Ожерелье Онэли - Тимофеева Лина - Страница 27

Всадников молча пропустили в ворота. Прямо за ними начинался город. Хельви, не успевший толком рассмотреть Нонг, теперь с любопытством глядел на небольшие, но изящные домики с крышами-шатрами. Над каждой крышей красовался флигель в основном в виде поющего петуха. Чистота и ухоженность улиц, по которым они ехали, приятно удивили принца. Каждый камушек в мостовой, казалось, был недавно отмыт горячей водой. Прохожие, встречавшиеся на пути отряда, не шарахались с визгами по сторонам, как это было в Нонге, а спокойно шли по специально огороженным частям мостовой, на которые всадники не заезжали. Откуда-то издалека раздавались удары кузнечных молотов — альвы работали. Результаты их труда были повсюду: роскошные кованые двери в домах, ставни, которые сделали бы честь любой крепости королевства Синих озер, даже сами оконные стекла у наиболее богатых жителей были вставлены не в раму, а в изумительно выкованную, тончайшую решетку. Стекла тоже были необычные: они были разных цветов — синие, красные, оранжевые, желтые, зеленые. Вставленные в оконную решетку, они составляли дивные узоры — настоящие картины. Правда, сюжет был бедноват — в основном все тот же красный петух.

Отряд выехал на широкую площадь. Большой красивый дом в виде полумесяца стоял посреди нее. Там, где «рога» полумесяца сходились, виднелась легкая решетка ворот. Прямо на ней был вывешен медный герб хозяина — огромный вздыбленный петух. Они доставлены к господину Хате, с легким волнением подумал Хельви.

Пленных отвели в небольшую комнату на первом этаже. Окна здесь были зарешечены, а у дверей стояли сразу три стражника, вооруженных самострелами и мечами. Вепря развязали, и он принялся ожесточенно растирать затекшие руки и ноги. Цепь с гарпии не сняли, поэтому она сидела нахохлившись на полу и мрачно скалила клыки. Хельви, который по сравнению по своими спутниками добрался до дома Хате по-королевски, смущенно молчал. Признаться, в последний раз он вспоминал об алхине и гарпии еще в лесу. Потом его целиком захватили новые впечатления. Собственно, будущего короля королевства Синих озер учили не слишком обращать внимание на слуг. Однако Хельви, перестав быть будущим королем, понимал, что его отношения с людьми, возможно, нуждаются в пересмотре. Поэтому он не стал ничего говорить, а просто попросил у стоявших у дверей охранников принести чистой воды, хлеба и сырого мяса для гарпии. Один из альвов почтительно поклонился и ушел за едой.

— Мой мешок остался в лесу? — Первые слова алхина прозвучали совсем не дружелюбно.

— Не знаю, — раскаяние сказал Хельви. — Я не обратил внимания.

— Понятно, — только и ответил алхин.

В комнате воцарилась тишина. Стражник-альв внес большой поднос, уставленный мисками с едой. Там же стоял и большой прозрачный кувшин с водой. Кувшин был из стекла, и Хельви не удержался и щелкнул по нему. Дома он никогда не видел стеклянной посуды. Альв поставил поднос у ног принца, поклонился и снова занял свое место у двери, рядом с другими охранниками. Хельви перетащил поднос поближе к сидевшему алхину, сам взял миску с кусочками нарезанного сырого мяса, большую вилку и отправился кормить гарпию.

— Развяжи меня, — прошипела Наина, когда он уселся напротив нее.

— Я не смогу. Это же цепь, она держится на замке, а у меня нет ключа.

— Проклятые недоумки, — бросила злобный взгляд гарпия на охранников. — Они еще горько пожалеют, что осмелились надеть на меня эту дрянь. Они поплачут кровавыми слезами. Они…

— Перестань. Ты напоминаешь мне того карла из подземелья. Лучше поешь, — Хельви подцепил кусочек мяса вилкой и поднес гарпии ко рту. Та презрительно понюхала еду, скривилась, но схватила кусок и принялась жевать.

— Вот и умница. Возможно, к вечеру нас освободят, — размышлял, вслух Хельви, продолжая отправлять гарпии в рот новые и новые куски из миски. — Почетный плен, в который нас взяли, подразумевает, что пленник может быть или выкуплен, или отпущен на свободу при условии, что он принесет клятву верности захватившему его рыцарю. А я как раз собираюсь просить уважаемого господина Хате принять меня в свою дружину. Правда, придется носить дурацкие перья на голове, но согласись, что это все-таки лучше, чем не носить голову на плечах вообще.

