Ожерелье Онэли - Тимофеева Лина - Страница 21

Хельви окончательно пришел в себя. Хотя двери наверху он так и не нашел, зато проход, кажется, стал свободен от чудовища, и они смогут дойти до большого спуска в подземелье. Хотя выход на первый этаж перекрывает большая каменная плита, но нужно еще уточнить, не уловка ли это, подстроенная Вепрем. В конце концов, можно попробовать разрубить плиту чудесным мечом. Шею чудовища он перерубил, словно тряпичную куклу. Правда, сразу после удара меч отяжелел. Хорошо хоть свет от лезвия лился не переставая. Он освещал достаточно места, чтобы можно было сориентироваться в подземелье. К тому же откуда-то из темноты виднелось робкое свечение — очевидно, из той комнаты с сундуком, которую Хельви прошел с гарпией.

— Ну, хороший мой, куда пойдем? — Кажется, Вепрь был снова готов к походу.

— Если мы пойдем в ту сторону, где свет, то окажемся в колодце, из которого я попал в подземелье с первого этажа. Правда, потом он оказался замурованным сверху большой плитой. Это не ты сделал?

— Нет, не я. Я вообще не видел на первом этаже никаких колодцев. Там ровный гладкий пол.

— Как же ты попал в зал?

— А я пытался подняться по разрушенной лестнице на разрушенный же второй этаж башни. Оказался в небольшой комнатке неподалеку отсюда. Никаких других выходов, кроме как в сторону вашего зала, из нее не было.

— Ты шел наверх, а оказался внизу? А я-то решил, что ты поспешил мне на помощь. Может, если мы начнем спускаться вниз, то поднимемся наверх? Наина, что скажешь?

— О чем говорить-то?

— О том, — сдерживаясь, начал Хельви, — что магия башни работает таким образом, что низшие уровни оказываются наверху, а верхние — внизу. Если это верно, значит, твой коридор не был самым последним, есть более низкие этажи.

— Откуда я знаю? — каркнула гарпия и начала поправлять прическу.

— Вепрь, а может нам попытаться прорваться через тот колодец? Мне кажется, твой новый меч способен разрезать каменную плиту.

— А это мы сейчас проверим, — и Вепрь, размахнувшись, врезал мечом по большому камню, свалившемуся сверху. Отдача от удара была такой силы, что алхин еле удержался на ногах. Лезвие шваркнуло по камню, отколов от него небольшой кусочек. Вепрь выронил меч.

— Нет уж, так мы плиту не разобьем, — мрачно сказал он, держась за плечо.

— Я припоминаю легенду о проклятии башни Ронге, — неожиданно сказала гарпия.

— И о чем она?

— Подробностей не помню. В общем, башню строили два могучих колдуна. И один из них возгордился. И говорил, что смог бы построить десять таких башен, причем совершенно один, без помощи собрата. Второй колдун обиделся на эти слова. Совсем как вы, люди, — неожиданно вставила Наина. — Он схватился за шпиль уже построенной башни, вырвал ее из земли, перевернул в воздухе и воткнул крышей в землю.

— И в чем же проклятие? — поинтересовался Вепрь.

— Говорю же, подробностей не помню, — отрезала гарпия.

— В результате фундамент башни оказался наверху, а крыша — в земле, — задумчиво закончил историю Наины Хельве и посмотрел на алхина. — Я все думаю про то, как ты поднимался наверх, а оказался внизу. Где-то я читал историю про лестницы-перевертыши. Смысл в том, что некоторые лестницы со стороны как будто ведут наверх, а на самом деле вниз. Идущий по ним поднимается, но все время приходит к подножию. Отважный граф Броди по прозвищу Китовый Зуб при помощи лестницы-перевертыша разоблачил оборотня-мари в своем замке. Коварный мари прикидывался младшим конюшим, а по ночам нападал на беззащитных жителей замка. Когда Китовый Зуб утвердился в своем подозрении, он тайно велел присыпать лестницу-перевертыш прозрачной пудрой и приказал конюшему-мари воспользоваться ею, чтобы принести графский рог из верхней комнаты замка. Мари поспешил выполнить приказ господина, но, поднявшись наверх, он снова очутился внизу. Коварный оборотень решил, что ему померещилось, и начал подниматься по лестнице снова, но попал ногой в свой собственный след. Колдовство рассеялось, и он принял свой истинный облик чудовищного мари. Воины графа прикончили его копьями.

