Найди свой путь - Герцик Ксения Павловна - Страница 24

— Что застрял? — икры обожгло болью. Я зашипела и ускорилась. И кто меня дернул сюда поступать?

— Мне еще на отработку сегодня! Может хватит? — задыхаясь крикнула я, следя, что бы разрыв между мной и тренером был не меньше двух метров. Он легкой трусцой бежал в отдалении, следя за моими мучениями и, при необходимости, придавал ускорения.

— Какую отработку? — приостановился наставник.

— За плохое поведение. — Дыхалки на бег и разговоры не хватало и я остановилась, согнулась, уперев руки в дрожащие колени.

— Кто назначил? — остановился рядом он, хмурясь.

— Э, — протянула я, пытаясь вспомнить, как зовут того темноглазого. Не обзывать же его при наставнике главнюком? — Темноглазый такой со страшным голосом. — Описала я, как могла.

— И что ты сделал на первой же вводной лекции? — еще больше удивился наставник.

— Пирожок не в то горло попал, чуть не помер, — стараясь не вдаваться в подробности своего позора, ответила я.

— На занятии Калистара?! — поперхнулся он. — Не повезло тебе. Теперь постоянные отработки тебе обеспечены. Он не терпит такого отношения к своим лекциям.

— Ну, я же на тренировке был, даже поесть не успел. Не в обморок же от голода и усталости падать! — возмутилась я, представляя себе целый год с отработками. Сегодня первая. Посмотрим, что это такое и с чем ее едят. Может и не страшно.

— Личные трудности не должны влиять на твое обучение. — Поучительно сообщил мне Иртан и хлестанул по ногам. Я взвизгнула и вновь побежала. Ну что за гадство?!

— Подскажите хоть, что делать с болью в мышцах? Я боюсь, что завтра просто не встану с кровати после сегодняшнего насыщенного дня. — Вновь притормозила я, следя за дистанцией между собой и наставником.

— Зайди вечером в лазарет, они мазь дадут. Но она воняет. Если будешь мазать тело на ночь — встанешь, но люди рядом чудесным образом станут пропадать. — Ехидно улыбаясь, сообщил он. А вообще, — кашлянул он, — Наблюдающий должен быть воином и уметь терпеть боль. Привыкай!

— Это не справедливо! — заявила я и отпрыгнула в сторону от приблизившегося наставника.

— Уж как есть. — Пожал он плечами, постукивая хворостиной по сапогу. — Вот мне ты, сколько лет дашь? — прищурился он, делая шаг вперед. Я попятилась, стараясь урвать как можно больше времени на отдых. Лучше стоять, чем бегать. Как там говорят? Солдат спит — служба идет? Вот и у меня такой же принцип. Я — стою, время — идет. Немного осталось. Всего-то полчаса.

— Ну, не знаю, — задумалась я, оглядывая наставника. Крепкий, крупный мужчина. Легкая седина в русых волосах, морщинки у глаз и глубокие складки на лбу и вокруг рта. Сколько же ему лет? Знаю, что спортсмены долго хорошо выглядят из-за поддержания себя в форме.

— Угадаешь — отпущу на сегодня, — усмехнулся наставник, делая еще один шаг вперед. Я опять увеличила расстояние между нами.

— Лет пятьдесят? — тут же рискнула я.

— Еще три штрафных круга по полигону. — Гаркнул он и резким скачком оказался рядом со мной, ударив своим импровизированным хлыстом.

— За что?! — я сорвалась с места, но быстро не получилось, разгонялась, как хромая черепаха.

— Работа Загонщиков — это тебе не в кабинете сидеть. Мотаешься по всему миру, сутками в седле, бессонные ночи и недоедание. Постоянные переходы по пространственным коридорам, погони и опасные зоны, заполненные магическими выбросами. Я уже не говорю про то, что можно увидеть на местах жертвоприношений и обрядов. — Крикнул мне в след наставник. — Мне всего-то тридцать семь. Подумай, сможешь ли ты стать Наблюдающим. Тут нужен определенный склад характера, упорство, настойчивость и холоднокровие. Ты же, — он грустно усмехнулся. Я вновь остановилась, пребывая в шоке от его монолога. — Ты хороший парень. Веселый, светлый. Но попал сюда случайно и могу тебе с уверенностью сказать, что если ты даже сдашь промежуточные экзамены, то на испытании в середине года завалишься. И хорошо, если не помрешь.

— Вам всего тридцать семь? — пораженно переспросила я, разглядывая молодого еще мужчину, которому дала пятьдесят, да и то приуменьшила за счет хорошей физической формы.