— Угу, — пробубнила с набитым ртом Наина.

— А все-таки интересно, — продолжал Хельви, поглядывая на алхина, — почему они предложили нам почетный плен? Выглядим мы, прямо сказать, ужасно: немытые, нечесаные, все в каменной пыли, никакого достойного оружия с собой не несем, королевских знаков и штандартов — тем более. Обыкновенные бродяги. Странно, что нас просто не прикончили прямо там, в лесу, а приволокли сюда, да еще на условиях почетного мира.

— Любопытный вопрос, хороший мой! — Вепрь жевал хлеб, поверх которого он пристроил кусок вяленого мяса. — Если бы твоя светлость носила менее шикарные нагрудные цепи, то, конечно, на нас обратили бы менее пристальное внимание. А что до достойного оружия, то хочу только напомнить, что с нами помимо моего скромного арсенала был так называемый Меч королей. Именно так, если я не ошибаюсь, тот карлик его назвал. И где он теперь? Брошен на поляне вместе с моим мешком!

Алхин вновь был готов надуться, как мышь на крупу, однако стражники, которые дежурили у дверей, оживились и начали что-то лопотать на своем гортанном языке.

— Вепрь, ты понимаешь, о чем они говорят?

— Не очень точно. Вроде что господин Хате готов нас принять. Честно говоря, у меня не очень хорошие предчувствия, — вдруг мрачно сказал алхин. — Петухи — не самые мудрые птицы, которых я встречал даже в пределах скотного двора.

ГЛАВА 9

Господин Хате принял их в роскошном зале на первом этаже своей резиденции. У Хельви мелькнула мысль, что если дома рыцарей выглядят таким образом, то как же прекрасен должен быть замок государя Раги Второго. Роскошные витражи сияли в огромных, на всю стену окнах. Дивные резные колонны сходились капителями, образуя чудесные сплетения на потолке. Хельви уже отметил страсть альвов плести узоры из всевозможных материалов, но теперь он не уставал любоваться новыми и новыми изгибами в камне, дереве и металле. Драгоценных же камней было не очень много — видно, в лесах альвов они были редкостью. Прямо перед ними, в глубине зала, находился высокий трон. Хельви вновь удивился. В королевстве Синих озер на троне сидел только король, а тут, видно, каждый рыцарь может позволить себе такое удовольствие.

По обе стороны от трона стояла свита. Когда Хельви, Вепря и Наину подвели ближе — принца чуть впереди, алхина и гарпию немного позади, — он разглядел нескольких придворных дам и кавалеров, одетых с королевской роскошью. Цвета были, правда, вызывающие — то же сочетание красного и зеленого, что и у стражей на воротах города. Плечи дам были обнажены, пышные волосы уложены в высокие прически. На поясах у кавалеров висели мечи, но не боевые, а парадные. Таким мечом не повоюешь. Хельви вспомнил из читанного про альвов, что признаком аристократического происхождения у них является высокий лоб. И правда — лбы у придворных были высокими, а кое-кто явно подбривал волосы, чтобы его лоб казался еще выше.

Церемониймейстер, вышедший откуда-то из-за трона с высоким золоченым посохом в руке, ударив им по полу, прокричал что-то приятным низким голосом. Дамы и кавалеры склонились в глубоком поклоне. Хельви помешкал и решил не кланяться. В конце концов, он королевской крови, а господин Хате — просто рыцарь государя Раги Второго. Краем глаза он заметил, что алхин и гарпия тоже не согнулись. Вепрь стоял, отставив ногу, всем своим видом демонстрируя смертельную скуку. Наевшаяся Наина уже не шипела, однако снова впала в полусонное состояние, как в синем зале подземелья Ронге.

Между тем в зале появилась троица — знакомый Хельви Тар и еще один воин из отряда, тот самый, что вез на своем седле гарпию, почтительно шли следом за пузатым старым альвом. Волос у старичка на голове уже не осталось, так что лоб у него был, безусловно, самый высокий среди всех собравшихся. Господин Хате уселся на трон и уставился маленькими красными глазками на Хельви. Тар и его спутник заняли места соответственно слева и справа от трона. Вот у них на поясах висели самые настоящие боевые мечи, как и у стражников за спинами пленных.