Остров мечты - Тихонов Алексей - Страница 90

— А может, ты хотел просто насолить мне и неплохо заработать? — опять зарычал Левек.

— Нет, капитан! — Моряк тоже вспылил. — У меня и впрямь есть причины недолюбливать вас, да и деньги бы сейчас не помешали. Однако я честный человек, сир, и помогать пиратам устраивать здесь кровавую бойню не стану. А откажись я сразу и погибни как герой, это все равно бы никого не спасло. И кто предупредил бы вас об опасности?

— Ты правильно поступил, сын мой, — Иигуир встал между спорщиками, — что сообщил обо всем. Впредь, конечно, будешь осмотрительней в знакомствах и не дашь себя обмануть. Помощь же, оказанная тобою, неоценима.

— Благодарю вас, мессир.

— Когда эти разбойники собирались совершить свое гнусное дело?

— Около полуночи.

— Недавно уже отбили одиннадцать, — заметил Эскобар.

— И сколько может оказаться лиходеев? — продолжал Иигуир.

Иртон почесал в затылке:

— Я видел только троих, но, судя по некоторым фразам, недавно подошел их корабль. Мыслю, наберется человек двадцать — двадцать пять.

— Хорошо, спасибо тебе, сын мой. Ступай теперь с миром.

— Двадцать — двадцать пять... — проворчал Левек, когда моряк ушел. — После того что я слышал о Дафе, не удивлюсь, если явится и полсотни головорезов. Город просто кишит негодяями. Да и сам Иртон... Надо же, мессир, ведь эта свинья еще смеет причислять себя к честным людям!

— Не забывайте, капитан, похоже, именно ваш удар в харчевне Варца помог пиратам выбрать себе сообщника. Впрочем, сейчас неподходящее время искать виноватых. Я вижу лишь два пути: принять неравный бой или бежать.

— Бежать? — изумился Левек. — Да вы посмотрите по сторонам, мессир! Через час разверзнется такое, что все прежние шторма покажутся раем!

— Я гораздо уверенней чувствовал бы себя в бою, — несколько отстраненно произнес Эскобар, — но если имеется хоть один шанс уйти... Дешево мы тут не отделаемся. Даже если повезет и отобьемся, то потеряем много людей. Кого можно нанять взамен в этом городе-притоне? Мы погубим наше путешествие, а возможно, и жизни. Вдобавок акулы, взявшие след, просто так не отцепятся.

— Он прав. — Иигуир пристально посмотрел на Левека. — Однако решение остается за вами, капитан.

Тот колебался с минуту, заглядывая в глаза товарищам и морщась.

— А-а, черт с вами! — махнул, наконец, рукой. — Коль влезли в воду, будем барахтаться. Где наша не пропадала! Рискнем. Попробуем прорваться на восток, может, успеем... С вами, господа, если не погибнешь, то уж точно сойдешь с ума... Но если все же Творец не позволит нам утонуть по дороге... то за вами бочонок тиссийского вина, господин Эскобар.

Опасаясь наблюдения со стороны, уходить старались как можно осторожней. К счастью, только пара факелов у сходней продолжала отгораживать корабль от стены густого мрака. Стоило подставить их под все более крепкие порывы ветра, как пламя зачахло, все погрузилось в темноту. Боясь возиться на пристани, обрезали швартовые канаты, и «Эло», бесшумно развернувшись, заскользил между судами к выходу из гавани. Когда он поравнялся с маяком, на стоявшем неподалеку корабле поднялся шум. Замелькали огни, послышались выкрики, застучали весла, но «Эло» уже мощно и уверенно выкатывался в открытое море. Погони не было.

— Видно, не родились еще те идиоты, что последовали бы за нами, — вымученно ухмыльнулся Левек, оглядываясь.

Встретивший свежий ветер напомнил, что одной опасности они вроде как избежали, зато к другой лезут прямо в пасть. Гребцы работали изо всех сил, словно пытаясь обогнать надвигавшийся шторм, но едва скрылись из виду огни Дафы, он накрыл их. Только это был не шторм, а настоящий ураган! Бешеный ветер и огромной высоты волны с остервенением налетели на легкомысленную скорлупку, осмелившуюся бросить им вызов. Они кидали, качали, вертели ее яростно и упоенно. Корабль то взмывал в воздух, блестя мокрым днищем, то, завалившись на бок, полностью погружался в пучину, и казалось чудом, что он еще всплывал из-под очередной водяной скалы. Оглохшие и ослепшие люди сделали единственно возможное — бросились плашмя на дно, закрыв головы руками и призывая на помощь Господа. Лишь хлынувшая отовсюду вода заставила самых стойких взяться за работу. Когда прокатывался очередной вал, они вновь появлялись у бортов и продолжали с каким-то исступлением вычерпывать воду, пока новый вал не сбивал с ног. Чудилось, люди готовы были вычерпать все это рассвирепевшее море. Левек, прикрученный веревками к румпелю, снова и снова разворачивал корабль поперек налетавшей волны. Отчаянно перебирая крошечными лапками-веслами, «Эло» упорно не желал идти ко дну. Час за часом продолжался этот неравный поединок человеческой стойкости и могущества стихии. Несколько раз море вроде бы ослабляло свою хватку, но, чуть передохнув, набрасывалось с прежней лютостью. Сдаваться не желал никто.

Только к середине следующего дня люди почувствовали, что буря начала отступать. Еще завывал ветер и метались волны, но светлеющий горизонт уже приветствовал победителей. К полудню море и вовсе замерло, вновь сделавшись тихим и покорным. Едва верящие в это обессиленные странники со слезами на глазах обнимались и благодарили Бога за свое волшебное спасение. Только одного моряка смыло за борт. Состояние корабля удручало: наполовину залитый водой, он еле держался на поверхности, накренился на левый борт, лишился шлюпки и мачты. Когда взялись откачивать воду, в обшивке обнаружилось несколько щелей. Однако они выстояли!

Словно израсходовав весь запас безумства, в последующие дни море вело себя на редкость кротко. Кое-как заделавшие течи путешественники неторопливо двинулись на веслах на восход, выправляя сбитый штормом курс. Измотанные физически и нервно, они были способны сейчас лишь на такую, неспешную и монотонную, работу. Любые попытки подгонять оказались бы не только жестокими, но бессмысленными. Через день кое-как закрепили мачту, подняли зарифленный парус, скорость чуть выросла. Левек, сутками колдовавший с картами, компасом и какими-то хитрыми приборами, объяснил, что постарается выйти к островам Оринолы — крохотной торговой республики посреди океана.