— Это все, что ты услышал? — разозлился наставник и направился в мою сторону с целью придать ускорение.

— Время! — крикнула я, выставляя вперед руки и отступая. — Мы закончили, а мне еще на отработку!

— Иди уже, — махнул он рукой, отбрасывая ненавистную хворостину. Я вздохнула с облегчением и плюхнулась на истоптанную землю стадиона. Зверь пристроился рядом, не подавая и малейших признаков усталости. Завидно. — И подумай над тем, что я тебе сказал. — Добавил, уже уходя, Иртан. Я подумаю. Обязательно.

Разноцветные листья радостно шуршали под зубцами грабель. Желтые, красные, бордовые и пятнистые красно-зелено-бурые. Красиво. Как же было хорошо в детстве, собрал листочков, наклеил на картонку, сдал гербарий учителю и уже молодец. А теперь что? Мечтала об учебе, новых друзьях, интересной студенческой жизни, а впоследствии о хорошей оплачиваемой работе. Как же часто получается, что мысли и реальность не сходятся. Иртан сказал, что я попала сюда лишь случайно, экзамены сдам только чудом, да и то продержусь не долго. И ведь он прав. Это не Хогвартс, а я не Гарри Поттер. А как хотелось сказки от магического мира. Может не тратить время и уйти, не дожидаясь провала? Деньги все равно не вернут, так хоть не буду позориться еще сильнее, чем сейчас. Так и вижу главнюка, который со злорадной усмешкой, зачитывает особо «умные» отрывки из моего экзаменационного листа, все будут смеяться. А потом он, как в старом телешоу скажет: «Кто тут самое слабое звено? Кто зря тратит время и силы преподавателей?». Сегодня ночью, когда лягу спать, обязательно об этом подумаю. И решу, что делать дальше. Не сошелся же свет клином на этом корпусе Наблюдающих? Сколько тут еще разных институтов? Уж куда-нибудь, да поступлю и выучусь. Главное теперь подойти к вопросу выбора учреждения более ответственно, а не наобум переть, как баран на ворота.

— Какие люди! — неожиданно громкий голос в тишине парка заставил меня вздрогнуть. Я вцепилась в грабли, выданные беловолосым уборщиком, словно в единственное оружие. Густые сумерки опустились на парк. Я и не заметила, как стемнело. В тени ближайшего куста в расслабленной позе стояли двое. Рикс, главный задира с корабля и блондинистый главарь их шайки.

— Заблудились? — спросила уверенным голосом, стараясь не показать, что им удалось застать меня врасплох.

— Смелый какой стал, дохляк, ты посмотри! — деланно усмехнулся Рикс, делая шаг вперед и демонстративно разминая плечи. Бить, что ли собрались? За что?! Я начала паниковать. Меня в жизни никто не бил, даже родители ремнем в детстве.

— Что надо? — гордо выпрямившись, спрашиваю, но голос предательски дрожит. Блин.

— Успокойся, мы поговорить, — остановил Рикса за плечо блондин.

— О чем же? — видимо почувствовав мое напряжение, прибежал Зверь. Я успокоилась. С таким защитником не убьют.

— Ты ведь понимаешь, что вылетишь на экзаменах? — изогнул тонкую бровь белобрысый. Я хмыкнула. — Здесь и сейчас, в корпусе, мы все равны. Но если кто-то вылетит, то окажется без защиты Наблюдающих, вернувшись в прежние условия. И твой друг с корабля и, что самое главное — ты. Что будет, если я сильно обижусь на такого безродного дохляка? — Нагнетает обстановку он, пугать меня вздумал? Ну-ну. — Так что передай своему другу и в особенности тому дикарю лохматому, что бы подумали о своем будущем и о своих семьях, на которые не распространяется защита корпуса. Я не потерплю оскорблений и собираюсь стать лучшим в этом выпуске. Так что будьте добры, не высовывайтесь! — Я даже не заметила, когда он успел приблизиться и теперь нависал надо мной, гипнотизируя прищуренными зелеными глазами. — Это предупреждение. Подумай о моих словах. — Он резко развернулся и, подтолкнув скалящегося Рикса, направился в сторону корпуса.

Я выдохнула, только сейчас поняв, что не дышала последнюю минуту. И что это все значит? Мы вроде с той встречи на вступительных экзаменах и не пересекались. Или ребята успели сцепиться в столовой, куда я, благодаря своему графику занятий не попадаю? Надо бы выяснить.