Зеленый огонь - Тичнер Луиза - Страница 26

— Какая муха тебя укусила, что ты решила проделать это? — строго спросил Броун у Ривен, когда они оба оказались в его палатке.

Девушка стояла перед ним, и мокрая одежда липла к телу, словно водоросли. Волосы ее уже высохли и стали жесткими от соли.

Когда король застал ее на берегу, Ривен пришлось одеваться, стоя по горло в воде. Это было очень неудобно, так как волны то спутывали, то рвали из рук тунику и чулки. Когда наконец ей удалось прикрыть свою наготу, она шатаясь вышла на берег, и Броун сразу же повел ее в свою палатку.

— Я была грязна, и мне просто необходимо было искупаться.

— Я не имею в виду твои морские купания. Я говорю о том, что ты, переодевшись в мужскую одежду, последовала за моей армией, бросив мою мать!

Ривен встретилась с Броуном взглядом и, несмотря на то что король был сердит отметила, насколько усталым и измотанным он выглядит. Еще раньше она обратила внимание на то, что камни, которые король носит на голове, не приносят ему облегчения и что он выглядит много старше своих лет. Теперь же, может быть, отчасти еще и от того, что он только недавно участвовал в схватке со стьюритами, груз гнетущих его забот еще увеличился, и король выглядел до крайности усталым.

Внутри нее шевельнулась жалость, но воспоминание о том, как жестоко он обошелся с ее матерью, заставило замолчать слабый голос сострадания. По тому, как стремительно текла в ее жилах горячая кровь, Ривен догадалась, что зеленый камень доуми воды зовет ее. И если четыре драгоценности, вставленные в корону, высасывали из Броуна жизненные силы, то это происходило только потому, что он не имел никакого права носить эти камни, владеть ими.

— Я хотела увидеть войну своими собственными глазами, — заявила она ему. — Когда Альбин сказал, что он отправляется сюда, я отправилась вслед за ним.

— Альбин! — Броун ухмыльнулся и нахмурился. — Это все его рук дело? Значит, это он предложил тебе стать конюхом и нацепить этот маскарадный костюм? — Броун взмахнул рукой, указывая на обкромсанные локоны и грязную тунику.

— О нет! Альбин вовсе не знал, что я отправилась вслед за ним! Переодеться юношей — это тоже была моя идея! — воскликнула Ривен, вовсе не желая, чтобы Альбин попал в беду из-за нее. Как-никак, он был так добр к ней.

Броун ничего не говорил, только недовольно смотрел на нее. Затем, после того как он устало закрыл глаза и снова открыл их, король вызвал слугу.

— Проследи, чтобы ей выдали сухую одежду. Когда она переоденется в приличное платье, накрой стол на двоих, — распорядился он.

Через некоторое время Ривен снова вошла в королевский шатер. Она подравняла свои коротко остриженные волосы и вычесала из них соль. Слуга не сумел найти никакой женской одежды и принес ей чистую тунику, целые чулки и длинный красный бархатный плащ, который закрывал ее фигуру от шеи до носков туфель.

— Так-то лучше, — король улыбнулся и кивнул. За то время, пока Ривен отсутствовала, его настроение значительно улучшилось. — Жаль, что ты отрезала свои прекрасные волосы.

С этими словами король слегка наклонил голову и придирчиво оглядел ее новую прическу.

— Вынужден признать, однако, что так, пожалуй, тебе еще больше к лицу.

Ривен с удивлением и осторожностью наблюдала за Броуном.

— Чем ты питалась все это время? — осведомился король почти сердечно.

— Тем, чем обычно питаются все конюхи. Хлебные корки, суп и время от времени обрезки мяса.

— Надеюсь, что к тебе там хорошо относились.

Ривен пожала плечами. Ей пришло в голову, что о выходке Барта упоминать не стоит.

— Ладно. Сегодня вечером тебя ожидает неплохой ужин, лучше, чем обычно едят грумы. Садись.

Стол был застлан тонкой белой скатертью и уставлен самыми разнообразными кушаньями. Здесь была приправленная специями домашняя птица, сыр и мягкий хлеб. Особенно долго взгляд Ривен не мог оторваться от разукрашенной серебряной миски с засахаренными фруктами.

— Ягоды эмбери! — воскликнула Ривен, не в силах сдержаться, она даже захлопала в ладоши. — Они растут только на севере. Как тебе удалось достать их здесь?!

Броун смотрел на Ривен, пока она усаживалась подле стола, кутаясь в плащ, и его улыбка становилась все теплее и теплее.

— Мой повар — настоящий специалист по части таких маленьких чудес, — объяснил он. — Ты любишь эмбери?

— Очень, — призналась Ривен, чувствуя, как рот наполняется слюной. Маленькие зеленые фрукты были ее слабостью. На протяжении нескольких недель, с тех пор как она рассталась с Грис и покинула свое уединенное жилище в горах, она ни разу не почувствовала во рту их терпкой сладости.

Не скрывая своего удовольствия, Броун наблюдал за тем, как Ривен взяла несколько ягод и положила их в рот. Сам он взял со стола затейливый металлический кувшин и налил ей бокал густого красного вина.

— Ты — странная молодая девушка, — сказал Броун, протягивая ей кубок. — Мне следовало бы рассердиться на тебя за твои нахальные проделки, но вместо этого я чувствую себя польщенным.

— Польщенным? — Ривен прекратила жевать и недоуменно глянула на него.

— Мне пришло в голову, каким образом можно объяснить твое необычное поведение.

Король наклонился ближе и сверкнул своими ослепительно-белыми зубами. Его голова оказалась в считанных дюймах от головы Ривен и она с такой силой ощутила притяжение зеленого камня, что ей потребовалось все ее самообладание, чтобы удержаться и не протянуть к нему руку.

— Быть может, — продолжал король, — ты переоделась юношей и отправилась в Акьюму вслед за мной, так как беспокоилась о моей безопасности.

Ривен чуть не подавилась очередной пригоршней ягод.

— А может быть, ты еще раз обдумала мое предложение и приехала сюда, чтобы сообщить мне о том, что изменила свое решение…

При этих словах у Ривен пропал весь аппетит, даже эмбери не могли больше соблазнить ее. Проглотив то, что оставалось у нее во рту, она ответила:

— Вы ошибаетесь, сир. Я по-прежнему не желаю становиться вашей любовницей, если вы это имели в виду. Поэтому я приняла все меры предосторожности, чтобы вам не стало известно о моем присутствии. И если бы вы не застали меня во время купания, вы так никогда и не узнали бы о том, что я была в лагере вместе с вами.