Властелин ее сердца - Маккарти Моника - Страница 3

– Достаточно хорошо, Ленора. Ничего такого, что не могла бы вылечить пара часов сна. Боюсь, я слишком долго засиживалась вечерами с братом и графом…

Громкий крик во внутреннем дворе замка прервал ее.

– Интересно, что там случилось? – сказала Ленора.

Но Розалин уже вскочила со стула и ринулась к окну. Ее сердце замерло, а с губ сорвался сдавленный возглас, прежде чем она смогла удержаться. Рыжеволосый пленник стоял на коленях в грязи, держась рукой за бок, куда он, очевидно, получил удар от дюжего стражника. Салфетка с кусками мяса и хлеба, которые она принесла прошлой ночью, была на земле перед ним. Стражник кричал и орудовал кулаками. Нетрудно было догадаться, о чем он спрашивал.

Рыжеволосый покачал головой, и стражник ударил его снова, на этот раз с такой силой, что голова пленника откинулась назад и во все стороны брызнула кровь. Он рухнул на землю.

Розалин вскрикнула от ужаса. Ленора попыталась оттащить ее от окна.

– Пойдемте отсюда, миледи. Эти гнусные животные – зрелище не для ваших глаз. Бандиты и варвары, вот кто они такие. Надеюсь, ваш брат четвертует их всех.

Розалин едва слышала ее. Она оттолкнула служанку, снова издав восклицание. Она чувствовала – знала! – как поступит Шотландец. Он взревел и рванулся вперед, отбросив двоих удерживавших его стражников, словно они были тряпичными куклами. Кулак врезался в челюсть стражника, который избивал его друга. Стражник рухнул на землю. Шотландец вскочил на него и стал наносить сокрушительные удары, действуя кулаком, как молотом, пока стражник не затих и не остался лежать на земле.

Наступило секундное молчание, а потом весь двор будто взорвался.

Ленора, стоя позади Розалин, охнула от ужаса:

– Пленники атакуют!

– Нет. О Господи, нет! – простонала Розалин, глядя на последовавшую рукопашную. – Что я наделала?!

Шотландец сражался, как одержимый, как берсеркер из скандинавских саг. Голыми руками он отражал наскоки дюжины солдат брата. Всякий раз, когда кто-то из них пытался схватить его, он применял хитрый маневр и выскальзывал из рук нападающего. Обычно солдаты заканчивали схватку лежа на спине.

Светловолосый пленник ухитрился схватить один из молотов, которые использовались для разборки стены, и занял позицию рядом с Шотландцем. Вдвоем они составляли маленькую армию. Один за другим пленников усмирили, но эти два человека, казалось, готовы были отражать удары бесконечно долго. Но без доспехов и оружия они не смогли бы этого сделать. Потребовался лишь один удар пикой в бок светловолосого и один удар молота по ребрам Шотландца, чтобы англичане одержали верх.

Сердце Розалин бешено колотилось, слезы струились по щекам, когда солдаты брата окружили двоих пленников.

Господи, они хотят убить их!

Не думая о том, что делает, зная лишь, что должна остановить кровопролитие, Розалин побежала вниз по лестнице, не обращая внимания на встревоженные крики Леноры. Она выбежала во внутренний двор лишь на несколько мгновений позже брата и его людей, двое из которых пытались удержать ее на пороге башни.

– Вам не следует быть здесь, миледи, – сказал один из них. – Возвращайтесь в башню. Все скоро закончится.

Этого-то она и боялась.

– Я хочу видеть брата! – Розалин попыталась выглянуть из-за спины удерживавшего ее воина, но в толпе, наводнившей двор, не могла ничего разглядеть.

Она услышала голос брата, доносившийся откуда-то сверху:

– Что все это значит?

Охранники заговорили хором:

– Воровали еду.

– Разоблачили…

– Шотландцы напали.

– Твой человек избивал моего товарища за то, чего он не делал. Он убил бы его, если бы я не вмешался.

Звук глубокого, властного голоса поразил Розалин, как удар грома. Это был ее Шотландец, она знала это.

Роберт что-то сказал, но она не расслышала, и снова раздались голоса англичан.

Затем брат снова заговорил:

– Посадите его в тюремную яму. Там он не сможет поднять бунт.

