Русские электротехники - Шателен Михаил Андреевич - Страница 59

В описаниях результатов применения электрической сварки Бенардоса на заводах, особенно английских, указывалось также на то достоинство электрической сварки, что она не требует такой высокой квалификации сварщика, как обычная кузнечная сварка, и подготовка хорошего электросварщика может быть выполнена в гораздо более короткий срок, чем подготовка хорошего сварщика-кузнеца.

Точно так же указывалось на значительное увеличение скорости производства сварочных работ при применении способа Бенардоса.

Несмотря, однако, на все достоинства «электрогефеста», применение его распространялось относительно медленно, хотя Бенардос вносил в свое первоначальное изобретение много усовершенствований, как, например, прогрев металла вокруг свариваемого места, для чего он сконструировал комбинированный газово-электрический «паяльник» и т. п. В числе усовершенствований Бенардоса был также метод электрической сварки или спайки, в котором дуга получалась уже не между свариваемым изделием и угольным электродом, а между двумя наклонно помещенными угольными электродами, между которыми помещался стержень из металла, подлежавшего расплавлению. Посредством этого расплавленного металла и производилась спайка. К этому методу впоследствии обратился германский инж. Цейнер, и этот прием остался в технике, как изобретение Цейнера, и получил отсюда свое название, хотя действительным изобретателем был Н. Н. Бенардос.

Однако, все добавочные изобретения Н. Н. Бенардоса не изменили существа его первоначального изобретения — ручной сварки угольным электродом.

Приоритет Н. Н. Бенардоса в изобретении способа дуговой сварки, конечно, неоднократно оспаривался. Уже немедленно после того, как об изобретении Бенардоса стало известно, появились в иностранных журналах статьи о бывших будто бы предшественниках Бенардоса. Так, французский автор Де Монто утверждал, что еще в 1881 г. на способ электрической сварки, подобный способу Бенардоса, был выдан французский патент г. Меритансу. На это утверждение редакция «Электричества» отвечала, что не только Меританс, но и многие другие изобретатели разрабатывали идею использования вольтовой дуги для сварки и получали привилегии на предлагаемые способы. Такой патент получил, например, в Англии американец Стэд. Однако, никто из этих изобретателей не разработал практического метода электросварки и не приложил его к делу, и что именно Бенардосу принадлежит честь изобретения именно такого метода.

Чему в изобретении Бенардоса придавали особое значение его современники, можно видеть, например, из статьи проф. Д. А. Лачинова, содержащей описание посещения им мастерской Бенардоса. «На-днях мы присутствовали, — пишет Лачинов, — на опытах электрического паяния в мастерской г. Бенардоса в сообществе нескольких техников и ученых, которые были чрезвычайно заинтересованы новым изобретением, и мы долго продолжали обсуждать все виденное… Мы придаем особое значение тому обстоятельству, что в способе г. Бенардоса вольтова дуга возбуждается между обрабатываемым металлом и углем. Этим он (способ Бенардоса) существенно отличается, например, от способа Жамена, который предлагал применять для паяния пламя своей электрической свечи». Дальше, сказав об опытах Бенардоса в Париже над резанием рельсов вольтовой дугой и над плавлением металлов под водой, Лачинов продолжает: «Вообще, что касается применений электрогефеста, то они так разнообразны, что трудно высказывать о них даже догадки… В настоящую минуту завод изготовляет в большом количестве железные бочки для развозки керосина… Идет речь о том, нельзя ли изготовить кавказский нефтепровод при помощи электрогефеста… Самый важный для дальнейшей судьбы нового изобретения вопрос заключается в прочности пайки. Парижские испытания на разрыв показали, что при пайке круглого железа встык прочность спайки оказалась от 75 % до 99 % сравнительно с прочностью целого куска. Прочность спайки листового железа оказалась 80 %».

Таким образом, и в Париже, где, видно, подробно ознакомились с методом Бенардоса, приоритет дуговой сварки его не оспаривался.

В Германии также приоритет Бенардоса был признан целиком. Вот что по этому поводу пишет проф. Рюльман: «Хотя в разное время были сделаны опыты применения действия теплоты вольтовой дуги к свариванию и спаиванию металлов, но на этом поприще, за исключением г. Бенардоса, до сих пор еще никем не было получено технических результатов, имеющих какое-нибудь практическое значение. Только путем научных соображений, тщательных опытов и долголетних трудов, г. Бенардос вывел обработку металлов электрическим путем в стройную систему, дозволяющую многостороннее применение на практике и предназначенную заменить во множестве случаев другие способы обработки металлов, применяемые до сего времени. Названным способом можно, кроме того, производить над металлами известные работы, до сих пор считавшиеся неисполнимыми».

Эти отзывы и другие, им подобные, позволяют теперь считать приоритет Н. Н. Бенардоса в изобретении дуговой сварки общепризнанным.

Славянов Николай Гаврилович

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

НИКОЛАЙ ГАВРИЛОВИЧ СЛАВЯНОВ

(1854–1897)

Способ электросварки, предложенный Н. Н. Бенардосом, обладал, при всех своих достоинствах, и многими недостатками. Одним из основных недостатков были опасность порчи металла под влиянием высокой температуры угольного электрода, а также сильное обуглероживание металла в месте сварки за счет угольных частиц, попадающих в расплавленный металл от накаленного до высшей температуры угольного стержня.

Н. Г. Славянов, как металлург по специальности, хорошо знакомый со свойствами металла, предложил для сварки свой способ, у которого отсутствовали эти главные недостатки способа Н. Н. Бенардоса.

Николай Гаврилович Славянов по образованию — горный инженер, по специальности — металлург, работал всю жизнь на металлургических заводах Урала. Родился Николай Гаврилович в 1854 г. в Задонском уезде Воронежской губернии. Курс Воронежской гимназии он кончил с золотой медалью и поступил в 1872 г. в Горный институт в Петербурге, в котором в 1877 г. получил звание горного инженера. Еще во время пребывания студентом в Горном институте Николай Гаврилович обращал на себя внимание и товарищей и профессоров своими способностями и настойчивостью в работе. Студенческие проекты его часто заслуживали особые похвальные отзывы. Те же качества Славянов проявил и в дальнейшей своей деятельности.

По окончании курса в Институте молодой Славянов был направлен на работу в Воткинский завод. Уже после нескольких месяцев работы на заводе Николай Гаврилович убедился, что если бы в заводской практике были применены некоторые электрические приспособления, то производство могло бы от этого много выиграть. Конечно, нужных электрических приборов, на заводе, да и вообще в России Славянов добыть не мог, и он решил сам начать проектировать и строить нужные ему электрические приспособления. Разумеется, в Горном институте в начале 70-х годов прошлого века ни о каком преподавании электротехники не могло быть и речи, и Славянов вышел из Института лишь с теми небольшими сведениями по электричеству, которые сообщались в курсе физики. Но это не испугало молодого инициативного инженера. Он сам взялся за изучение электротехники по книгам и журналам и скоро сам начал рассчитывать и конструировать электротехнические приборы. Начав с конструкции специального коммутатора, Николай Гаврилович скоро уже мог приступить к конструированию даже динамомашины. Особенно его деятельность в области электротехники развилась после перехода его на Пермский пушечный завод в Мотовилихе (близ Перми, теперь г. Молотова). На этом заводе он начал устраивать электрическое освещение, применять электрическую энергию для электрометаллургических процессов и т. п. Для этой же цели ему пришлось самому проектировать и изготовлять электрические дуговые лампы, разрабатывать типы электропроводки из полосового железа и проектировать и строить, динамомашины.