Сотрудник агентства «Континенталь» - Хэммет Дэшил - Страница 195

В ночь, когда Дину убили, Элен Олбури, подсматривая из окна, увидела нечто, по словам репортера, чрезвычайно важное. Едва девушка услыхала об убийстве, она передала свои важные наблюдения Чарлзу Проктору Дону. Как узнала полиция от его сотрудников, он немедленно послал за мной и имел со мной разговор за закрытыми дверьми, после чего уведомил сотрудников, что я должен вернуться на следующее утро к десяти часам. Сегодня утром я на назначенную встречу не явился. В десять двадцать пять дворник квартала Ратледж обнаружил труп Чарлза Проктора Дона в углу под лестницей. Есть основания полагать, что из карманов покойного были изъяты ценные бумаги.

В тот самый момент, когда дворник обнаружил мертвого адвоката, я, как выяснилось, ворвался силой в квартиру Элен Олбури и угрожал ей. Как только ей удалось меня вышвырнуть, она поспешила в контору Дона, застала там полицию и рассказала им свою историю.

Полицейские, посланные в гостиницу, меня не обнаружили, но в моей комнате застали некоего Майкла Лайнена, который также назвался частным детективом из Сан-Франциско. Упомянутого Майкла продолжают допрашивать в участке. Шепота, Рено, Ролфа и меня полиция разыскивает по обвинению в убийстве. Главные события впереди.

На странице номера два было интересное сообщение на полстолбца. Детективы Шепп и Ванаман, обнаружившие тело Дины Бранд, загадочным образом исчезли. Власти опасались, что за этим скрывается коварная рука «сообщников».

Про вчерашний налет на грузовик со спиртным и про облаву в бильярдной Пика Марри газета не сообщала ни слова.

Я вышел, когда стемнело. Мне хотелось пообщаться с Рено.

Из аптеки я позвонил в заведение Пика Марри.

– Пика можно? – спросил я.

– Пик слушает, – ответил голос, не имевший ни малейшего сходства с голосом Пика. – Кто говорит?

– Лилиан Гиш[26], – сказал я с омерзением, повесил трубку и удалился из этого района.

Отказавшись от мысли найти Рено, я решил навестить своего клиента, старика Илайхью. С помощью любовных писем, которые он написал Дине Бранд, а я позаимствовал у покойника Дона, я надеялся добиться от него хотя бы приличного поведения.

Я шел по самым темным улицам, держась в тени. Для человека, который презирает физические упражнения, это была чертовски длинная прогулка. Когда я добрался до квартала, где жил Уилсон, я уже пребывал в достаточно паршивом настроении, следовательно, в обычной форме для наших с ним бесед. Однако это свидание пришлось отложить.

Всего два дома отделяли меня от цели, когда из темноты кто-то зашипел.

Я подпрыгнул если и не на шесть метров, то немногим ниже.

– Все в порядке, – прошептал чей-то голос.

Было очень темно. Высунувшись из-под своего куста – я уже стоял на четвереньках в чьем-то дворике, – я различил фигуру, скорчившуюся у живой изгороди. Револьвер был уже у меня в руке. Особых причин не верить человеку на слово, что все в порядке, я не имел. Поэтому я поднялся с четверенек и пошел к нему. Подойдя поближе, я узнал одного из тех, кто впускал меня вчера в дом на Ронни-стрит.

Я присел рядом на корточки и спросил:

– Где найти Рено? Моток О'Марра сказал, что Старки хочет меня видеть.

– Верно, хочет. Знаешь, где забегаловка Малыша Маклауда?

– Нет.

– На Мартин-стрит, повыше Кинг-стрит. Спросишь там самого Малыша. Иди обратно три квартала, потом свернешь. Да ты увидишь.

Я сказал, что постараюсь, и оставил его дежурить в скрюченном виде у дома моего клиента. Он явно дожидался того момента, когда можно будет пульнуть в Пита Финна, Шепота или других недругов Рено, если им случится навестить старика Илайхью.

Довольно быстро я нашел лавку с прохладительными напитками, всю размалеванную красной и желтой краской. Там я спросил Малыша Маклауда. Меня повели в заднюю комнату, где толстяк в грязном воротничке, с множеством золотых зубов, но всего с одним ухом, признал, что он и есть Маклауд.

– За мной послали от Рено, – сказал я. – Где его найти?

