Наследник - Попов Михаил Сергеевич - Страница 78

Он помолчал, уйдя в воспоминания.

— Был правда один случай… — Нерешительно вспомнил он. Я всем видом изобразил заинтересованность. — Был у нас мужик один, Демьяном звали… Вся деревня любила. Руки золотые, за что ни возьмется, все спорилось. И не было случая что б отказал кому в помочи. Причем все за спасибо делал. Даже обижался когда отблагодарить пытались… Так вот о чем я. Дело было после войны, занемог он тогда, в больницу попал. Врачи рак обнаружили. На жизнь год отпустили. Жалели мы его, а он ничего, держался. Тогда-то и проходил через деревню старец. Много тогда разных людей было. Война ведь всех с мест покидала, вот и возвращались кто домой, кто к родным. Старец тот странный был, не от мира сего. Вроде и не юродивый, а все одно не такой. Демьян его и приютил. Обогрел, накормил, а когда дело к ночи пошло, старец ему и говорит, сходи мол, добрый человек на полянку ту самую, проведи возле камушка три ночи, проси Заступника болезнь исцелить. А утром того старца и след простыл. Никто не видел как он деревню покинул. Разговор тот Демьян нескоро вспомнил. Только когда боли пошли такие что на крик кричал. Тогда человек цеплятся за соломинку. Вот и пошел. Уже после первой ночи боли прошли. А после третьей вернулся и сразу за работу. Сколько ни просили рассказать что там произошло, ни гу-гу, но болей больше небыло. Врачи только головами качали, мол не может такого быть, мол рак неизлечим. В город его возили, обследовали. Потом правда сказали что ошибка вышла, небыло никакого рака. Да мы-то знали что к чему. С тех пор Демьяна ни одна хворь не брала. Умер несколько лет назад от старости уж. Перед смертью завещал что б ни в коем случае отпевать не стали. Тогда и вспомнили что после того случая Демьян церковь стороной обходил. Много разговоров было. Дошло до того, что кое-кто начал поговаривать, что Демьян самому черту душу за здоровье запродал. Но их быстро на место поставили, не мог продавший душу черту таким отзывчивым быть. Самые смелые, кто в бога не веровал, тоже удумали у камня ночевать, да куда там! Даже насморк не проходил…

Кот делал вид что рассказ его совершенно не интересует, но уши настороженно ловили каждое слово. Несколько раз, мохнатая голова медленно наклонилась подтверждая сказанное.

— Ну, вот и приплыли. — Суша весла усмехнулся старик. Заслушавшись рассказом я не обратил внимания что лодка уже давно никуда не двигается.

— Спасибо, отец. — Тепло поблагодарил я. — Вы мне, можно сказать жизнь спасли!

— Так уж прямо и жизнь? — Старик расхохотался. — Эх, парень! Ладно, вылезай, только смотри, лодку мне не переверни.

Предостережение было напрасным. Забыть как лодка чуть не перевернулась от резкого движения пока не успелось. С восседающим на загривке котом, я неуклюже выбрался на берег. В последний момент нога соскользнула и я оказался стоящим по щиколотку в воде.

— Экий ты неуклюжий. Может передумаешь через лес идтить? Опять заплутаешь ведь. Лучше давай со мной до деревни, молочка свеженького попьешь, утрешнего. Да и обед у моей старухи небось уже готов, а?

Еще раз поблагодарив, я отклонил щедрое приглашение. Расспросив поподробнее в какую сторону нужно идти, быстро пошел к шуршащим листвой деревьям. За спиной плеснула под веслами вода, старик вернулся к прерванной рыбной ловле.

Войдя в лес, Грязнуля остановился.

— Что за… — Невольно вырвалось у меня.

Впереди и вокруг, на сколько хватало глаз, громоздились поваленные толстенные деревья, ощетинившиеся длинными острыми сучьями. Слева зловеще темнел глубокий овраг. Порыв ветра донес оттуда тошнотворный запах гнили, квакнула невидимая лягушка, раздался сочный шлепок.

— Ну-с, мистер Сусанин. И как вы представляете себе пройти через это? С твоими размерами это конечно просто, но я отказываюсь ноги ломать!

Кот и сам выглядел озадаченным. Мордочка вытянулась и в другой ситуации это выглядело бы весьма забавно, но не сейчас.

— Не удивительно. Может с этой стороны нас и не ждут, но подстраховаться, подстраховались. Без помощи нам тут не пройти.

