Афоризмы - Ермишин Олег - Страница 246

Нет такого невежды, который не мог бы задать больше вопросов, чем может их разрешить самый знающий человек.

Один опыт я ставлю выше, чем тысячу мнений, рожденных только воображением.

Журналист не должен торопиться порицать гипотезы. Оные единственный путь, которым величайшие люди успели открыть истины самые важные.

Наука есть ясное познание истины, просвещение разума, непорочное увеселение жизни, похвала юности, старости подпора, строительница градов, полков, крепость успеха в несчастии, в счастии украшение, везде верный и безотлучный спутник.

За общую пользу, а особливо за утверждение науки в Отечестве, и против отца своего родного восстать за грех не ставлю.

Те, кто пишут темно, либо невольно выдают свое невежество, либо намеренно худо скрывают его. Смутно пишут о том, что смутно себе представляют.

Ошибки замечать не много стоит: дать нечто лучшее – вот что приличествует достойному человеку.

Язык, которым Российская держава великой части света повелевает, по ея могуществу имеет природное изобилие, красоту и силу, чем ни единому европейскому языку не уступает. И для того нет сумнения, чтобы российское слово не могло приведено быть в такое совершенство, каковому в других удивляемся.

Неусыпный труд все препятствия преодолевает.

Красота, величие, сила и богатство российского языка явствуют довольно из книг, в прошлые века писанных, когда еще не токмо никаких правил для сочинений наши предки не знали, но и о том едва ли думали, что оные есть или могут быть.

Повелитель многих языков, язык российский не только обширностью мест, где он господствует, но купно собственным своим пространством и довольствием велик перед всеми в Европе.

Не здраво рассудителен математик, ежели он хочет божескую волю вымерять циркулем. Таков же и богословия учитель, если он думает, что по псалтире научиться можно астрономии или химии.

Духовенству к учениям, правду физическую для пользы и просвещения показующим, не привязываться, а особливо не ругать наук в проповедях.

Любовь сильна, как молния, но без грому проницает, и самые сильные ее удары приятны.

Ленивый человек в бесчестном покое сходен с неподвижною болотною водою, которая, кроме смраду и презренных гадин, ничего не производит.

Журналист никогда не должен создавать себе слишком высокого представления о своем превосходстве, о своей авторитетности, о ценности своих суждений. Ввиду того, что деятельность, которой он занимается, уже сама по себе неприятна для самолюбия тех, на кого она распространяется, он оказался бы совершенно не прав, если бы сознательно причинял им неудовольствие и вынуждал их выставлять на свет его несостоятельность.

Не токмо у стола знатных господ или у каких земных владетелей дураком быть не хочу, но ниже у самого Господа Бога, который дал мне смысл, пока разве отнимет.

Идолопоклонническое суеверие держало астрономическую землю в своих челюстях, не давая ей двигаться.

Иногда промедление смерти подобно.

Карл Пятый, римский император, говаривал, что ишпанским языком с богом, французским – с друзьями, немецким – с неприятелем, италианским – с женским полом говорить прилично. Но если бы он российскому языку был искусен, то, конечно, к тому присовокупил бы, что им со всеми оными говорить пристойно, ибо нашел бы в нем великолепие ишпанского, живость французского, крепость немецкого, нежность италианского, сверх того богатство и сильную в изображениях краткость греческого и латинского языков.

Кто достигнет старости, тот почувствует болезни от роскошен, бывших в юности, следовательно, в молодых летах должно от роскошей удаляться.

Малый человек и на горе мал; исполин велик и в яме.

Разум с помощью науки проникает в тайны вещества, указывает, где истина. Наука и опыт – только средства, только способы собирания материалов для разума.

Петр I Великий

Весьма имеют быть наставлены те, которые сами не знают.

Врачую тело свое водами, а подданных – примерами. И в том и в другом исцеление вижу медленное.

Всякий потентат (т. е. правитель), который едино войско сухопутное имеет, одну руку имеет, а который и флот имеет, обе руки имеет.

Выше всех добродетелей рассуждение, ибо всякая добродетель без разума – пуста.

Деньги суть артерия войны.

Забывать службу ради женщины непростительно. Быть пленником любовницы хуже, нежели быть пленником на войне; у неприятеля скорее может быть свобода, а у женщины оковы долговременны.

За признание – прощение, за утайку – нет помилования. Лучше грех явный, нежели тайный.

Зло тихо летать не может.

Кто станет говорить речи, другому – не перебивать, но дать окончить и потом другому говорить, как честным людям надлежит, а не как бабам – торговкам.

Лучше явный враг, нежели подлый льстец и лицемер; такой безобразит человечество.

Мир – хорошо, однако при том дремать не надлежит, чтоб не связали рук, да и солдаты чтоб не сделались бабами.

Надлежит законы и указы писать явно, чтоб их не перетолковать. Правды в людях мало, а коварства много. Под них такие же подкопы чинят, как и под фортецию.

Неблагодарный есть человек без совести, ему верить не должно.

Победу решает военное искусство и храбрость полководцев и неустрашимость солдат. Грудь их – защита и крепость отечеству.

Промедление смерти подобно.

Я знаю, что я подвержен погрешностям и часто ошибаюсь, и не буду на того сердиться, кто захочет меня в таких случаях остерегать и показывать мне мои ошибки.

Я предчувствую, что россияне когда-нибудь, а может быть, при жизни нашей, пристыдят самые просвещенные народы успехами своими в науках, неутомимостью в трудах и величеством твердой и громкой славы.