– А вы кто такой будете? – спросил он.

Я сказал, кто я такой. Маклауд вышел, не говоря ни слова. Через десять минут он вернулся в сопровождении парнишки лет пятнадцати с отсутствующим выражением на красном прыщавом лице.

– Пойдете с Сынком, – сказал мне Малыш Маклауд.

Я пошел за парнем в боковую дверь, потом по переулку, через песчаный пустырь, сквозь облезлые ворота – к задней двери щитового домика.

Мальчишка постучал. Его спросили, кто там.

– Сынок, с парнем от Малыша, – ответствовал он.

Дверь открыл долговязый О'Марра. Сынок удалился. Я прошел в кухню, где Рено Старки и еще четверо сидели вокруг стола, на котором было очень много пива. Я заметил, что над дверью вбиты два гвоздя, на каждом висело по автоматическому пистолету. Это на случай, если кто-то из обитателей дома, открыв дверь, обнаружил бы перед собой врага с револьвером и получил бы приказ поднять руки.

Рено налил мне стакан пива и повел меня в комнату, выходившую на улицу. Какой-то человек, лежа на животе, приник глазом к щели между опущенной шторой и подоконником и наблюдал окрестности.

– Иди выпей пива, – велел ему Рено.

Тот встал и удалился. Мы расположились на стульях.

– Когда я устроил тебе это алиби в Таннере, – произнес Рено, – я сказал: делаю это потому, что мне нужны друзья.

– Я тебе друг.

– Пригодилось алиби? – спросил он.

– Пока нет.

– Ты с ним продержишься, – успокоил он меня, – если на тебя не слишком много собак навешано. Всерьез они тебе клеят дело?

Я считал, что всерьез, но сказал:

– Нет. Магро просто развлекается. Все уладится само собой. У тебя-то что слышно?

Он допил стакан и вытер губы тыльной стороной руки.

– Как-нибудь справлюсь. Однако твоя помощь не помешает. Расклад такой: Пит спелся с Магро, значит, теперь фараоны и пивная банда идут вместе против меня и Шепота. Но мы с Шепотом больше стараемся сунуть перо друг дружке, чем поломать ихнюю шайку. Кислое дело, будь оно проклято. Пока мы собачимся, эти гады нас сожрут.

Я сказал, что полностью с ним согласен. Рено продолжил:

– Тебя Шепот послушает. Найди его, ладно? Он точит на меня зуб за то, что пристукнули Джерри Хупера, а я не прочь добраться до него первым. Мое предложение такое: забудем все это на пару дней. Особо большого доверия тут не надо. Шепот никогда сам не ходит на дело, ребят посылает. Я тоже так поступлю. Соединим свои команды и провернем работенку. Уберем этого проклятого Финна, тогда у нас останется больше времени, чтобы палить друг в дружку. Выложив ему это по-тихому. Пусть только не думает, что я перед ним сдрейфил. Ты передай ему обязательно, как я тебе сказал: когда не будет Пита, очистится место, где мы сами можем сшибиться. Пит засел в Вискитауне. У меня не хватает народу поехать туда и выкурить его. У Шепота тоже. А вместе у нас хватит. Так ему и скажи.

– Шепот умер, – сообщил я.

– Да? – переспросил Рено, как будто не очень мне поверил.

– Вчера утром Дэн Ролф убил его в старом складе Редмана. Заколол тем самым ледоломом, которым Шепот прикончил девушку.

Рено спросил:

– Точно знаешь? Или трепешься?

– Точно знаю.

– Непохоже. Его ребята ведут себя, как будто он на месте, – сказал он, уже начиная мне верить.

– Они сами не знают. Он прятался, при нем был только Тед Райт. Вот Тед знал. И подзаработал на этом. Сказал, что и от тебя получил сотню или полторы, через Пика Марри.

– Я бы этому обалдую вдвое больше дал, если бы он всю правду выложил, – проворчал Рено. Потом потер подбородок и сказал: – Ну, значит, про Шепота и говорить нечего.

– Почему? – спросил я.

– То есть как – почему?

– Если его ребята не знают, где он, надо им подсказать. Когда Нунан его загреб, они же его выручили. А если пустить слух, что Магро втихую опять его засадил? Может, они снова придут на подмогу?

– Говори дальше, – сказал Рено.