— И где ты намереваешься здесь помощь найти? — Насмешливо спросил я. — И главное у кого, у белок?

Но кот уже принял решение.

— Жди здесь. — И прежде чем я успел что-либо возразить, скрылся за поваленными деревьями.

Прошептав ему в след нехорошее слово я присел на шершавый ствол одной из валежин и огляделся. Повеселился здесь кто-то на славу. Это сколько нужно сил, что бы сотворить с лесом такое? Волхвам такое точно не по зубам. Не будут они остатки сил на лесозаготовки тратить. У них сейчас каждое заклинание на счету. Стало быть не они. Остаются только ангелы и черти, кроме них некому.

Прошло уже пятнадцать минут, а Грязнуля не объявлялся. От нечего делать, я стоял так, что бы видеть величественно текущую реку и любовался отблесками солнечных лучей на зеркальной поверхности. Когда ветерок поднимал мелкую рябь, казалось вода взрывалась ослепительными искрами, потом застывала, что бы через миг все повторилось.

Зачарованный этой красотой, я не сразу увидел вдалеке идущую вдоль берега группу людей. Даже когда заметил, сначала не заинтересовался. Идут и идут, мне-то какое дело? Но когда они решительно свернули к лесу, решил присмотреться. Все не так скучно ждать. К этому времени, группа приблизилась на столько, что хоть и с трудом, но можно было различить лица.

Возглавляющий группу мужчина показался смутно знакомым. Всмотревшись, я с трудом узнал в суровом лице черты третировавшего меня ангела. Личина благообразного, слащавого адвоката исчезла. Сейчас это был скорее закаленный кровавыми боями ветеран, не знающий жалости и пощады. Хотя они и не могли меня видеть, я, от греха подальше, отодвинулся за дерево. Береженого бог бережет.

Целеустремленность с которой группа спешила к лесу и хмурые лица преследователей не вызывали двояких толкований их намерений.

Кусты неподалеку зашуршали и через миг из них вынырнула довольная мордочка Грязнули.

— Все в порядке. — Проинформировал кот. — Нашел я местного лешего и обо всем договорился. Он пообещал провести до места.

Кивнув, я протянул руку указывая на преследователей.

— А ты чего ожидал? — Справившись с удивлением спросил Грязнуля. — Ставки ведь не маленькие.

В голове негромко тренькнуло — внутренняя сигнализация сообщала о приближении неведомого существа. Развернувшись с быстротой молнии, я напряженно всмотрелся в колышущиеся кусты.

— Не трясись, не трясись. — Успокаивающе проскрипело оттуда. — Свои это.

И следом за этими словами один куст шагнул мне навстречу. Точнее не куст, а… Знакомство с домовыми и прочими существами, которых еще не так давно я бы назвал сказочными, научили не удивляться ничему. Но я все же не смог сдержать изумленного вздоха при виде гигантской чешуйчатой шишки, растянувшей в усмешке коричневые, словно покрытые корой, губы.

— А вот и наш леший. — Обрадовано воскликнул Грязнуля. — Знакомься Максим, это Дубовит.

— М-максим. — Выдавил я, машинально пожимая протянутую руку. Ощущение было такое, словно пожал корягу. Да и на вид узловатая рука лешего мало отличалась от сучковатой ветки.

Глаза лешего весело сверкнули, но он проглотил рвущуюся наружу шутку.

— Ты можешь помочь нам с погоней? — Поспешно спросил я, не желая предоставлять возможность сострить на мою тему.

Озадаченно крякнув, леший выглянул из кустов. Несколько минут он внимательно разглядывал наших преследователей, наконец повернул свое морщинистое, словно кора старого дуба лицо, ко мне.

— Не знаю. — Задумчиво пожевал губами Дубовит. — Задержать смогу. Но вот надолго ли? Будь это люди запутал бы так, что назад уже не вернулись. А этих… Не знаю.

Мы с Грязнулей переглянулись.

— Надо, Дубовит. Очень надо. — Мягко, но непререкаемо произнес кот.

Леший снова пожевал губами.

— Надо, так надо. Только учтите, надолго моих сил не хватит.

Я торопливо закивал. За то время, что длилась наша беседа, преследователи уже почти добрались до кромки леса. Глубоко вздохнув, леший широко развел руки в стороны и с силой свел ладони. Раздался треск, как при столкновении двух сухих деревяшек. Лес вздрогнул. Встревожено зашумели листвой деревья, словно потревоженные порывом ветра. Надсадно заскрипели ветки и через миг все стихло.