощения, я был излишне резок прошлый раз.

— Да, ладно, ладно. Знаю уже. Ну и что теперь?

— Интересно все же посмотреть, что там у люденов, как ты полагаешь? Разве можно упустить такой шанс.

— Полагаю, что ты прав. Но до люденов еще надо добраться. Пройти, так сказать по уровням «психофизиологического восхождения»

— Обязательно пройдем. Ах, как жаль, что Горбовский и Атос не дожили до этого часа.

— Да, думаю, они были бы рады.

15 августа 230 года

День выступления представителей Мирового Совета по Центральному Всемирному Каналу

Вы, конечно же, хорошо помните выступление представителей Мирового Совета по Центральному Всемирному Каналу, и то потрясение, которая пережила вся планета в тот погожий августовский денек 15 августа 230 года. Это сообщение облетело не только Землю, но и весь Большой Космос, и всю Периферию.

Я помню как мы вчетвером, Нехожин, Аико, Ася и я гуляли в тот день по улицам Свердловска, где было очень много радостных, ликующих людей, тех, кто снова обрел Надежду и осознал для себя Великую Возможность.

Конечно, это был еще один Раскол, но уже не столь трагичный, скорее радостный. Каждый землянин осознал в тот день простую истину: если ты искренне хочешь перейти на следующий эволюционный уровень, если ты искренне стремишься к этому, рано или поздно тебе будет дана эта возможность. Да, похоже, вся планета в тот день заразилась этим «эволюционным профетизмом». «Человечество, смеясь, расставалось со своим прошлым», как хорошо кто-то сказал. За один день психологический климат на планете изменился самым радикальным образом. Все почувствовали, что стало как-то легче и радостнее дышать и жить. И как оказалось впоследствии, это имело под собой глубокие объективные, или лучше сказать, эволюционные причины.

16 августа, 230 года

Харьков, Филиал Института Метапсихических Исследований

И вот мы стоим с Аико в коридоре ИМИ. Мы прощаемся. Нехожин и другие члены группы «Людены», делают последние приготовления в помещении, где она ляжет в специальную камеру, в которой будет поддерживаться постоянные давление и температура. Там она погрузиться в состояние каталепсии, и пробудет в ней, пока не произойдет окончательная трансформация и переход в Мир Люденов.

— Ну, что же, Максим. Будем прощаться, — улыбается Аико. — Встретимся в Новом Мире.

Я смотрю на Аико. Любовь, любовь переполняет меня. «Кто сказал, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви? Да отрежут лгуну его гнусный язык!», — воскликнул два века назад один Мастер. Как он был прав! Вся Вселенная улыбается мне в ее улыбке, далекие галактики мерцают в ее взоре, звезды искрами сверкают на крыльях ее ресниц, судьбы миров в одном движении ее ладони. Я теперь знаю, кто Она. Мне открылась ее Тайна. Сама Живая Душа Вселенной снизошла в наш мир и воплотилась в ней, чтобы помочь человечеству войти в Новый Мир. Не верьте тем, кто скажет вам, друзья мои, что Вселенная это бездушный механизм и что всем в ней управляет слепой случай. О нет, не случай, но великая Творческая Сознательная Сила сотворила этот мир. Вам нужны доказательства? Вот Она стоит передо мной, такая живая, такая любящая и такая прекрасная.

Я осторожно беру ее руки в свои.

— Аико… — у меня перехватывает дыхание, и нет слов, чтобы выразить то, что я чувствую. Аико обнимает меня, и долго стоит так, прижавшись к моей груди, и я чувствую, как в меня словно бы вливается ее живительная энергия и растет чувство уверенности в том, что все будет хорошо, что все для нас скоро изменится навсегда, что начинается совсем Новая, Неведомая и Чудесная Жизнь. И тут вдруг я ясно ощутил, что миллиарды лет эволюции и тысячелетняя драма человеческой истории и человеческих страданий нужны были только вот для этого мига, чтобы стоять мне вот так вот, обнимая Аико, на этом крутом вираже Эволюции, перед нашим последним головокружительным прыжком в Новый Мир.