– Это твоя английская справедливость, Клиффорд? – с насмешкой произнес Шотландец. – Убить человека потому, что он защитил того, кто не мог постоять за себя? Я мог бы убить дюжину твоих людей. В следующий раз я так и сделаю.

Розалин снова попыталась прорваться во двор, но один из стоявших рядом с ней людей – рыцарь, которого, насколько она знала, звали Томас, силой удержал ее.

– Вашему брату не понравится, что вы находитесь здесь, миледи. Вам следует вернуться в башню.

– Но что с ними сделают?

Рыцарь с усмешкой посмотрел на нее:

– Их казнят, разумеется.

Кровь отхлынула от лица Розалин. Очевидно, у нее был такой вид, словно она вот-вот упадет в обморок, потому что Томас подозвал солдата, и вдвоем они отвели ее в башню.

Розалин казалось, что она ждет уже несколько часов, пока брат вернется в свою комнату. Ее руки, лежавшие на коленях, нервно подрагивали. Бокал вина, которое она выпила для храбрости, вызвал тошноту. Ее пугало предстоящее объяснение, но она знала, что его нельзя избежать. Она не могла позволить, чтобы этих людей убили из-за того, что она сделала.

Уже стемнело, когда Роберт наконец вошел в комнату. Увидев Розалин, он удивился:

– Что ты здесь делаешь, Роузи-лин? Я думал, ты готовишься к ужину. – Заметив несчастное выражение ее лица, он нахмурился. – Что-то случилось?

Розалин несколько раз нервно моргнула, чувствуя, как жар охватывает горло и глаза.

– Это моя вина! – Она была не в состоянии сдерживаться, слезы и эмоции захлестнули ее. – Я дала им эту еду. Я думала, что в этом не будет никакого вреда. А они выглядели такими голодными. Я просто старалась помочь. – Розалин вцепилась в руку брата, и слезы заструились по ее щекам. – Ты не можешь наказывать их!

Роберту потребовалось несколько мгновений, чтобы разобраться в этом беспорядочном признании, но когда он осознал смысл слов сестры, его лицо потемнело. Брат крайне редко сердился на нее, и она была очень огорчена.

– Разрази меня гром, Розалин, я говорил тебе, чтобы ты держалась подальше от них! Ты хотя бы представляешь, насколько эти люди опасны?

– Представляю. Клянусь, я никогда и близко не подходила к ним.

Она объяснила, как по ночам относила остатки еды и клала их в тележку. Казалось, Роберт немного расслабился, и выражение его лица уже не было таким грозным.

– Я только хотела немного облегчить их страдания. Я не ожидала, что произойдет такое.

Он окинул ее долгим изучающим взглядом:

– Ты никогда не ожидаешь, что такое может произойти. Именно поэтому ты и не должна находиться здесь. Ты слишком мягкосердечна для войны. Эти люди совсем не то, что твоя судомойка с мозолями на руках или служанка, которой потребовалось провести больше времени с больным ребенком вместо того, чтобы исполнять свои обязанности.

– Но у Кэти руки потрескались настолько, что истекали кровью. И было несправедливо, что Мэри лишилась недельного заработка из-за нескольких часов…

Брат поднял руку, чтобы остановить поток ее слов:

– Именно это я и пытаюсь тебе объяснить. Эти люди – закоренелые убийцы, они не заслуживают твоей доброты.

Розалин наклонила голову, не смея встретиться с ним взглядом.

– Я должна была сделать хоть что-нибудь.

Она услышала вздох брата, а мгновением позже он обнял ее и притянул к себе. Облегчение от того, что он простил ее, заставило Розалин рыдать еще сильнее.

– Мне так жаль…

Роберт шептал сестре успокаивающие слова и покачивал ее, пока она не утихла. Это напомнило ей о той ночи, когда умер их отец, и о той ночи, спустя год, когда их мать последовала за ним.

– Ты не можешь оставаться здесь, малышка. Я должен был сразу отослать тебя домой, но я поступил эгоистично. Я скучал по тебе, и твой приезд был словно дуновение весны среди этой помойной ямы.

Розалин посмотрела на брата горящими глазами:

– Ты отсылаешь меня обратно?

«Пожалуйста, только не это. Что угодно, только не это».

Он кивнул с серьезным видом: