Тьма сгущается - Тертлдав Гарри Норман - Страница 152

Волоча ноги по сугробам, к Леудасту подошел капитан Хаварт. Начинал капитан с того, что командовал той ротой, что сейчас находилась под водительством сержанта. А сам он нынче вел в бой добрую бригаду. Его вообще не повышали в чине: он так и выполнял обязанности старшего офицера на капитанском жалованье.

И забывчив он стал как генерал.

— Привет, Магнульф, — бросил он походя.

— Магнульф погиб, — отозвался Леудаст.

Если бы он тогда высунулся из воронки вместо своего сержанта, разрыв снес бы ему полголовы. «Повезло, — мелькнуло у него в голове. — Просто повезло».

— Я Леудаст.

— Ну да, верно… — Хаварт содрал с головы ушанку и пару раз хлопнул себя по затылку. — А я, видно, Марвефа, фея весенней листвы!

— Ничуть не удивлюсь, сударь, — ехидно заметил Леудаст. — Очень похожи!

Хаварт заржал, покачнувшись на каблуках. Хороший он был командир и ошибался нечасто.

— Что теперь? — спросил Леудаст.

Хаварт указал вперед, на деревушку, откуда альгарвейцы продолжали метать ядра в сторону противника.

— Завтра утром мы вышвырнем их из Мидлума, — объявил он. — Предполагается, что атаку поддержат бегемоты, но наступать будем в любом случае.

— Так точно, сударь! — покорно отозвался Леудаст и, не выдержав, добавил: — Если бегемотов не будет, в сугробах на околице этого Мидлума немало наших ребят поляжет.

— Знаю, — с той же обреченностью произнес Хаварт. — Но приказ нам дан именно такой, и я его исполню. Даже погибнув, мы послужим державе.

— Хайль, — бросил Леудаст без всякой радости.

Обыкновенно Хаварт посмеялся бы вместе с ним и согласился б, но сейчас капитан покачал головой.

— Хочешь или нет, а это правда. В Грельце мы делаем все, чтобы оттеснить рыжиков, и наша атака здесь — мы не единственные завтра идем в бой — не позволит им перебросить туда подкрепления.

— Понял, сударь, — ответил Леудаст. — Как помру — буду знать, что погиб не напрасно.

— Ага, потому что я тебя кирпичом по башке тресну, — рассмеялся капитан Хаварт и хлопнул Леудаста по спине. — Готовь людей, сержант. Атакуем перед рассветом, с бегемотами или без.

— Так точно, капитан!

На бегемотов Леудаст не рассчитывал. В этом убеждал его весь ход войны. Бегемотов не хватало всегда; слишком мало их было для столь растянутого фронта. К штурму Мидлума сержант готовил свою роту, не полагаясь на поддержку огромных зверей. Впервые он порадовался, что ветеранов под его началом осталось не более горстки: новобранцы пойдут вперед, не осознавая, как мало их доберется хотя бы до околицы.

Но потом, глухой морозной ночью, к передовой подтянулись бегемоты, лязгая броней под теплыми попонами. Блестели в звездном свете окованные железом острые рога. Благодаря огромным снегоступам чудовища легко шли по глубокому снегу.

В душе Леудаста начала пробуждаться надежда — странное чувство.

— Мы справимся, — заявил он своим бойцам. — Мы вышвырнем рыжиков из этой деревни, мы будем гнать их через поля и убивать, пока останутся заряды. Они сами напросились, когда пришли в Ункерлант и вздумали отнять наши дома. Теперь они расплатятся сполна — до последнего гроша!

Родная его деревня лежала близ старой границы с Фортвегом, далеко к востоку от здешних мест. Как-то поживают его односельчане под властью альгарвейцев? Но помочь им Леудаст мог только причинив солдатам Мезенцио наибольший урон.

В темноте плохо видно было, как закивали бойцы. Они верили каждому слову командира — большинство из них были слишком неопытны, чтобы понимать, на что идут. После завтрашнего боя они станут ветеранами — те, кто не останется лежать на замерзшей земле

Ункерлантские ядрометы принялись засыпать Мидлум снарядами почти вовремя.

— Готовьтесь, ребята! — крикнул Леудаст. — Уже недолго осталось!

Он глянул туда, где за полем вспыхивали колдовским огнем разрывы. Альгарвейцы не могли не догадаться, что готовится атака. Если повезет, артподготовка помешает им организовать отпор. Если нет…

Засевшие в Мидлуме рыжики были настороже — Леудаст не мог припомнить, чтобы альгарвейцев удалось застать врасплох. Мечталось, конечно, об этом, но не более того. На траншеи ункерлантцев обрушился встречный град ядер — верней сказать, по счастью, немного за траншеями, так что пострадавших от обстрела оказалось немного.

По всему фронту зазвучали офицерские свистки: команда к атаке. Леудаст занимал офицерский пост, но свисток носить чином не вышел. Хватило и крика:

— Вперед!!!

Двинулись с места бегемоты. Чудовища остановились на окраине Мидлума. Те, что несли на спинах ядрометы, вместе с передвижной батареей обрушили свои снаряды на несчастную деревню. Другие поливали деревенские избы огненными лучами из станковых жезлов. В Мидлуме вспыхнули пожары, подсвечивая восточный горизонт, будто не ко времени подступившая заря.

Леудаст припал к земле, как ему показалось, за заснеженным валуном. Но на валунах не растет шерсть, то был дохлый бегемот — давно, судя по всему, дохлый, а значит, скорей всего, альгарвейский.

— Перебежками! — гаркнул Леудаст. — Перебежками!

Бойцы знали, что делать: одни залегли, прикрывая огнем бегущих, покуда те наступали, потом обе группы менялись ролями. Но одно дело — знать, а другое — делать, причем под огнем и сразу как положено. Большего, чем получилось в результате, Леудаст от своих подчиненных и не ожидал.

Его живо интересовало, нет ли у альгарвейцев в Мидлуме бегемотов. Если и были, звери непременно выйдут на открытое место: единственное, что могло остановить атакующего бегемота, — другой бегемот. Но из-за горящих домов не показалось ни единого чудовища. Может, подумал с надеждой Леудаст, они все от холода сдохли.

Когда пришел его черед, сержант ринулся вперед, к полыхающей деревне. Он промчался мимо повалившегося в снег мальчишки — тот зажимал обеими руками живот, но алая кровь хлестала сквозь пальцы, дымящейся струей стекая в снег. Леудаст только головой покачал на бегу.

Ему не раз приходилось отбивать атаки альгарвейцев на укрепленные деревни. Он знал, как это делается, и, к несчастью, противник тоже это понимал. В обороне они держались не хуже, чем в нападении. Но оставаться в Мидлуме и цепляться за каждый дом рыжики не могли себе позволить — потому что ункерлантцы не просто бросили солдат в лобовую атаку на деревню, но одновременно обходили ее с флангов, отрезая от захваченной противником территории.