Остров мечты - Тихонов Алексей - Страница 37

Офицер с подчеркнутым безразличием пожал плечами:

— Скажу, что наша беседа теряет смысл, покуда непонятна цена столь щедрой дружбы, господин граф. Или вы объезжаете побережье, предлагая помощь всем подряд беженцам из Гердонеза?

Бику вдруг посерьезнел, сквозь опухшую физиономию гуляки проступили жесткие черты.

— Будь по-вашему, господа, сыграем открыто. Как я понял, вы намерены обустроить себе жилище прямо здесь, так? Назад пути нет, там варвары, не знающие ни закона, ни совести. На благословенный же юг не пустит закон, от совести заботливо очищенный. Я ни в чем не ошибся пока?

— Продолжайте, — кивнул, едва заметно подобравшись, Эскобар.

— Вы правильно рассчитали, господа, что чужих скитальцев в глубине Валесты никто не ждет. Вы только не учли, что и тут, на побережье, могут действовать свои правила.

— Кто же их определяет, позвольте узнать?

— В данном случае, сударь, я, — невинно развел руками Бику. — Если сомневаетесь, поговорите с окрестным людом. На этих землях именно я сужу, караю и жалую.

Подобная фраза давно ожидалась, потому Эскобар только набычился пуще прежнего.

— Удивительно, сударь, мы-то были совершенно уверены, что эти земли относятся к королевскому домену.

— Относятся, верно, — кивнул граф. — Корона ими владеет, я — управляю. Улавливаете разницу?

— То есть управляете по поручению короля, да?

— Тысяча чертей, по собственной воле! — Бику топнул ногой, но тотчас скривился от боли. — При чем тут король, господа? Амиарта далеко, у монархов других забот полно, стало быть, правит здесь голая сила. Как в веселые стародавние времена, понимаете? Коль скоро в данной местности сила на моей стороне, то и реальная власть оказывается там же. Разве у себя в Гердонезе вы не сталкивались ни с чем подобным?

— У нас в Гердонезе это в мягкой форме называлось самоуправством, — задумчиво произнес офицер.

— А в жесткой — разбоем, — неожиданно добавил Иигуир. — И наказание выбиралось соответственное. Любопытно, как в Амиарте отреагируют на вольности графа Ле-Менен?

Гость поспешил вернуть себе былую невозмутимость:

— Уверяю, господа, там уже зевают, получая новые известия об этом. Кстати, от кого имею честь выслушивать такие вопросы?

— Мне представиться гораздо проще, сударь, нежели вам. Ни пышных титулов, ни имений. Просто Бентанор Иигуир.

— Ого! — Бику едва не присвистнул. — Каких редкостных птиц, однако, заносят в наши края северные ветры. Тот самый зодчий?

Старик лишь холодно поклонился.

— Как же, как же, наслышаны. Хоть и считают нас здесь, в захолустье, дикими животными на манер медведей, все-таки кое-что долетает... Отлично, ваши таланты, господин Иигуир, тоже придутся ко двору! Есть у меня одна занятная идейка, давно вынашиваю — хочется, понимаете ли, в корне перестроить родовое гнездо. Только вот планы столь смелы, что, боюсь, заурядный мастер не осилит. Другое дело — признанный талант!..

— Я отошел от настоящей работы, сударь. Годы берут свое.

— Ну, ничего, думаю, этот вопрос мы еще обсудим. На то и существуют человеческие взгляды, чтобы меняться, верно? — Бику хохотнул, собеседники не вернули ему даже скупой улыбки. — Кхм... Что-то дождь расходится, уже не в радость... Стало быть, желаете объясняться коротко и ясно, господа? Извольте. Раз именно я держу под контролем данный край, любой проживающий здесь обязан выделять мне некоторую подать. Достаточно ясно?

— Зачем же нам эта не прописанная ни в каких законах подать? — спросил Иигуир.

— Во-первых, по все тому же древнему праву сильного, сударь, — теперь граф произносил слова четко, отрывисто, будто выплевывая их со злостью. — Можете поверить, у меня хватит воинов, чтобы принудить к покорности любого. Однако не стоит оплакивать участь здешних жителей — в обмен они получают покой, защиту и справедливый суд. Не так уж мало в наши-то смутные времена.

— От кого же вы собираетесь защищать нас? — фыркнул Эскобар.

— Сей мир полон темных сил, сударь. Попробуйте продержаться в нем без серьезной поддержки, и вы очень скоро поймете, что я имею в виду. Воровские шайки, своевольные бароны, бродяги, дезертиры, всего не перечесть...

— Другими словами, большой разбойник предлагает нам защиту от мелких, так?

На этот раз Бику встретил колкость офицера хмуро:

— У меня нет более ни времени, ни желания заниматься отвлеченными спорами, господа. Называйте меня как угодно, подчинения вам не избежать.

— А если мы посчитаем его излишним? — Эскобар незаметно отступил на шаг, дабы удобнее было выхватывать оружие.

— Вам нужна кровь? Или толпа ваших щенков-молокососов придет на выручку? Поверьте, господа, я вовсе не зверь, однако принцип есть принцип. Добровольно или по принуждению, но платят все. С какой стати мне делать исключение для вас?

— Чем же вы предполагаете поживиться у бедных скитальцев?

Граф презрительно оттопырил губу:

— Неужели вы всерьез полагаете, я тащился бы сюда с больной головой, а после развлекался бы дурацкой, нудной беседой, будь вы простыми беженцами? Да такими нищими оборванцами нынче кишит все побережье! Я же не стану по-дружески уговаривать каждого, верно? Неделей раньше или позже подъедут мои молодцы, все объяснят, кого-то похлопают по плечу, кому-то дадут по зубам... Не впервой... Правда, добычей в результате окажется несколько затертых медяков, и большего там не выбить.

— А у нас рассчитываете на большее?

— Именно так. — Бику уверенно оглядел своих собеседников. Подспудные приготовления Эскобара к бою вновь остались без внимания. — Вы вообще, господа, представляетесь какой-то странной, нерядовой компанией. Я долго отмахивался от сообщений дозорных, однако теперь понимаю, что они даже недооценили всю степень вашей странности.

— О чем это вы, сударь? — нахмурился Иигуир.

— У вас есть деньги. Пока мы не знаем, сколь много, но и последние монеты не следовало так беспечно демонстрировать простонародью. Здесь к блеску золота непривычны.

— И вы явились сюда только поэтому?

— Главным образом, да. Хотя имелись и другие странности: чего стоит, к примеру, состав вашего отряда.