Хельви перевел дыхание. Вепрь немного помолчал. Наина склонила головку набок и зевнула.

— Это может быть просто сказкой. Хотя, исходя из собственного опыта, могу сказать, что всякая сказка несет в себе долю правды. Итак, я понял, что единственная дорога, о которой мы имеем представление, ведет вниз. У нас есть выбор — мы можем искать новый путь, не спускаясь ниже и рискуя нарваться на еще одного монстра. Правда, у нас есть меч, который крошит этих тварей, как начинку для пирога. Но надолго ли хватит нам сил отбиваться от все новых чудовищ? Либо мы должны спуститься вниз, и если все подземелье Ронге построено по принципу лестницы-перевертыша, у нас есть крохотный шанс очутиться наверху. Не очень понятная легенда, которую рассказала гарпия, вроде говорит о том же. Конечно, Оген знает, кого мы встретим там, внизу. Может, даже чудовищ похуже нашего, — алхин кивнул в его сторону. — Но лично я доверяю сказкам и предпочитаю один маленький шанс против одного большого неизвестного.

— Я согласен, — помолчав, сказал Хельви. Гарпия пожала плечами. Алхин подобрал меч.

— Ты давно ел?

— С прошлого вечера ни крошки во рту не держал, — сказал Хельви и подумал, что события этой ночи начисто лишили его аппетита.

— Я перекусил наверху. Ты поешь по дороге. Возьми, — и алхин протянул принцу очередной сухарь и свою маленькую флягу.

Хельви благодарно взял протянутый хлеб и воду и начал закусывать, следуя за Вепрем. Гарпия отряхнула свою мешковину и замкнула отряд. Алхин внимательно оглядывался по сторонам, однако опасность, кажется, на время затаилась в темных углах подземелья Ронге. Меч в руках Вепря успешно прогонял темноту, впрочем, и окуляры делали свою работу.

Вскоре они дошли до небольшого проема в стене, откуда шел свет. Отряд вошел в небольшую круглую комнату, стены которой были щедро украшены магическими кристаллами. Алхин отметил про себя сундук, позеленевший от времени, который стоял у самой стены. Нужно будет наведаться в башню еще раз, решил Вепрь. Правда, небольшая поправка — для того, чтобы вернуться, нужно выйти наружу. Конечно, можно попытаться отковырнуть несколько камушков прямо сейчас. Но Вепрь умерил свою жадность — второй мешок ему просто не утащить, а нагружать колдовскими штучками мальчишку не семи пядей во лбу — это все равно, что проверять, хорошо ли стреляет арбалет, предварительно приставив его к собственной голове. О том, что мешки могла бы тащить гарпия, не могло быть и речи. Вепрь не доверял нежити, но очевидно, что мальчишка владел какими-то мощными заклинаниями, раз сумел приручить это чудище. Сильный колдун, но узкой направленности, заклинаний защиты совсем не знает, подумал Вепрь. Иначе никак бы не затолкал он Хельви в башню.

Протиснувшись узким коридором до знакомого проема, они остановились. Из широкой дыры дул легкий ветерок. Хельви не мог вспомнить, обдувало ли его, когда он попал на первый этаж башни. Кажется, нет. Здесь же тянуло сквозняком. Принцу показалось, что в воздухе пахнет гнилой древесиной. Аромат не слишком приятный, но он навевал надежду все-таки выбраться из башни-перевертыша по тому плану, который они составили: гнилые бревна во множестве валяются наверху, может, они в самом деле приближают к поверхности?

— Вот что, хороший мой, пусть гарпия слетает наверх и посмотрит на вашу плиту. Может, эта ловушка действует определенный период времени и сейчас она снова открыта.

— Наина, посмотри, что там с плитой.

Гарпия фыркнула. Решительно, после еды характер у нее резко испортился. Однако она подошла к проему и легко соскользнула в дыру. Через секунду Наина уже исчезла в темноте.

— Сколько шагов отсюда до выхода, если ползти вверх?

— Около пятисот. Через триста шагов еще один проход, а дальше… Вепрь, разве не ты оставил там надпись у входа о том, что проход ведет в тупик? Надпись совсем свежая!

— Нет, я точно не оставлял никаких надписей. Я вообще в подземелье не успел заглянуть, решил поискать добычу наверху. Надпись была написана на понятном тебе языке? Чем именно были написаны буквы?