Зеленый огонь - Тичнер Луиза - Страница 99

Когда добровольные гонцы вернулись вместе с Бау и доложили, что Фена нигде не могут найти, Броун, пренебрегая приветствиями усталого командующего, напрямую спросил:

— Сколько, по-твоему, у нас осталось времени?

Ответ последовал неутешительный:

— Они нападут на нас утром, — уверенно предположил старый вояка. Там, снаружи, происходит что-то непонятное, и это не предвещает ничего хорошего. Какие-то огни, вспышки света — такие, что я и не поверил бы, если бы не видел собственными глазами.

— Где Альбин? — спросил Броун.

— Вот уже несколько часов его нигде не видно, — мрачно сообщил Бау. — Я уверен, что они с Феном отправились на разведку и попали в беду.

Морщины на лице короля стали глубже. Броун подумал о Зеленом огне и выбранил себя за то, что позволил спрятать его за пределами города. Его не удивило бы известие о том, что Альбин и Фен, рискуя попасть в плен к стьюритам — а эта судьба была пострашнее смерти, — отправились добывать грозный порошок.

Сказав своим воинам несколько кратких, но ободряющих слов, Броун кивнул Бау и, снова взобравшись в седло, поехал в сторону главной башни замка. Пока он ехал, его несколько раз начинало тошнить и он со стоном вцепился в луку седла, чтобы не упасть.

«Чувствую себя, как больная женщина, — с отвращением подумал он. — Мускулы ослабли, как у инвалида». Однако сейчас он не мог позволить себе ни минуты слабости. Какая бы болезнь ни ввергла его в кому на долгих два дня, продолжая и сейчас подтачивать его силы, он не должен обращать на нее внимания.

Броун обнаружил старую башню покинутой. Разразившись у незапертой двери громкими проклятьями, Броун распахнул ее и, перескакивая через ступени, бросился наверх, к комнатам Ривен. Как он и подозревал, там никого не оказалось. Некоторое время Броун молча стоял посреди комнаты и озирался по сторонам, глядя на то, что осталось ему от Ривен: оставленное вышивание; кресло, в котором Ривен любила сидеть у окна, когда расчесывала свои волосы; серебряные расчески и гребни, которые он подарил ей. Подобрав один из гребней, он в задумчивости провел пальцем по прядке черных волос, застрявших в частоколе ее зубьев.

Куда могла подеваться его упрямая жена? Может быть, она теперь в лагере стьюритов, со своими союзниками-доуми?

Может быть, они вместе строят планы, как разделаться с ним?

Хлопанье широких белых крыльев за окном отвлекло его от горьких раздумий. Упитанная белая птица неизвестной породы впорхнула в окно и по-хозяйски уселась на спинку кресла Ривен. Сложив крылья, она глянула на Броуна своими невозможными глазами-вишенками:

— Если ты ищешь свою возлюбленную, то здесь ты ее не найдешь.

У Броуна отвисла челюсть.

— Она разговаривает! Произносит слова прямо в моем мозгу! — воскликнул он и лицо его из восхищенного стало подозрительным. — Ты кто, птица? Ведьма, умеющая принимать форму животных, или замаскированный волшебник?

— Я — пиллаун, — с достоинством объяснила Сэл. — Пиллаун умели говорить еще в те времена, когда вы, люди, только рычали и кидались камнями.

— Но ведь пиллаун…

— Мы не вымерли, просто редко встречаемся. Я — последняя из своего племени, — добавила она с ноткой печали. — Тем не менее я прилетела сюда не для того, чтобы говорить о себе, а побеседовать с тобой о Ривен.

Броун шагнул вперед:

— Ты знаешь, где она, пиллаун?

— Конечно, знаю, и ты тоже должен это знать. Ведь ты все еще любишь ее, ведь так? Ну конечно, это видно невооруженным глазом.

— Не важно, какие чувства я к ней испытываю, — твердо ответил Броун. — Она ненавидит меня.

— Женское сердце не так-то просто понять, король. Как может Ривен ненавидеть тебя, если носит под сердцем твое дитя и даже сейчас, рискуя жизнью, занимается весьма опасным делом, лишь бы тебе помочь? — Сэл обмахнула взмокший лоб Броуна мягким белым крылом. — Если хочешь, чтобы твоя жена и ребенок остались в живых, помоги ей!